Мой милый ангел - Патриция Грассо

– Откуда он у вас?

«Я выиграла его в карты», – усмехнулась в душе Анджелика, но вслух сказала совершенно другое:

– Джаспера купил мне принц Рудольф, когда мы были на карнавале близ озера Комо.

Имя принца она несколько раз встречала в «Тайме», хотя знакома с ним, естественно, никогда не была.

– Принц Рудольф? – с круглыми от изумления глазами переспросила Венеция, на которую подобное «откровение» произвело нешуточное впечатление.

– Да, он самый, – подтвердила Анджелика свою чудовищную ложь, прямо глядя в глаза собеседницы. – Руди был таким очаровательным мужчиной. Но я понимала, что никогда не смогу быть счастливой в России.

Анджелика украдкой взглянула на тетушку Рокси и с удовлетворением поняла, что та относится к ее поведению очень даже одобрительно.

– Этот русский принц не предлагал вам выйти за него замуж? – продолжала допрос Венеция.

Анджелика не успела открыть рта, дабы исторгнуть очередную ложь, как Джаспер громко выкрикнул:

– Привет!

Приветствие, очевидно, относилось к Роберту, который появился в гостиной в вечернем костюме и, улыбаясь, подошел к женщинам. При этом Анджелика вдруг почувствовала, как учащенно и громко забилось ее сердце.

– Признаться, я удивлен тем, что вижу тебя в таком роскошном виде, – сказал герцог, обращаясь к сыну.

– Видишь ли, отец, я очень хотел бы присутствовать на первом ужине графини в Англии.

Внимательно посмотрев на Анджелику, он многозначительно прижал палец к губам.

Анджелика была ошеломлена. И не только тем, что Роберт вел себя прямо противоположно тому, чего она ожидала, но и тем, что он лгал от ее имени.

– Вы уже встречались? – спросила Венеция.

– Мы встречались этим утром в кабинете моего отца. Роберт поцеловал руку тетушке Рокси и кивнул девушкам.

– Посмотрите, какую прекрасную птицу принц Рудольф подарил Анджелике, – сказала Венеция.

Роберт бросил на Анджелику взгляд, в котором заплясали веселые чертики:

– Принц Рудольф, верно, действительно очень щедрый и добрый человек!

Анджелика пожала плечами:

– В отличие от других мужчин своего круга, принц Рудольф не преследовал никаких тайных целей по отношению ко мне.

– Что вы имеете в виду? – спросил Роберт.

– Принц Рудольф хотел, чтобы Анджелика вышла за него замуж, – хмыкнула Венеция. – И вообразите себе: она упустила возможность сделаться принцессой.

– Видите ли, – вздохнула Анджелика, – в России очень холодно зимой:

Роберт внимательно посмотрел на нее, как бы оценивая с ног до головы и стараясь не упустить ни одного изгиба тела.

– Да, но холодные ночи заставляют теплее закутываться в меха.

Анджелика покраснела, посмотрела на Венецию и с удивлением увидела, что та также, внимательно изучает ее, причем с почти нескрываемой злобой в глазах.

Итак, значило ли это, что Венеция тоже имеет виды на Роберта?

Жестокая волна ревности захлестнула Анджелику… Тем временем герцог прокашлялся и объявил:

– Думаю, наступило время ужина. Роберт схватил Анджелику за руку:

– Позвольте мне сопровождать вас к столу, графиня!

– Спасибо, милорд, – с обворожительной улыбкой ответила она, продолжая тем не менее думать о Венеции. – Пойдем, Джаспер!

Проходя через холл, Анджелика увидела еще одну большую клетку и удивленно посмотрела на Роберта:

– Как, еще клетка?

– Как видите.

– Тоже для Джаспера?

– А для кого еще?

– Так ведь уже есть одна в гостиной!

– Если вы обойдете весь дом, то увидите подобные клетки буквально в каждой комнате. Отец хотел, чтобы вашему любимцу было здесь хорошо.

– Мы будем ужинать вместе с попугаем? – недовольно проворчала Венеция, вошедшая в столовую сразу же вслед за Анджеликой.

– Мы хотели бы, чтобы графиня чувствовала себя здесь как у себя дома, – пояснил герцог.

Венеция ничего не ответила.

Столовая в доме герцога была совсем не похожа ни на одну из комнат подобного назначения, которые Анджелике довелось когда-либо видеть. Посредине стоял стол длиной больше десяти метров и шириной почти в четыре, сделанный из красного дерева. Над ним, высоко под потолком, висели три больших хрустальных канделябра, в каждом из которых горело по двадцать свечей. На белоснежной скатерти блестели аккуратно разложенные ложки, вилки, ножи и прочие столовые приборы из чистого серебра с ручками из слоновой кости. На отдельном столике красного дерева стоял большой серебряный чайник.

– Итак, стол сервирован на семь персон, – улыбнулась Анджелика. – Это число всегда приносит мне удачу!

– Надеюсь, что попугай все же не будет сидеть вместе с нами? – съехидничала Венеция.

– Конечно, нет! – успокоила ее девушка.

Она открыла клетку и посадила туда Джаспера. Там его ждали дорогие хрустальные вазы, доверху наполненные яблоками, апельсинами, мандаринами, бананами и всякого рода экзотическими фруктами едва ли не со всех континентов.

– А разве ваш сын не будет с нами ужинать? – спросила Анджелика у Венеции.

– Колин всегда ужинает с миссис Хони, гувернанткой, живущей у нас уже много лет. Она заботилась о мальчике и воспитывала его еще тогда, когда пришла к нам совсем юной девушкой. – Венеция помолчала немного и добавила: – Колин в последнее время стал думать, что Роберт – его отец.

Анджелика искоса бросила взгляд на Роберта, усаживавшегося у дальнего конца стола.

– Я не сомневаюсь, что он станет прекрасным отцом Колину, – сказала она Венеции.

Герцог поспешил придать разговору другое направление.

– Дорогая Роксанна, – обратился он к тетушке. – Я хотел бы устроить совсем неофициальный ужин. Не согласились бы вы мне в этом помочь?

– В чем конкретно? По-моему, все здесь уже сделано, причем наилучшим образом! – И тетушка Рокси одарила хозяина дома очаровательной улыбкой.

Тем временем Венеция снова обратилась к Анджелике:

– Скажите, вы уверены, что принц Рудольф приедет за вами в Англию? Это было бы замечательно!

– Принц Рудольф никогда не приедет за ней! – вмешалась в разговор Саманта.

– Принц с разбитым сердцем уже уехал в Италию! – добавила Виктория, подмигнув Анджелике.

– Это очень плохо! – вздохнула Венеция. – Роберт, вы намерены сегодня сопровождать меня и мое семейство на бал к лорду Мюррею?