Дом сбывшихся надежд - Тереза Бехари

– Что ты хочешь сказать?

Она промолчала, потом вздохнула.

– Собираемся ли мы делать салат или что-то еще к стейку?

Блейк не ответил, без труда распознав уловку, но подошел к холодильнику и начал вынимать овощи. Он был рад, что заехал в магазин накануне – ему придется делать это чаще, если Келли будет приходить в гости регулярно.

И вдруг он замер, вспомнив ее слова о том, что такой дом нуждается в семье, и что-то торкнулось в его сердце. Но он заставил себя подавить несвоевременные мысли и подал Келли помидоры-черри и авокадо.

– Теперь у тебя не осталось поводов уйти от разговора, – сказал он шутливо и положил руку ей на щеку. – Расскажи мне.

Келли снова вздохнула, вернулась к кухонной стойке и села. А затем заговорила, не глядя на него:

– Я имею в виду, что семья всегда много значила для Коннора. Для нас обоих, но для него даже больше. И когда наши родители умерли, они оставили пустоту, которую мы оба чувствовали. – Она сделала паузу. – Я думала, что мы заполняли ее друг для друга. Но теперь я думаю, что это сделает для него этот ребенок.

Блейк наблюдал за ней, когда она говорила. Внезапно он все понял.

– И ты боишься, что останешься одна, да?

Она не смотрела на него, но ему показалось, что он видит слезу, катящуюся по ее щеке.

– Да. Я понимаю, что это признание делает меня эгоистичной.

Прежде чем она закончила говорить, Блейк обнял ее. Ему хотелось утешить ее.

– Келли, я знаю, что Коннор помог тебе справиться с смертью ваших родителей. И ты имеешь полное право быть благодарной ему за это. Но с ситуацией справился не он, а ты. Ты сама сделала это. – Он откинулся назад, чтобы заглянуть ей в глаза.

Она моргнула, и еще две слезинки выкатились из ее глаз.

– Коннор действительно помог мне справиться с потерей родителей, – намеренно медленно произнесла она, как бы пытаясь убедить его в этом.

– Я знаю. Да, он помог тебе, это не значит, что он был причиной, по которой ты это сделала.

Он говорил медленно, следя за тем, как его слова воздействуют на нее:

– Келли, когда ты рассказывала мне о том, как ты справлялась с ситуацией, ты сама сказала, что заинтересовалась своей работой. Начала общаться с гостями. Именно ты проявила инициативу и стала организовывать экскурсионные туры.

Блейк замолчал, пытаясь понять, осознает ли она то, что он пытается донести до нее.

– Я знаю, что Коннор важен для тебя и что вы вдвоем пережили многое, но это не значит, что ты не справишься в одиночку. Кроме того, ты не будешь одна.

Она посмотрела на него, и от надежды в ее глазах у него замерло сердце.

– Я имею в виду, что не думаю, будто Коннор отвернется от тебя потому, что у него появится ребенок. – Блейк сказал это поспешно, хотя не мог объяснить себе причины, почему он так занервничал. Не теперь, когда их обуревали чувства, которые он не мог объяснить. Надежда в глазах Келли быстро померкла, и, хотя он намеренно погасил ее сам, сам же и огорчился.

– Да, может быть, ты прав, – сказала она и замолчала, ожидая, пока он накроет на стол.

И хотя стейк был одним из его фаворитов, когда в редких случаях он готовил и ужинал дома, Блейк не чувствовал вкуса. Его мысли были слишком заняты тем, чтобы вернуться к теме поддержки, которую он хотел ей предложить.

– Но, похоже, я забыла, что ребенок Коннора тоже будет моей семьей. Я все время думала как эгоистка.

– Келли, это вполне нормальная реакция. Это не эгоизм. Может быть, немного.

Келли рассмеялась и отрезала еще один кусочек от своего стейка, а затем посмотрела на него.

– Ты первый человек, который заставил меня почувствовать, что все может быть в порядке, даже когда ты одинок. И то, что я, возможно, сама помогла себе выбраться из своей депрессии. Спасибо.

Ее слова были настолько искренними, что разорвали его сердце, и Блейк сразу почувствовал себя едва ли не мошенником. Он не заслужил ее благодарности, когда сам даже не смог сказать ей, что он будет рядом. Ее замечание о семье словно заморозило его.

Они доедали ужин в молчании, каждый погруженный в свои мысли, а когда закончили, Келли подошла к мойке, чтобы вымыть посуду. Он откинулся на спинку стула, наблюдая за там, как она опускает тарелки в мыльную воду, ополаскивает их и ставит в сушилку. Медленно, почти не осознавая этого, он начал представлять, что они вместе вернулись домой после долгого рабочего дня…

Он мысленно видел дождь за окном, слышал, как потрескивает пламя в камине в гостиной. Он даже видел, как идет к ней и протягивает руку, притягивает ее к себе, а другой касается ее живота, в котором она носит их ребенка…

– Знаешь, до сегодняшнего дня я не думала о семье за пределами моих родителей и брата. Но приятно думать, что эти пределы могут расшириться.

Блейк был вырван из своих фантазий, и почувствовал, что его сердце забилось быстрее.

– Да?

– Да. – Она повернулась к нему, и выражение ее лица смягчилось. – Разве то время, которое ты был рядом с Брентом, было плохим?

Его сердце все еще бешено колотилось, когда он ответил ей.

– Оно было прекрасным.

– Я так и думала. – Она кивнула и вернулась к мытью посуды. – Коннор станет удивительным отцом. И быть тетей не так уж плохо.

Она как будто размышляла вслух.

– Я буду практиковаться, ведь однажды у меня будут свои дети. Хотя до сих пор о собственной семье я даже не думала.

– Ты хочешь иметь семью? – спросил Блейк. Келли обернулась, вытирая руки кухонным полотенцем.

– Да. Думаю, что да. – Она наклонила голову и сказала: – Наверное, это наследственное. – Она улыбнулась ему. – Основываясь на опыте той семьи, которую нам дали наши родители.

Ее слова ударили его прямо в живот, и наконец он понял, что так беспокоило его. Семья. Слово, которое описывало его самые большие разочарования. А теперь, подумал он в панике, и его самый большой страх.

– Келли, ты не против, если я отвезу тебя домой? – спросил он и проигнорировал голос в голове, который обзывал его трусом. – Уже поздно, а мне нужно кое-что сделать до завтрашней встречи с инвесторами.

– Что?.. Да, конечно, – ответила Келли, и его сердце сжалось, когда он увидел ее недоумение.

В полной тишине он помог ей расставить посуду, пытаясь привести в порядок свои мысли. Он хотел этого. Семью. С Келли. Никогда раньше он не чувствовал себя таким наполненным жизнью. Никогда еще не осознавал этого так ясно. Но он уже имел опыт потери. Ситуация с Джулией и наполовину не была так важна для него, а ведь развод едва не сломил его.

Когда они направились к машине, Блейк думал о Бренте. Он очень любил этого мальчика, и его сердце все ныло оттого, что он не был рядом с ним. И о родителях, которые, каждый по-своему, бросили его. Он много лет каждый день сражался с воспоминаниями о тех страданиях, и шрамы на сердце все еще давали о себе знать.