Как исправить прошлое - Сара Вуд

В кабинет могут войти, в полусне думала Тина. В это время дня здесь вечно кишит народ. И рот Джованни уже черт знает где, и рука...

Придется кивнуть. Нет выхода. Не то он соблазнит ее, не сходя с места. Как она его любит! И как ненавидит! Согласись, приказал ей разум. Согласись, мы потом что-нибудь придумаем!

– Тина, – низким от страсти голосом прошептал он.

Она кивнула, запаниковав, что-то отчаянно промычала. Ладонь его была теплая, ее хотелось поцеловать, но вот она уже отстранилась, и Джованни отошел в сторону, так что вся эта демонстрация страсти – не больше чем средство достижения цели.

Трясущимися руками Тина принялась приводить в порядок платье и волосы. Джованни молча, невозмутимо за ней наблюдал. Думает, все ему по плечу!

– Проводи меня до машины.

– Чего ради? – вскинулась она.

– Ради эффекта, конечно. А ты что подумала?

Она посмотрела на него изучающе. Глаза циничные, безразличное лицо. Любой другой умер бы за ее поцелуй! Только не Джованни! Ничего, она еще покажет ему...

– Хорошо. Сейчас сделаю лицо. – И сделала, обнаружив то, что скрывала внутри, – глубокое плотское желание.

– Нет, это перебор, – Джованни даже закашлялся. – Сбавь обороты.

Поощренная неприкрытым желанием, прозвучавшим в его голосе, Тина внесла поправки в выражение лица и приняла его руку:

– Мы их всех одурачим! – А я одурачу тебя, подумала она мрачно, выходя навстречу сотрудникам, на лицах которых отражалось ожидание. Он у меня получит – с лихвой!

– Значит, я потом заеду за тобой, да, милая? – нежно говорил ей Джованни. – Поедем выбирать... – спохватился, конспираторски посмотрел на нее и прошептал, но так, что услышал бы целый стадион: – ...кольцо!

Тина сделала вид, что не слышит охов и шепотков удивления, и изо всех сил сосредоточилась на том, чтобы глядеть в глаза Джованни со страстью героини какой-нибудь мыльной оперы.

– Как чудесно! – пролепетала она, сжав ему руку.

– Милая! – выдохнул Джованни и налетел на стол. – Ох! Прошу прощенья! Это от счастья!

Блеск, подумала Тина. Ослеп от счастья! Гибкий и пластичный, как кошка, Джованни сроду ни обо что не спотыкался. Высший класс актерской игры!

– Не хочет носить очки! Тщеславен, как все мужчины! – обращаясь ко всем сразу, с улыбкой произнесла Тина. Под перекрестным огнем удивленных взглядов они с Джованни преодолели все остальные препятствия в виде столов и стульев и вышли на улицу.

– Теперь попрощаемся как положено, – пробормотал он, опасно сверкнув глазами, и блестящей актерской игрой загубил все ее заготовки. Ведомая твердой рукой, она изогнула спину, как в танго из фильма тридцатых годов, и ощутила на губах страстный поцелуй, на который послушно ответствовала, пока не взыграл здравый смысл.

– Джо! Это не...

– Неприлично, я знаю, – с обезоруживающей легкостью извинился он ради, Тина поняла это, прилипших к окнам сотрудников. – Это тебе за реплику про очки. Я вообще-то планировал чинно поцеловать ручку. Не вздумай играть со мной в эти игры, Тина. Пожалеешь. Что касается поцелуя, то всем ясно как день, что ты только что сделала меня, – он облизнулся, – счастливейшим из смертных, и оправданием ему – моя средиземноморская кровь...

– Которую ты увидишь разбрызганной по всей стоянке, если сделаешь это еще раз! – сладко проговорила она, надеясь, что улыбается той самой счастливой улыбкой, которая подобает всякому только что обрученному школьному психологу-консультанту. – И еще одна вещь, милый, – хлопая ресницами, прибавила Тина. – Ты не находишь, что наша помолвка несколько... поспешна?

– Так мы же когда-то любили друг друга, разве нет?

– Нет.

Он усмехнулся на горечь этого отрицания и нежно взъерошил ей волосы.

– Понимаешь, не могу ждать!

– Дед и Адриана будут в шоке.

– Значит, ты должна найти самый лучший способ сообщить им об этом, – ответил он. – Я полагаю, это – с сияющими глазами сказать, что бешено влюбилась в лучшего парня на свете. Они тебя любят. Они обрадуются.

– Импровизируешь на ходу? – кисло откомментировала Тина.

– Приходится! Надо наверстывать. Ну, пока! Помаши ручкой и улыбнись, как ты умеешь. Вот умница!

Тина подавила вздох. Ничего, она что-нибудь придумает. Он у нее попляшет, думала она, с нежнейшей улыбкой помахивая рукой ему вслед.