Счастье в проекте - Аманда Кордье

— Допустим, я соглашусь. Мы встретимся в клубе, и после этого я поеду домой. Спать. Одна. Завтра мне рано на работу. Ты улетишь в Испанию, и мы больше никогда не увидимся.

— Согласен.

— Просто прощальный вечер двух друзей.

— Значит, и ты согласна?

«Откуда во мне это проклятое любопытство? Оно меня погубит. Но не в этот раз. Мне просто хочется взглянуть на стриптиз, и все».

Она долго стояла под душем. Потом надела простое синее платье с застежкой на пуговицах. Обыкновенное платье без бренда дизайнера. Макияж занял три минуты, по волосам она провела щеткой два раза. В этом было что-то романтичное — выглядеть обычной средней женщиной, зная, что тебя все равно встретит восхищенный взгляд черных глаз.

Стены ночного клуба были обтянуты красным бархатом, всюду висели зеркала.

— Мало народу.

— Просто мы рано пришли, как ты просила, ведь тебе завтра на работу. Но они уже начали программу, каждые полчаса выступает девушка с номером.

— А долго длится номер?

— Минут пять, от силы десять.

Режин осмотрелась. На стенах висели лампы, выгнутые в форме лебединых шей. Вокруг сцены стояли венские стулья. На барменше были короткая юбка из белого латекса и туго зашнурованный корсаж. Режин заглянула в карту вин.

Тут же рядом с ними возникла официантка.

— Принесите бутылку «Дом Периньон», — попросил Антонио.

— Не сходи с ума!

— Я тебя приглашаю.

— Но это ни в какие ворота!

— Мой последний день с тобой. Могу я на прощанье немного посорить деньгами? — Антонио кивнул официантке, подтверждая заказ.

Вокруг несколько женщин в откровенных костюмах раскручивали гостей на напитки. Время от времени пары вставали и исчезали за дверью у задней стены.

— Это бордель? — спросила Режин.

Антонио пожал плечами. Натуральный бордель.

— Ты здесь клиент?

— Нет.

— Ты когда-нибудь был с проституткой?

— Нет, это меня никогда не прикалывало.

— А стриптиз?

— Стриптиз — эротический танец. Если у исполнительницы есть талант, это настоящее искусство. А спать с женщиной за деньги мне не нравится. Я думал об этом, и, по-моему, это делают только люди, которые на самом деле боятся секса.

— Как это? Ведь именно секс они и получают.

— Нет, они получают чистую механику. А секс — это когда сначала чувства. Для меня, по крайней мере.

— Ты не всегда так считал.

— Я изменился, с тех пор как встретил тебя.

— Мы договорились не трогать эту тему.

— А кто начал? Ты, как всегда!

На сцене зажегся свет. Зазвучала музыка. Режин сразу узнала эту песню: «Like a virgin» Мадонны.

Молодая женщина в высоких белых ботфортах и почему-то с фатой вышла на сцену. На ней были белая мини-юбка и корсет, светлые волосы падали до талии. Режин задумалась: настоящие или парик? Будто плывя, женщина вышла на середину сцены, где стояла стальная вертикальная штанга. Она отбросила фату с лица и начала агрессивный гипнотический танец.

Стриптизерша показалась Режин удивительно молодой, не старше двадцати трех лет, и неожиданно красивой. У нее было прекрасное тело, и двигалась она очень эротично. Скоро Режин почувствовала, как по всему телу побежали легкие мурашки.

— Тебе нравится? — шепнул Антонио ей на ухо.

— Да, она здорово танцует.

Музыка стала тише, девушка подошла к микрофону.

— Меня зовут Саманта. — Она говорила с акцентом, который Режин не смогла определить. — Я посвящаю свой перформанс той, которая научила женщин любить в себе эротику, — Мадонне.

Саманта выбросила руку вперед и вверх, а затем палец за пальцем стянула длинную перчатку, вызывающе глядя в публику. Режин показалось, что она смотрит прямо на нее. Саманта бросила перчатку в зал, и она приземлилась прямехонько на столике перед Режин.

— Промахнулась, — откомментировал Антонио.

— Почему ты думаешь?

— Она явно метила в того парня, который сидит один за столиком. Потом она могла бы подойти к нему и попросить угостить.

— А может, не промахнулась. Мне кажется, она целила в меня. Она хочет, чтобы мне здесь понравилось.

— И как, нравится?

Режин загадочно улыбалась, глядя перед собой. Антонио усмехнулся.

Следом за перчатками Саманта избавилась от юбки, и Режин залюбовалась ее идеальным задом с упругими ягодицами. Саманта извивалась вокруг стальной штанги, и Режин с удивлением заметила, что это зрелище не оставляет ее безучастной. Саманта двигалась красиво и чувственно, ее танец не казался Режин комичным или вульгарным, чего она опасалась вначале. Она зачарованно следила за тем, как Саманта на краю сцены упала на колени и наклонилась к публике. Ее грудь, приподнятая корсетом, была полускрыта прозрачной тканью. В этот момент все мужчины в зале, как по команде, уставились на этот кусочек ткани, угадывая очертания молодого тела под ним. В следующее мгновение их терпение было вознаграждено: Саманта рывком сдернула газовый платок, и круглые груди с вызывающе торчащими сосками выпрыгнули из корсета.

Саманта поднялась и дразнящими движениями рук и бедер переключила внимание на свои стройные ноги в чулках на поясе. Свет изменился. Саманта опять играла грудями, подчеркнуто медленно повторяя руками их очертания. Внезапно она сорвала с себя корсет и осталась в чулках и стринге.

Антонио посмотрел на Режин.

— У нее красивая грудь, — сказал Антонио, мечтательно глядя на свою спутницу.

Она почувствовала, что ей придется сильно напрячься, чтобы ход вечера не переломился соответственно его желаниям. Музыка оборвалась.

— И это все? — протянула Режин. — На ней же еще столько всего надето!

Саманта ушла со сцены под разочарованное гудение.

— Потерпи! — ответил Антонио и начал хлопать. — Она ждет аплодисментов. Ей нужно убедиться, что все хотят продолжения.

Режин тоже захлопала, но тут ее вниманием завладела высокая черноволосая женщина, стоявшая в стороне от сцены. Она была в черной коже в стиле садо-мазо, в ошейнике с устрашающими металлическими шипами, который лучеобразными ремнями был связан с краем выреза ее тесно облегающего костюма. Огромные, как дыни, груди выпирали из декольте. Режин поразило жесткое и диковатое выражение ее лица. В нем читалось что-то демоническое. Волосы были коротко подстрижены, губы в алой помаде вызывали ассоциации с кровью и болью.

Саманта вернулась на сцену под восторженный рев и свист, улыбаясь своим поклонникам. На ней был новый костюм, напоминающий балетную пачку. Музыка заиграла, Режин отпила глоток, наслаждаясь вкусом шампанского, нежно покалывающего язык. Ее взгляд то и дело скользил прочь от сцены, где Саманта демонстрировала новый танец, к устрашающе-притягательной женщине в черной коже и брутальных аксессуарах. Режин была заинтригована, ей никогда не приходилось воочию, а не в кино, видеть пугающие сексуальные изыски. И тут она увидела то, от чего кровь в буквальном смысле слова застыла в жилах. Из коридора, ведущего в задние комнаты клуба, вышел мужчина. Это был тот самый коридор, куда посетители клуба удалялись, договорившись с девушкой. А мужчину звали Венсан Гийом. Он улыбался женщине с шипами и хлыстом, как старый знакомый. Нет! Как раб улыбается госпоже в этой жестокой ролевой игре.