Познание любви - Рини Россель

— Я так понимаю, благотворительный вечер удался, Нан, — будничным голосом произнес он.

— Естественно, милый. Я же этим занималась. — Она встала на цыпочки, чтобы лучше разглядеть дорогу. — Мы собрали больше ста тысяч долларов.

— Ты славно потрудилась. Поздравляю.

— Как ты мил! — фальшиво воскликнула она, по-прежнему не оборачиваясь.

— Надеюсь, назад ты поедешь с большим комфортом.

Нанетт резко обернулась и уничтожающе посмотрела на него.

— Поездка обернется адом, и ты сам это знаешь.

Дэмиен мягко улыбнулся.

— Я всегда восхищался этим в тебе.

— Чем? — подозрительно спросила Нанетт.

— Твоим мужественным духом, как у первых поселенцев.

Она фыркнула и подошла к нему.

— А ты не знаешь, Дэмиен, что в этом месяце в «Ньюсуик» о тебе написали как о вышедшем в тираж? Нравы толпы переменчивы. Стоит только пропасть из поля зрения — и о тебе все забывают. Мне страшно жаль, дорогой.

— Да, дорогая, — криво усмехнулся Дэмиен. — Тебе и вправду страшно жаль.

Светская леди вытянулась во весь свой высокий рост и открыла рот, чтобы ответить, однако в этот миг Крэкер с лаем вскочил на ноги — послышался долгожданный шум мотора.

— Мое такси! — Нанетт поспешно распахнула входные двери. — Где вы так долго были? — закричала она на таксиста.

— До свидания, мисс Бейн, — пробормотала Элен, поворачиваясь к Дэмиену. Хотите, поспорим на что угодно, что она и пальцем не шевельнет, пока бедный парень будет таскать вниз ее чемоданы?

Несмотря на то что Нанетт ушла, Дэмиен все так же водил пальцами по волосам Элен.

— Ты права. Она ушла. И не вернется.

Голос его дрожал от ярости, но пальцы нежно ласкали ее волосы, и Элен хотелось вечно сидеть вот так, прильнув к его груди.

Тут ее внимание привлек шум распахиваемой входной двери. В дом вошел тот же таксист, который привез сюда Нанетт. Он раздраженно принялся подниматься по лестнице.

— Интересно, что она пообещала ему? — вслух подумала Элен.

— Что заткнется и будет молчать всю дорогу.

Элен засмеялась и состроила Дэмиену гримаску. Она все так же обвивала его шею руками, а он все так же играл ее волосами. И когда взгляды их встретились, они перестали улыбаться, ибо поняли, что делают. Пальцы Дэмиена замерли.

— Думаю, сейчас мы уже можем перестать притворяться.

Элен стало больно, как от удара кинжалом: не преминул напомнить, что притворяется…

Кивнув головой, она сняла руки с его плеч.

— Кстати, — Дэмиен слегка дернул за прядку ее волос, — я понимаю, что являюсь одним из твоих подопечных и что ты вся отдаешься им, но когда ты запрыгнула мне на колени, то едва не искалечила меня.

У Элен возникло страстное желание снова прильнуть к нему губами и испытать то же наслаждение, что изведала когда-то. Но сколько раз я уже кидалась на него! — с горечью подумала она. Сколько раз унижалась! Нет, похоже, этот человек не желает увлечься мною…

Притворившись беззаботной, она ущипнула его за подбородок, словно была строгим учителем.

— Вы большой мальчик, Дэмиен. Вы с этим смиритесь.

Он снова лукаво улыбнулся, и Элен трудно было устоять перед этой улыбкой.

Большим усилием воли она заставила себя соскользнуть с его колен, но обнаружила, что ноги у нее до того ослабли, что она не может держаться на них. Девушка бессильно опустилась на ковер. К счастью, под рукой оказалась Талия, и Элен принялась гладить ее густую шерсть. Пусть Дэмиен подумает, что она собиралась приласкать спящую кошку…

Следующие несколько секунд в доме раздавалось лишь ворчание таксиста, который с трудом взбирался вверх по лестнице и спускался вниз, вынося багаж Нанетт. И наконец рев мотора возвестил им, что она уехала.

Прошло еще несколько мгновений тягучей тишины. Элен смотрела на Дэмиена. Он молчал.

— Дэмиен! — позвала она. Он мрачно взглянул на нее; попробовал изобразить улыбку. — Я прочитала ваши записки. И сегодня утром отнесла их в вашу комнату. — Она встала на колени. Сейчас самый подходящий момент поговорить на эту тему, решила девушка: чтобы он отвлекся от мыслей о Нанетт. — Они чудесные. Вам надо это опубликовать. У вас явно писательский дар, и вам совершенно ни к чему ездить по военным точкам, под свист пуль…

Дэмиен перестал улыбаться и коротко бросил:

— Конечно.

Элен обиделась на его насмешливый тон, однако отступать не собиралась. Рассказ Дэмиена ей действительно понравился своей глубиной и искорками очаровательного юмора, рассыпанного по всему произведению. И она продолжила:

— Дэмиен, у вас явно талант писателя, и мне кажется, что это и есть ваше истинное призвание. Вы как писатель многое можете подарить миру — гораздо больше, чем как просто репортер.

Дэмиен довольно долго глядел на нее.

— Вряд ли от тебя можно ждать объективности, детка, — вынес он наконец свое резюме. — Для тебя все, к чему ты прикасаешься, становится прекрасным. Конечно, это чертовски восхитительное качество, но тебе надо научиться различать мечты и реальность. — Произнеся эти слова, он развернулся и ушел.

Элен, выслушав его тираду, растерянно смотрела, как он, прихрамывая, уходит прочь.

На следующее утро Элен с удивлением обнаружила Дэмиена сидящим на полу в ванной комнате. Котята лакали из блюдечка молоко, которое он им налил.

— Уж никак не думала застать вас здесь! — Она опустилась на пол возле него и погладила белого котенка.

Дэмиен посмотрел на нее. Лицо его было серьезным.

— Я понял, что обязан тебе.

— А знаете, что я думаю по этому поводу?

Он наморщил лоб.

— Я никогда не знаю, о чем ты думаешь.

Элен улыбнулась.

— Я думаю, что вы спустились с высот на землю и от этого сделались лучше — реальнее.

— Прекрасно, я просто человек, без карьеры и будущего, — угрюмо буркнул он.

Элен нежно коснулась его лица.

— А я верю, что вы сможете сделать все, что ни задумаете.

Дэмиен убрал ее руку.

— Это лишь твои детские фантазии! — В голосе его звучала досада. — Разве ты не понимаешь, что я больше не Дэмиен Лорд, и черт меня побери, я вообще не знаю, кто я сейчас.

— Ну а как насчет пластической операции?

Он хмыкнул.

— Какого черта! Ты можешь мне объяснить, что произошло с миром и людьми? Для них внешность человека важнее его сути. Разве ты не видишь, детка? Я не могу сделать ничего из того, что хотел бы, лишь потому, что ужасно выгляжу…