Все или ничего - Маргарет Малькольм

Лицо доброй женщины прояснилось.

Правда? Замечательно! Фрэнсису будет любопытно посмотреть. Обычно ведь до венчания происходит оглашение. Это бывает так утомительно. Молоденькие девушки хихикают. Нервы, понятное дело! Смотрю на них и думаю: а понимают ли они, какой это важный шаг в их жизни? Ну, пойду приведу себя в порядок. Вы здесь в саду останетесь или пройдете в дом? Посидите на скамейке? Отлично! Я мигом управлюсь.

Жена священника была верна своему слову и вскоре вернулась в аккуратном платье и начищенных до блеска старых туфлях.

— Милочка, будьте добры, застегните мне «молнию», — попросила она Розамунду, повернувшись к ней спиной. — Никак не могу сама справиться. Готово? Спасибо! Теперь можно идти…

В старой церкви было тихо. Резные скамьи лоснились от времени и сотен рук, прикасавшихся к ним в течение многих лет. Алтарь утопал в цветах…

Я так рада, что принесла сегодня свежие цветы, — шепнула женщина. — Летом всегда много цветов…

Священник находился в ризнице. Это был высокий, ученого вида человек. Его лицо излучало добросердечность и благочестие. Он был похож на средневекового святого.

Услышав просьбу молодых людей, святой отец буквально расцвел.

Конечно, я вас обвенчаю, — сказал он и принялся изучать разрешение на брак, которое с гордостью вручил ему Джон.

Гм, интересно! Последний раз я видел такое разрешение лет десять тому назад. Помнишь, дорогая, ту милую пару… Они приехали в такую жуткую метель.

Да, я помню, — кивнула его жена. — Не очень молодые люди мечтали о скромной церемонии. Им казалось, что они нашли и полюбили друг друга слишком поздно, на закате жизни. Но не стоило беспокоиться. Большинство людей добры от природы, они не будут насмехаться над настоящим счастьем.

Нет, конечно нет, — согласился с женой священник. — Я позову Баджа.

И они обвенчались в тихой старинной церкви. Через высокие окна лился солнечный свет, птицы пением приветствовали новобрачных…

Любить, почитать и повиноваться — хорошо знакомые слова вдруг наполнились новым смыслом. Пусть так будет всегда!

После церемонии они поблагодарили священника и его жену, вежливо отклонили приглашение на ленч и, пообещав вскоре заехать в церковь, сели в машину.

Автомобиль мчался по шоссе. Оба молчали, ощущая некоторую растерянность и неловкость. Розамунда баюкала в правой руке сжатую в кулак левую. Таинственно поблескивало обручальное кольцо. Джон накрыл ее трепещущие пальцы своей большой теплой рукой — и слова оказались не нужны.

Они нашли прекрасное место для пикника на пологом холме, поросшем цветами и травами.

Хлеб с хрустящей корочкой и сыр, купленные в деревенской лавке, казались амброзией, а теплая сладковатая вода в банке — нектаром. Все было прекрасно, совершенно не хотелось покидать это райское местечко.

Время пролетело незаметно. Весело болтая, они сложили вещи, собрали весь мусор и в обнимку подошли к машине. Джон галантно распахнул перед Розамундой дверцу. Садясь в автомобиль, она сделала неловкое движение и выронила сумочку. Содержимое тут же оказалось в придорожной пыли. Джон бросился собирать рассыпавшиеся вещички.

Господи, и зачем только женщины все это с собой носят? — ласково ворчал он, складывая находки обратно в сумочку. — Любой решит, что ты…

Внезапно он замолчал и резко выпрямился. В руках у него был какой-то обрывок бумаги. Джон взглянул на Розамунду, и она похолодела от ужаса: на нее в упор враждебными глазами смотрел незнакомец.