Причина смерти - Элен Лин

Второй заказ дается Софье гораздо проще. И заказчик полностью доверяется ей, не влезая в работу, еще и рекомендации у неё теперь есть. Смогла очаровать всё нудное семейство, и они не забывали упомянуть имя дизайнера, принимая гостей в новом доме. Параллельно появляется третий заказ, сумма немного вырастает, но и работы много. Зато денег с моей карты теперь уходит меньше, старается свои тратить. А вот у меня дела идут не так гладко, но стараюсь не думать об этом.

Рад, что помог ей, но однажды в голову стреляет закономерный вопрос: «Что если она решит съехать, снимать жилье». Холодеет внутри от этой мысли. Я должен буду отпустить, похвалив себя за то, что помог ей. Но, на самом деле, я ожил благодаря ей. И буквально, и в переносном смысле. Она мне не дала прыгнуть. Заставила пообещать, что я буду жить. Благодаря ей я улыбаюсь, спешу домой, думаю о завтрашнем дне без боли, кручусь, придумываю что-то. Но пока речи о переезде не идёт, стараюсь успокоить себя.

Одним утром, стоя у окна, понимаю, что на улице лежат сугробы и с неба падает снег. Даже не заметил, как зима наступила. Софья в это время собирается на объект. Оборачиваюсь, сжимая в руках кружку кофе. Зябко ежится, потирая плечи, когда открывает входную дверь, запуская холодный воздух из подъезда.

-Я ушла! До вечера! – Машет мне.

-До вечера. – Прощаюсь в ответ, слушая, как закрывается дверь.

Хмурюсь, смотрю, как выбегает из подъезда, быстро запрыгивая в такси. Я ведь вообще ничего не замечаю, да? Курточка на ней такая тоненькая. Как вообще не застыла сосулькой где-то на улице? Так не пойдет, Санёк. Одеваюсь, обуваюсь и еду в торговый центр. Один из плюсов зимы – бабушки покидают лагерь, прячась по землянкам у себя в квартирах. Очень надоело отвечать на вопрос «почему я до сих пор на расчудесной Софочке не женюсь». Как почти все мужики, я трудно ориентируюсь в магазинах, но надо. Провожу там долгих четыре часа. Четыре, Карл!

Вечером дожидаюсь Софью, которая прислала жалобную смс о том, как устала. Приготовил сам макароны по-флотски, её любимый ягодный чай, стоящий на отдельной полке, заварил. Сам какао тяну. Ну, нравится мне вкус и запах несквика. Наверное в детстве не пил, а теперь дорвался. Заходит домой, стряхивает снег с шапки, топать ногами, сбивая комки с обуви.

-Я пришла! – Кричит из коридора.

Подхожу, помогаю куртку снять, пока она на руки красные дышит, замерзшими пальцами сапоги расстегивает.

-Идем кушать скорей. – Зову её за стол.

Поправляет волосы, прилипшие к голове после шапки, и идет на кухню.

-Я этого таксиста полчаса ждала, никак не мог найти нужный массив! – Ругается на ходу. – Набирают кого попало, а клиенты отдуваться должны. – Сразу хватается за горячую чашку, отогреваясь, даже дрожит немного.

-Позвонила бы мне, знала же, что я дома, забрал бы. – Двигаю к ней тарелку. Сам не ел, её ждал.

-Да откуда же мне знать, что такой тугодум попадется. – Сокрушенно мотает головой, принимаясь за еду. – То ли я дико голодная, то ли ты очешуенный повар. – оттаивает Снегурочка.

-Точно не второе. – Усмехаюсь в ответ.

Слушаю очередной рассказ о новом заказе, пока она не отодвигает удовлетворено тарелку.

-Я помою посуду, иди отдохни, ванну прими, замерзла совсем. – Улыбаюсь ей, самому не терпится, чтобы в комнату пошла.

-Ты просто человечище, Саш. – Чмокает меня в щеку и выходит.

Слышу возню в комнате, шуршание пакета, непонятное бормотание, а потом радостный визг. Заговорщицкая улыбка растягивается на губах сама собой. Убираю посуду, слушая её причитания и вскрики. Софья залетает на кухню прямо в новенькой шубе из чернобурки, глаза горят, прыгает на месте.

-Саш, это мне? Мне? – Не верит, любовно поглаживая мех.

-Нет. Мне. Решил стиль сменить, нравится? – Потешаюсь, лопаясь от гордости, глядя на то, как идеально ей подходит шуба. – Тебе, конечно, чтобы не мерзла больше.

-Спасибо, спасибо, спасибо! – Прыгает на меня, зачмокивая всё лицо.

Еле удерживаюсь на ногах, обнимая её и пытаюсь остановить, смеюсь вместе с ней. В какой-то момент она останавливается, ловлю её пристальный взгляд. Повисает молчание. Всё еще держу в объятьях, наши лица в десятке сантиметров. И я хочу поцеловать её.  Прямо сейчас. Из оцепенения выводит звонок в дверь. Оба оборачиваемся на дверь. Отпускаю девушку, а она бежит в коридор.