Нежный шантаж - Шэрон Кендрик

Столовая, в которой при свете свечей они сидели лишь вдвоем, казалась невероятно тихой и домашней. Дед Данте ел совсем мало, но рассказывал, как в юности обожал лапшу с трюфельным соусом задолго до того, как перебраться в Америку.

Переместившись в гостиную, они пили кофе и любовались заходящим солнцем и причудливыми тенями, которые отбрасывали кусты и деревья, а когда совсем стемнело, на озере появилась светящаяся лунная дорожка. Куда бы Ива ни смотрела, она всюду видела красоту и гармонию, но это не мешало ей улавливать исходившую от Джованни скрытую тоску. Она тихонько вздохнула. Почему никто из Дишонов, несмотря на богатство и власть, так и не сумел обрести внутреннего счастья?

Неторопливо потягивая эспрессо, Ива слушала тихую музыку, что по просьбе старика включила им Альма. И, вслушиваясь в скрипку, она вдруг поняла, что сейчас хочет находиться лишь здесь. Правда, было бы лучше, если бы и Данте был с ними.

Вспомнив, как утром он целовал ее на прощание, она сразу же почувствовала, как дрогнуло в груди сердце. Потому что, сколько бы раз она ни повторяла, что у их странных отношений нет будущего, надежда все равно сильнее.

Она в очередной раз задумалась, не рассказать ли ему все до конца, объяснив, что они вполне могут продолжить начатое и по возвращении в Европу?

– Сегодня ты совсем молчаливая. – Голос Джованни с сильным акцентом вывел ее из задумчивости.

Ива взглянула на морщинистое лицо и потускневшие от возраста и болезни глаза, которые когда-то горели тем же огнем, что она каждый день видела в глазах его внука.

Но самого Данте в таком возрасте ей увидеть не суждено. Даже ни одной морщинки на прекрасном лице она не встретит.

Сердце вновь сжалось в груди, и ей потребовалась пара секунд, чтобы с собой справиться.

– Решила не портить столь прекрасную музыку глупой болтовней.

– Тогда мне остается лишь поаплодировать твоей заботливости, ровно как и отличному вкусу. – Улыбнувшись, Джованни поставил чашку на стол. – Но время весьма существенно, и, боюсь, мое уже на исходе. Я рад, что внук наконец-то решил жениться, но пока еще совсем мало знаю о его избраннице.

Ива сумела сохранить на губах улыбку, надеясь, что при этом ее лицо не превратилось в клоунскую маску. Она так увлеклась новизной и прелестями секса, что совсем забыла про мнимую помолвку, что и привела их в этот дом. Как же быть? Обманывать старика она не хочет, но и правды сказать не может… Ива уже открыла рот, чтобы осторожно сменить тему разговора, но Джованни еще не закончил.

– Я на собственном опыте испытал крутые повороты судьбы и знаю, как сложны и запутанны могут быть отношения мужчины и женщины, – продолжил он задумчиво, – но также я знаю…

Непонятно чего испугавшись, Ива вскинула на него глаза.

– Что?

– То, – улыбнулся дед Данте, – что каждый раз, когда ты смотришь на моего внука или говоришь с ним, твое сердце полно любви.

Ива едва не задохнулась.

Да, она однажды сказала сестре, и вполне искренне, что Данте ей нравится, но любовь? Она вспомнила, как больно ему было рассказывать историю своего детства и как тогда ей захотелось его защитить, несмотря на собственную слабость, и уберечь, не допустив новой боли… И как он умел ее насмешить… И как рядом с ним ей было хорошо настолько, что она буквально чувствовала, как вокруг нее появляется теплое свечение… Рядом с ним она чувствовала себя полной до краев, но отлично понимала, что все это всего лишь иллюзия.

Но можно ли назвать все эти чувства любовью?

Можно?

Можно.

Осознание накрыло ее с головой, словно огромная, сбивающая с ног волна.

И даже если Данте никогда так и не полюбит ее в ответ, могут ли они быть парой до тех пор, пока она ему не надоест?

– Перед вашим внуком сложно устоять, – улыбнулась Ива. – Но он очень сложный человек.

Джованни лишь рассмеялся:

– Думала меня этим удивить? Все Дишоны очень сложны, это вписано в наше ДНК. Эта сложность – наше главное преимущество, и при этом еще и недостаток, что влечет к нам, и при этом отталкивает людей. Ну и, разумеется, нельзя забывать о гордости, что во многом руководит нашими поступками. Иногда мы принимаем неверные решения, но с этим ничего не поделаешь, такова жизнь. Нужно принимать ее темные стороны, чтобы наслаждаться светлыми. – Его голос вдруг стал жестким: – Но поверь старику, что многое испытал на собственной шкуре, что нет ничего хуже пустых сожалений. Живи так, чтобы тебе не пришлось ни о чем жалеть.

Кивнув, она поправила укрывавшее его колени одеяло.

– Я постараюсь.

– И позволь еще кое-что добавить. – Его тон вновь смягчился и теперь казался задумчивым. – Я уже давно мечтаю увидеть, как мои потомки продолжат наш род и на свет появится новое поколение Дишонов. – Джованни улыбнулся. – Пусть Данте этого еще и не понимает, но я знаю, что из него получится замечательный отец. Не медли слишком долго, чтобы подарить ему наследников, дитя мое.

Благословение Джованни стало для Ивы настоящим ножом в сердце, всколыхнувшем все ее потаенные страхи. Она изо всех сил старалась не показывать своего состояния, но, когда сиделка пришла, чтобы отвести старика в кровать, она украдкой перевела дыхание. Неосознанно жестокие слова не шли у нее из головы, пока она возвращалась в коттедж.

«Не медли слишком долго, чтобы подарить ему наследников, дитя мое».

Усилием воли она заставила себя собраться, принять душ и приготовиться ко сну, заодно проверив телефон, но Данте не звонил и не писал. Забравшись под одеяло, Ива невидящим взглядом уставилась в потолок, напомнив себе, что кольца он ей не обещал.

И теперь нужно перестать рассчитывать на него в эмоциональном плане. Нужно отдалиться.

Потому что их близость ни к чему не приведет.

Не может привести. И чем скорее она с этим смирится, тем проще ей будет выбраться из руин воздушных замков.

Забывшись тревожным сном, полным пустых люлек, она проснулась от слабого предрассветного света и сразу же увидела застывшего у окна Данте.

Отбросив с лица волосы, Ива села.

– Давно вернулся? – спросила она сонно.

Данте обернулся так медленно, что она успела испугаться, что увидит на его лице. Боль, умиротворение? Как прошла их встреча с Дарио?

По голубым глазам она не сумела ничего прочитать.

– С час назад.

– Ложиться не стал?

Иве захотелось себя укусить. Зачем она задает эти глупые вопросы? Разумеется, он не ложился, иначе не стоял бы полностью одетым у окна.

Но Данте лишь спокойно подошел и уселся у ее ног.

– Я подумал, что стоит мне лечь, как я займусь с тобой сексом, а потом…

– А ты не хочешь секса со мной?