Ласка скорпиона - Нора Робертс

– Хорошо. – Уэбстер почесал в затылке. – Рене Оберман, ради всего святого. И каковы ваши шансы доказать, что Кинер был убит?

– Мы это докажем, – заверила его Ева, – потому что он и вправду был убит.

– Всегда восхищался твоей уверенностью, Даллас. Сколько у нее в отделе? Десять человек?

– Двенадцать.

– Если это она, согласно показаниям Пибоди, заказала Кинера, выполнить заказ мог любой из них, кроме Гарнета.

– «Их мальчик», – напомнила ему Ева. – В отъеме работают две женщины. Остается девять. В ее распоряжении есть и рядовые по ротации, значит, подозреваемых еще больше. Кроме того, не исключено и даже вероятно, что она кое-кого рекрутировала вне своего отдела. Убийство мы раскроем, Уэбстер, но у меня есть доступ лишь к самым общим данным по ней, по ее отделу, по всем остальным, кто может привлечь мое внимание. Я не могу копнуть глубже, не насторожив ее. Я затяну ее в процесс с помощью Кинера, отвлеку ее, пусть сосредоточится на мне, но я не хочу, чтобы она заерзала, как на муравейнике. Не с самого начала. Она не должна знать, что я подозреваю ее или кого-то из ее людей.

– У нас много способов в этом покопаться, никого не настораживая, но без согласия моего капитана это рискованно.

– Тебе придется как-то это обойти. И своим электронщикам ты не сможешь поручить поиск, – добавила Ева. – Тебе придется работать с Финн и Макнабом.

– Думаешь, все поверят, что я околачиваюсь в ОЭС ради кофе и пончиков?

– В ОЭС ты не найдешь кофе и пончиков. Они больше увлекаются шипучкой и энергетическими батончиками. Но штаб-квартирой по этому делу является мой дом. У нас есть компьютерная лаборатория, экипированная не хуже, чем ОЭС, а моего домашнего кабинета для наших целей вполне хватает.

– О да, я хорошо помню твой домашний кабинет.

Ева бросила на него насмешливый взгляд.

– Ну, значит, найдешь его без проблем.

– Дело шло бы куда эффективнее, если бы мы задействовали все ресурсы БВР.

– А ты так уверен, что в БВР все чисто, Уэбстер? Ты до сегодняшнего дня хоть раз принюхивался к Рене? Судя по твоему виду, держу пари, ответ – нет. А ты можешь гарантировать, что у нее нет кого-нибудь прикормленного в вашей норе? Кого-то, кто блюдет ее интересы?

– Ничего я не гарантирую, но я знаю людей, с которыми работаю в контакте, и в их число, безусловно, входит мой капитан.

– Но я этих людей не знаю. Я знаю, ты сделал запись нашего разговора. Если ты разболтаешь и это дойдет до Рене или Гарнета, считай, что ты выставил задницу Пибоди в тире. – Ева помедлила. Ее голос зазвучал холодно и деловито. – Я сломаю тебе руку, если только попробуешь выйти отсюда с диктофоном, пока не дашь мне слово ничего не разглашать. А если пойдешь с этой сломанной рукой к своему капитану, если только попытаешься поставить под удар моего детектива, мою напарницу, я тебя закопаю. Ты знаешь, я не шучу.

Их взгляды скрестились, Уэбстер глотнул еще воды.

– Да, Даллас, я знаю, ты не шутишь. Но и я не шучу. Я не выставлю задницу хорошего копа в тире.

– Тогда дай мне слово. Я поверю на слово, и мы сможем двигаться дальше. А если нет, я позвоню Уитни прямо сейчас. Может, у него и нет полномочий напрямую вмешиваться в процедуру БВР, зато он может запросто перевести тебя постовым в гребаный Квинс, и будешь ты там на перекрестке руками махать.

Уэбстер поставил бутылку, наклонился над столом и придвинулся к самому лицу Евы.

– Не угрожай мне, Даллас.

Ева повторила его движение.

– Слишком поздно.

Он отодвинулся от стола, встал, подошел к бару, где Крэк молча трудился на компьютере. Через минуту Уэбстер вернулся к столу с кружкой кофе. Ева знала, что напиток ударит по желудку, как горячая кислота из автомобильного аккумулятора.

– Даю слово, но не потому, что боюсь твоих дурацких угроз, а потому, что, повторяю, не больше, чем ты, хочу выставить задницу хорошего копа в тире.

– Упомянутая задница выражает признательность, – пробормотала Пибоди.

Уэбстер отхлебнул кофе, зашипел и выругался.

– Черт, ну и гадость. Мне нужны копии каждого бита информации, которая у тебя была, есть или будет.

– Получишь.

– Протоколы всех совещаний для архива БВР.

– Э, нет, с этим я согласиться не могу, Уэбстер, – перебила Ева, не давая ему возразить. – Все результаты, все оперативные и аналитические разработки будут регистрироваться, но я не хочу заставлять моих людей дрожать над каждым словом, чтобы, не дай бог, не рассердить БВР. Обещаю, что все мои контакты и разговоры с Рене Оберман, Уильямом Гарнетом и любым другим человеком, если я решу, что он замешан, будут записаны, скопированы и переданы для БВР. Я буду на прослушке, как и Пибоди.

– Ты собираешься сунуть Кинера ей под нос?

– Я собираюсь засунуть Кинера ей в зад.

– Каким образом?

«Ладно, – подумала Ева, – теперь он мой. Будет не только помогать, но и защитит мою команду, если БВР вздумает на нас наехать задним числом».

– Я прочла его досье и поняла, что он ее стукач. Кстати, это чистая правда. К тому же мой мифический стукач с ним знаком. Не волнуйся, я знаю, как справиться с ситуацией на том конце.

– А я знаю, как с ней справиться на этом. Но я должен хоть что-то сказать своему капитану. Итак… я получил возможную наводку на крупное дело, но мне нужно время. Хочу поработать в одиночку, все проверить, прежде чем докладывать в Бюро. Он меня, конечно, помурыжит, начнет выжимать детали, но он не станет меня душить, если я скажу, что мне нужно время.

Ева решила нажать на него для проформы.

– Сколько времени он тебе даст, если ты намекнешь на большое дело?

– Сколько надо. Я не стану лгать моему капитану. Кроме того, если я его проинформирую в этих пределах, мое участие в следствии будет считаться официальным. Это зачтется, когда мы возьмем Рене с ее веселыми человечками.

– Хорошо, – кивнула Ева.

– Ну а теперь, раз уж этот кофе меня не убил, я, пожалуй, приступлю к делу.

– Брифинг в шестнадцать ноль-ноль в штаб-квартире, – напомнила Ева.

– Я приду. – Уэбстер встал. – Ты все правильно сделала, Пибоди. На все сто. И это тоже зачтется.

Пибоди заговорила не сразу, выждала, пока Уэбстер не вышел.

– Господи, как я рада, что с этим покончено! Даллас, а ты правда сломала бы ему руку? Или позвонила бы Уитни, чтобы он перевел Уэбстера в Квинс?

– Не обязательно. Я могла сломать ему нос и послать его в Йонкерс. – Ева пожала плечами. – Но мне было бы немного жаль его.

Вернувшись в Управление, Ева велела Пибоди подготовить доску и открыть журнал по Кинеру.

– Я зайду в ОЭС, подключусь к прослушке, а мотом нанесу визит Рене.