Волшебство его ласк - Морин Чайлд

Уэсли кивнул и поднял бокал:

– Хорошо быть с друзьями, которые умеют тебя подколоть.

Они выпили, и Тоби сказал:

– Мы же друзья, в конце концов. А раз мы такие хорошие друзья, то, вероятно, Изабелле надо знать, что, когда она устанет от тебя, каждый из нас будет готов тебя заменить.

Улыбаясь, Уэсли покачал головой.

– Да, но у вас нет шансов, – сказал он.

Клэй усмехнулся:

– Стоит попробовать. Кстати, когда мы познакомимся с твоей дочерью?

Уэсли мельком взглянул на него. Он не должен был удивляться, потому что полстраны говорило о нем благодаря Маверику и Твиттеру. Тем не менее ему показалось странным, что кто-то так непринужденно спрашивает его о дочери.

– Скоро, – сказал он. – Я надеюсь. Сначала мне надо договориться с ее матерью.

– Девочка миленькая, – произнес Клэй. – Я видел фотографии вас троих…

– Что? – Уэсли смотрел на своего друга и ждал ответа.

– Они опубликованы в таблоидах, которые продают на кассе в продуктовом магазине. – Клэй пожал плечами. – Над ними был заголовок «Тега #ГореПапаша больше нет».

– Отлично, – ответил Уэсли. – Просто потрясающе.

– Эй, – сказал Тоби, – но это лучше, чем быть плохим отцом.

– Я не знал, что у меня есть ребенок, – заметил Уэсли.

– Да, мы в курсе, – сказал Том, поднимая руки в притворной капитуляции. – Просто теперь все видят вас втроем и понимают, что записи в Твиттере были ерундой.

Уэсли подумал, что если фотографии появились в таблоидах, то они будут и в других изданиях, и в Интернете. Тедди Брэдфорд увидит их и, возможно, изменит свое мнение о слиянии компаний. Уэсли привез Изабеллу и Кэролайн в Техас отчасти для того, чтобы замять скандал.

Но теперь ему стало совестно.

Уэсли оглядел зал клуба, отмечая присутствующих и задаваясь вопросом: кто сегодня сюда не пришел? Эти проклятые собрания были как кость в горле. Зачем их только возобновили? Теперь их обязан посещать каждый член клуба землевладельцев.

Клуб оставался прежним более ста лет. В свое время это был типичный клуб для мужчин-богачей, поэтому его оформили в мужском стиле. На стенах были развешаны охотничьи трофеи, документы из истории Техаса и различные картины. Потолок пересекали темные балки, которые подняли выше во время реконструкции, устроенной после разрушительного торнадо. В клубе была темная кожаная мебель, камин, толстые темно-красные ковры на сверкающем паркетном полу.

Несколько лет назад в клуб стали принимать и женщин, поэтому не обошлось без перемен. Например, в клубе появилась комната для кормления детей. Но подобное изменение было крайне незначительным. Однако стены клуба теперь были выкрашены в более светлые тона, в комнатах появились свежие цветы в вазах, и то там, то здесь все чаще слышались довольно громкие женские голоса.

Уэсли и его друзья без проблем восприняли членство женщин в клубе землевладельцев, но старая гвардия по-прежнему относилась к ним негативно и сражалась против любых нововведений, которые они предлагали. Сегодня, например, обсуждалось, в какой цвет следует выкрасить клубные туалеты.

Уэсли внимательно посмотрел на трех женщин, которые до сих пор спорили с двумя пожилыми мужчинами, чьи лица раскраснелись от едва сдерживаемой ярости. Качая головой, Уэсли взглянул на свою бывшую подружку, Сесилию Морган, и ее приятельниц – Симону Паркер и Наоми Прайс. Он не мог не задаться вопросом, не они ли втроем скрываются под ником Маверик. Сесилия спорила о цвете стен в женском туалете с таким упрямством, словно решение об их покраске в персиковый цвет было важнейшим в мире. Может ли она в самом деле быть пресловутым Мавериком?

Когда она уперлась руками в бока и уставилась на старика в кожаном кресле, Уэсли едва мог поверить, что когда-то был близок с Сесилией. Что, черт побери, он в ней находил? Конечно, она красивая, но у нее отвратительный характер. Она и ее подружки ведут себя как развязные школьницы. Недаром их зовут чертовками.

Он наблюдал, как Симона Паркер с дерзкими голубыми глазами, длинными черными волосами и телом, способным возбудить даже мертвеца, прислонилась к старику Макгиру и тыкала пальцем у него перед носом. Рядом с ней была красотка Наоми Прайс – кареглазая, с длинными рыжевато-каштановыми волосами. Наоми самодовольно наблюдала, как Симона спорит со стариком. Сесилия огляделась вокруг, будто желая уйти.

Она встретилась взглядом с Уэсли, заметила гримасу отвращения на его лице и смутилась. Но, к счастью, Уэсли уже было наплевать на Сесилию.

Словно прочтя мысли Уэсли, Тоби вздохнул и сказал:

– Эта троица так и не повзрослела после окончания средней школы. – Он помолчал, потом прибавил: – Особенно Наоми. Ведь она совсем другая.

– Я не знаю, – вставил Том. – Они допекают жителей Ройяла уже многие годы, вероятно, это вошло у них в привычку.

– Но им не мешало бы бросить эту привычку, – сказал Уэсли, делая еще глоток виски.

– Согласен, – тихо и мрачно произнес Тоби.

– Я прошу внимания! – заговорил Паркер Риз, педиатр местной больницы. – Не пора ли прекратить дискуссию? Я предлагаю поскорее решить вопрос и сматываться отсюда.

Как правило, Паркер был молчаливым, но не слишком дружелюбным. Все успокоились, и президент клуба, Кейс Бакстер, взял слово.

– Вот это да, – пробормотал Уэсли и подумал, что теперь успеет почитать сказку Кэролайн и уложить ее спать. – Это чудо.

– Да, – сказал Тоби. – По-моему, мы должны угостить Паркера пивом.

Пару часов спустя Уэсли был дома в постели, ожидая женщину, которой не мог насытиться. Когда дверь спальни открылась и Белла вошла, он улыбнулся:

– Кэролайн спит?

– Она мгновенно отключилась, – сказала Изабелла, – и по-прежнему прижимает куклу к груди. Она никак не придумает ей имя. – Белла легла под одеяло, пододвинулась к Уэсли и положила голову ему на плечо.

Большая кровать стояла перед камином, пламя которого отбрасывало мерцающие блики и тени по комнате. Уэсли крепко обнял Изабеллу, думая о том, как ему сейчас хорошо.

Он произнес:

– Сегодня я говорил со специалистом из Хьюстона.

Она напряглась в его руках, потом запрокинула голову, чтобы посмотреть на него:

– О чем?

Уэсли нахмурился:

– О Кэролайн.

– Уэсли, мы договорились, что будем решать этот вопрос вместе.

– Я просто поговорил с ним, Белла. – Уэсли поглаживал ее по спине. – Я не записывал нашу девочку на операцию.

Через несколько секунд сердитость Изабеллы сменилась любопытством.

– Ладно. Что он сказал?

– Он не мог ничего мне сказать, не осмотрев Кэролайн, – признался Уэсли. – Я просто задал ему несколько общих вопросов, чтобы удовлетворить собственное любопытство.