Пропуская удары - Элен Форс

Через вай фай я стала искать интересные места в Питере. Неспешно перелистывая сайты с описанием достопримечательностей, я также пританцовывала ногами в ритм музыки из радио. Определившись со списком мест я отправилась в душ, чтобы привести себя в порядок. У меня с собой ничего не было кроме маленькой сумочки, которую я взяла с собой на мероприятие. Придется теперь раскошелиться, чтобы обеспечить себя всем самым необходимым. От одежды до средств первой необходимости.

Пока я была в душе мне насыпалось около ста сообщений от Демида, который без остановки писал и писал. Я даже не стала их читать, ни что не испортит моего настроения и одухотворенности. Желания читать сообщения Демида о том, что я ему должна совершенно не хотелось.

Удалив все сообщения, я забросила телефон в сумочку и пошла исследовать загадочный и романтичный Санкт-Петербург.

В Питере все другое: улицы, люди, атмосфера. Здесь нет такой спешки, погони за временем как в Москве.

Я просто наслаждалась тем, что ничего не делала, рассматривала забавные сувенирные лавки, следя за уличными артистами. Чувствовала себя ребенком, которому родители разрешили поучаствовать в веселой авантюре. Меня приводила в восторг любая мелочь.

В детстве у меня ничего не было: ни семьи, ни уголка, ни игрушек, даже друзей. Я старалась радоваться любым светлым мелочам, которые встречались на моем пути. Самым главным счастьем и событием стало моё поступление в университет. Я смогла выбраться из черной дыры, которая сжирала людей, затягивая в пучину бед и неправильных жизненных решений. Многим из моих друзей повезло не так как мне, многие либо спились, либо живут в полученном ими социальном жилье на пособие, проклиная всех в округе.

Мне посчастливилось встретить умных людей, которые стремились к светлому будущему, мечтающих получить образование, работу и завести полную семью. У них были цели и это вдохновляло. Заставляло верить, что и у тебя может быть хорошо.

Встреча с Демидом было моим откровением, что меня можно любить — так сильно и чисто, ни за что, за то какая я. Это раскрывало меня и делало немного особенной, более чувственной, желанной, героиней моей истории. Каждое касание Дема до меня, даже легкое, едва уловимое ощущалось на коже даже после расставания, так они были прекрасны. Я испытывала эйфорию, когда моё сердце подпрыгивало, а потом падало вниз, как башня сводного падения, делая в воздухе еще несколько оборотов. Это была моя реакция на его запах, глаза, губы.

В больнице, когда его сестра сказала, что Демид умер — я умерла вместе с ним. Осталась в той машине, заживо захороненная под грудой покореженного металла. Мне незачем было жить.

Но сегодня мне хотелось начать жизнь с нуля, стать той девочкой из детдома, которой очень хотелось выжить, получить светлое будущее. Кусаться и царапаться на пути к своему счастью. И я вычеркну все, что было до… Теперь будет только после…

Мое внимание привлекло старинное готичное здание серого цвета у Грибоедовского канала. Оно притягивало внимание каждого прохожего, таким ярким и выделяющимся было. Огромные окна, подсвеченные золотым светом, притянули и меня к себе, удерживая у входа.

Я приложила руки к груди, неловко смущаясь и не решаясь зайти в такое пафосное заведение. Мне совершенно не хотелось есть, но так и манило посмотреть это старинное здание внутри. Тем более ресторан, интерьер которого только частично можно было рассмотреть в окно, был шикарен. В нем все было дорого даже с первого взгляда.

”Атмосфера” — было выведено красивыми буквами на золотой табличке у двери.

Отгоняя предубеждения, я протянула руку и распахнула дверь, впуская себя внутрь очаровавшего меня здания. Внутри было не менее красиво, даже лучше. Интерьер был в стиле барокко с расписными потолками и стенами, белоснежными колоннами и мебелью такой роскошной, что казалось ее украли с самого Эрмитажа. Голые попки ангелом взирали на меня с потолка, вызывая улыбку.

— Добрый день! Вы одна или кого-нибудь ожидаете? — красивая девушка в белоснежном платье на тонких бретельках подошла ко мне стуча своими каблуками.

— Я буду одна. — раньше мне было бы неловко пообедать в ресторане в одиночестве, но не сегодня. — Можно мне столик у окна?

— Конечно! — девушка улыбалась автоматически, вымученно. Ее улыбка была профессиональной, не искренней. — Наше сезонное меню, рекомендую блюдо от шефа. Он сегодня в ресторане.

— Давайте мне гусиную печень в вишневом соусе от шефа, меренговый рулет и маргариту! — я отложила меню, делая заказ сразу. Хотелось остаться в одиночестве и насладиться этим помпезным местом. Мне бы хотелось работать в таком ресторане, мечтать быть хозяйкой такого места даже не стоит. Это нереально.

В ресторане было немного гостей, но и время было не для посещения таких ресторанов, только час дня. Я снова огляделась с любопытством, стараясь оставить в своей памяти каждую деталь этого места.

— Ваша гусиная печень в вишневом соусе.

Я подняла глаза на стоящего рядом со мной мужчину, и сердце ушло в пятки от удивления.

Передо мной стоял тот самый таинственный незнакомец в черной униформе, над кармашком которой золотыми буквами было выведено “Шеф-повар”. Его глаза излучали свет с искорками смеха и он улыбался во все тридцать два зуба, обнажая белоснежные зубы. Весь его вид кричал, что он узнал меня.

— Спасибо! — я замерла, не веря своим глазам, рассматривая его без стеснения, теряя всякое приличие. У меня был невероятно растерянный вид, что только забавляло его, потому что глаза стали искриться весельем сильнее. Словно озорной мальчишка.

Я смотрела на него как на пирожное в витрине, обдумывая попробовать или нет. Мне сейчас нельзя сладкое, потому что приходит придерживаться диеты, но очень хочется чего-нибудь вкусного, запрещённого — чего еще не ела. И вот ты смотришь и прикидываешь, хочешь или нет, нравится или нет, а хочется чисто из вредности против логики и воли.

Безусловно приятный, настоящий красавчик. Эдакий молодой Брэд Питт в свои лучшие годы. Тонна самоуверенности и приятная внешность. Ему шел черный цвет, подчеркивал бронзовость кожи и голубые глаза. И этот образ шеф-повара заманивал в свои сети.

Не надо было даже сомневаться — этот парень редкостный бабник, у него даже на лбу это написано.

— За печень или за куртку?

— Простите?

— Спасибо за печень или за куртку?

— За то и другое.

Незнакомец или шеф-повар ресторана “Атмосфера” сел напротив меня, не испытывая дискомфорта от этой незаурядной ситуации, в отличие от меня. Вроде ничего плохого или преступного не сделала, а все равно как-то неловко, будто украла эту куртку и попалась теперь с поличным.

— Меня зовут Влад. — его мягкий убаюкивающий тембр успокаивал. Он насмешливо поднял брови, тем самым спрашивая, как моё имя. Но я не спешила с ответом, обдумывая — отвечать ли.

— Маша.

— Маруся, значит. — протянул он, продолжая рассматривать меня неотрывно. — Красивое русское имя.