Окрыленные любовью - Эллен Сандерс

– Я знаю. – Мэрилин усмехнулась, откупорив бутылку. – Выпьем за нас: самых красивых, умных и успешных женщин Сан-Франциско! – предложила она тост, когда они устроились на диване.

– И скромных, – добавила Гейл, прежде чем сделать глоток.

– Я не ошиблась, выбрав именно эту бутылку, – со знанием дела произнесла Мэрилин, распробовав вино.

– Как всегда, подружка. Ты в отличие от меня принимаешь верные решения.

– Гейл, что за похоронный тон?!

Гейл пожала плечами и тяжело вздохнула.

– Я ушла от Дэниела, а Алан даже не пустил меня на порог, – на одном дыхании произнесла она, набравшись храбрости.

– Как это?

– Все было именно так, как я только что сказала. Я призналась Дэниелу в том, что люблю другого. Собрала вещи и ушла. Когда же пришла к Алану, то он прогнал меня. Мне некуда было пойти…

– Ох, Гейл, успокойся. У тебя ведь есть я. На мужчин никогда нельзя положиться. И они еще что-то говорят по поводу якобы не существующей женской дружбы! – Мэрилин горько усмехнулась.

– Я… я не могу поверить в то, что Алан притворялся влюбленным только из-за отеля… Дэниел мне солгал. Это не может быть правдой. Я бы почувствовала фальшь в отношениях… Наверное, – уже без прежней уверенности закончила Гейл.

Мэрилин озадаченно посмотрела на подругу.

– А что с отелем?

– Дэниел заявил, когда я уходила, что я потребовалась Алану только ради секретной информации о «Марк Хопкинс». Оказывается, Алан и Дэниел конкуренты, а я… они не поделили важного информатора. – Слезы побежали по щекам Гейл.

– Нет, Гейл. Не может быть. Я уверена, что не существует такого мужчины, который бы не влюбился в тебя с первого взгляда. Тем более при твоей благосклонности.

– Спасибо за утешение, Мэрилин, но… это вовсе не так. Дэниел тоже меня никогда не любил.

– Что?! Если ты так считаешь, то ты точно ослепла, подружка. На твоем месте я бы еще очень и очень хорошо подумала.

– О чем?

– О том, чтобы вернуться к Уинклеру. Попросить прощения, искренне раскаяться в совершенной ошибке…

– Я вовсе не ошиблась! – оборвала ее Гейл. – А Дэниела я презираю.

– Сколько громких слов! Интересно, чем же он заслужил такое отношение? Тем, что приютил тебя в трудную минуту? Осыпал драгоценностями? В награду – презрение Гейл Сейзмор. Не забывай, дорогая, что это не он тебя бросил. Это ты заявила, что изменила ему!

– Мэрилин, ты не все знаешь. – Гейл помедлила, но все же решилась открыть правду. Если уж быть откровенной, то до конца. – Дэниел причастен к ограблению моей квартиры.

– Гейл, ты сошла с ума!

– Он не просто причастен… Дэниел организовал кражу. Чтобы заманить меня в свой дом.

Мэрилин недоверчиво посмотрела на подругу, словно заподозрила, что у Гейл проблемы с психикой и ей уже мерещатся заговоры и преследования.

– Не смотри на меня, как на ненормальную. – Гейл слабо улыбнулась. – Я ничего не выдумала. Дэниел сам признался мне в этом. Тем самым он пытался держать меня под контролем, чтобы я, не дай бог, не разболтала конкурентам ничего, компрометирующего его драгоценный отель. Не знаю, откуда Дэниел узнал о нас с Аланом… Видимо, у него повсюду глаза и уши.

– Гейл, может быть, ты неправильно поняла его?

– Я все поняла правильно. Чего у Дэниела не отнять, так это умения говорить напрямик. Никаких метафор и загадок.

– Что ты думаешь делать? Заявишь в полицию? – осторожно поинтересовалась Мэрилин.

– Конечно нет! У меня нет доказательств. В полиции меня примут за сумасшедшую, если я заявлю, что ограбление – дело рук моего бой-френда – миллионера, владельца отеля в Нобхилле. Мне известна правда только со слов самого Дэниела. К тому же грязную работу наверняка выполнили другие люди, найти которых вряд ли теперь удастся. Если же случится чудо и полиция их все же отыщет… Они поклянутся на Библии, что знать не знают никакого Дэниела Уинклера.

– Ладно, оставим Дэниела. Мне даже говорить о нем теперь неприятно. Не ожидала от него подобной подлости.

– Я тоже, Мэрилин. С другой стороны, благородные рыцари и невинные овечки не становятся сверхудачливыми бизнесменами.

– В таком случае Алан Рейнолдс – тоже не ангел.

– Алан?.. – Гейл осеклась.

– Почему же он не пустил тебя в дом?

– Не знаю, – почти шепотом ответила Гейл.

– Он хоть как-то объяснил тебе свое поведение?

– Он сказал, что больше не верит мне.

– Может быть, он узнал, что ты была не свободна на момент знакомства с ним?

– Ах да, он видел нас с Дэниелом днем. Я заехала после работы в его отель, чтобы поговорить. Но у Дэниела как всегда не нашлось на меня времени, и мы договорились поговорить вечером дома. Видимо, Алан увидел нас, когда мы с Дэниелом прощались у входа в отель. Со стороны могло показаться, что мы влюбленная пара.

– И ты еще удивляешься, что Алан разозлился?! Любой мужчина почувствовал бы себя уязвленным и оскорбленным на его месте.

– Я ведь пришла к нему с чемоданами. Следовательно, сделала свой выбор. Захотела жить именно с ним. Только с ним!

– Мужчин не понять! – неожиданно заметила Мэрилин. – У меня было два мужа – и что? Ни одного из них я так и не изучила до конца.

– Я ждала от тебя помощи… а ты первая же опустила руки и сдалась! – не удержалась Гейл.

Мэрилин зевнула, едва успев прикрыть рот ладонью.

– Извини. Если честно, я сейчас усну. Может быть, продолжим разговор утром? Я уже туго соображаю.

– Иди спать, милая. А я еще немного посижу. – Гейл слегка улыбнулась подруге.

Мэрилин усмехнулась, указав взглядом на пустую бутылку. Подруги и не заметили, как выпили за беседой по несколько бокалов вина.

– Если у тебя с Аланом… Он полный идиот, что отпустил тебя, Гейл. Надеюсь, ты не вздумаешь простить его, если он одумается и приползет к тебе на коленях?!

– Ох, если бы это было так. – Гейл вздохнула. – Не знаю, как удержаться, чтобы снова не побежать завтра к нему. Благо, у меня море дел на этой неделе. Некогда будет думать об Алане. На страдание же времени не останется и подавно. Ты не будешь возражать, если я поживу у тебя пару дней?

– Что за вопрос?! Я буду только счастлива. А теперь спокойной ночи.

– Спокойной ночи, Мэрилин. Спасибо за все. Не знаю, что бы я без тебя делала.

– Сидела бы на своих чемоданах посреди улицы и рыдала.

– Снова поражена твоим оптимизмом, дорогая.

– Ну, пока ты витаешь в облаках, должен же кто-то твердо стоять на земле.