Держи меня крепче - Ольга Джокер

- Помощницу я уволила, - говорит Валерка и плюхается на диван.

Короткие шорты оголяют ноги, покрытые целлюлитом и синяками, и я недоумеваю, пытаюсь вспомнить, в какой момент Лера себя так запустила. Подхожу к колонкам и выключаю изрядно надоевшую песню Славы «Одиночество сволочь».

- Ты читаешь мои мысли. Окей, помощницу уволила, но у самой руки есть?

Сестра забирается с ногами на диван, сворачивается калачиком и начинает ныть. Что все вокруг ее достали, одна Лерка хорошая невинная овечка. Блядь, я, наверное, черствый мужлан, но почему-то на дух не переношу женское нытье. Особенно когда это нытье высосано из пальца. Уверен, что у «золотой» девочки не случилось ничего такого, что заставило бы ее впасть в депрессию. Ничего того, что могло бы заставить нормального человека спрыгнуть с высоты тринадцатого этажа.

- Мать была у тебя? – спрашиваю я и сажусь на кресло напротив.

Только сейчас замечаю, что моя рубашка одета черти как – пуговицы застегнуты вразнобой, воротник торчит в разные стороны, а галстук и вовсе забыл в номере отеля.

- Мать была. Я ее не пустила.

- А почему меня пустила? Валер, ты взрослая двадцативосьмилетняя девочка, а ведешь себя как подросток. Это из-за продюсера? Хочешь работать с Вознесенским? Что ты вообще хочешь в этой жизни?

- Не в нем дело, Марк. Я ничтожна. Смотрю на тебя – красивого и успешного и не понимаю, как тебе удалось вылезти из этого дерьма и остаться таким невозмутимым?

В голову резко врезаются картины из моей мажорской жизни. Где я – не я. Где я себя ненавижу и презираю. Правда там я и Валерка – неразлучные брат и сестра, сиамские близнецы. Хорошо, что я вовремя понял, как жить не надо. Спасала благотворительность, погружение с головой в работу, девушки, имена которых я даже не помню… Я постепенно забывался, а Валерка – нет.

- От бабы приехал? – спрашивает сестрица, закуривая сигарету.

Наливает в грязный бокал с коричневыми разводами немного коньяка и вопросительно смотрит на меня.

- Будешь?

- Нет, и тебе не советую.

- Включаешь старшего? Ладно, тяпну сама.

Она опрокидывает еще бокал с коньяком, берет из тарелки засохшую дольку лимона, а я только неудовлетворительно качаю головой.

- Кто она? Ты так и не сказал мне. Олли или та брюнетка, с которой ты явился на мою презентацию?

- Та брюнетка, - отвечаю я и откидываюсь на кресло.

- Ох ты и чертяка, Марк! Ты их по очереди или вновь практикуешь секс втроем?

- Довольно, Лерка, - прерываю ее на последнем предложении не желая вникать в детали своей личной жизни.

Да хоть и вчетвером, только ей об этом знать необязательно. Судя по тому, как сестра вальяжно раскинулась на диване, прыгать с тринадцатого этажа она не планирует.

- Я хочу предложить тебе лечение в клинике, Валерка. Уверен, что там тебе помогут, - начинаю непростой для нее разговор и вижу, как сестра недовольно кривится.

Взбалмошная девчонка, которая так и не смогла самостоятельно шагнуть в мир взрослых.

- Ты думаешь, что из этого что-то получится? – тушит окурок прямо о журнальный столик из дерева и поднимает на меня свой мутный взгляд.

- Уверен.

Странно, но она не сопротивляется. Просто пакует свои вещи в дорожную сумку, мы вызываем такси и выходим на припорошенную снегом улицу. Процесс оформления документов занимает не так много времени, но я выхожу из клиники, когда на улице уже светает. Только в этот момент вспоминаю, что так и не написал ничего в ответ на сообщение Белоснежки…