Беги, дорогая, беги - Архелая Романова

– Ну, вот, забирай. Будет кататься.

Следующие пара часов пролетели словно миг. Захлебываясь от восторга, я каталась на Кнопке, затем мне разрешили сходить к другим лошадям и покормить их, а после Игорь привел огромного черного жеребца с лоснящейся шерстью, и показал пару трюков. Когда коня увели, я подошла к Кнопке и поднесла ей яблоко, ласково гладя жилистую и мощную шею животного.

– Хочешь, куплю? – спросил вдруг Игнат, подходя ко мне сзади.

– А? – обернувшись, переспросила я. – Что купишь?

– Лошадь. Эту или другую, – снисходительно улыбнулся Игнат. – Тебе же она понравилась?

– А как… – я растерялась. – А где ее содержать?

– Да у Игоря, – пожал плечами Игнат. – У него тут есть пара коней, которые принадлежат влиятельным людям. Игорь за ними ухаживает, присматривает, а владельцы приезжают раз в неделю – покататься и проведать.

– Нет, не надо, – с сожалением отказалась я. Собственная лошадь – это же просто мечта! Я бы тут жила вечность, и сама бы за ней ухаживала. И обучала бы, и каталась, и гриву чесала, и даже уборка навоза не казалась мне чем-то ужасным. Своя лошадь… Стоит очень дорого. И я не буду принимать такой подарок. Тем более от Игната, от которого мне нужно только одно – узнать, где Марина.

– Подумай еще, – спокойно посоветовал Игнат. – Я от своих слов не отказываюсь. Надумаешь – куплю.

– Хорошо, подумаю, – пообещала я. – Нам уже пора, да?

– Мы здесь, – Игнат мельком взглянул на часы, – уже шесть часов. На восемь забронирован столик в ресторане, так что да, нам пора. Кстати, к нам присоединятся Егор и Соня. Ты же не против?

– Нет, конечно, нет, – фальшиво улыбнулась я, идя за Игнатом на выход. Пока он прощался с Игорем, я топталась возле машины, печально вздыхая. Конечно, я была против. Сонька знает меня как облупленную, и сразу поймет – все эти фальшивые улыбки и причитания указывают на то, что к Игнату я ровным счетом ничего не чувствую. И что тогда делать? Рассказывать ей о сумасшедшем Федотове?

– Ева, не стой, замерзнешь, – окликнул меня Игнат, подходя ближе. Застыв на расстоянии ладони от меня, он внимательно смотрел в мои глаза, словно пытался там что-то отыскать. А я непонимающе уставилась на него.

– Что? – не выдержала я.

– Ничего, – криво улыбнулся Волков и наклонился, явно собираясь меня целовать. Рефлекс сработал на ура – это в сауне я была выпившей, измотанной и доведенной до отчаяния, а еще на меня явно нашло какое-то помутнение, а сейчас… Я инстинктивно шагнула назад, отворачиваясь.

– Ева? – нахмурился Игнат, и помрачнел. – Ясно. Я думал, что заслужил награду за свой сюрприз.

– Конечно, заслужил, – ответила я, сжав губы. Надо себя перебороть и поцеловать его. Пусть думает, что я окончательно в него влюбилась. Поцелуй – это не секс, всего лишь невинное прикосновение к губам… Шагнув вперед, я привстала на цыпочки и храбро прижалась губами к его рту.

И охнула от неожиданности, потому что Игнат быстро перехватил инициативу в свои руки, поднимая меня в воздух и крепко прижимая к себе. Не знаю, что там обычно чувствуют героини любовных романов, когда их целует прекрасный принц, а я ощущала, что еще немного – и мое сердце вылетит напрочь из грудной клетки. Оторвавшись от меня чтобы перевести дыхание, Игнат прошептал:

– Может, ну его к черту, этот ресторан?

– Нет, нет, – испугалась я. – Я Соню давно не видела, она обидится. Надо ехать.

– Ладно, – недовольно согласился Волков и поставил меня на землю. – Поехали.

За ужином Сонька вела себя загадочно: корчила гримасы, пинала меня под столом и, когда мужчины отворачивались, делала страшные глаза. Не выдержав подобных сцен, я решительно уволокла ее в туалет под предлогом «попудрить носик».

– Ну? – спросила Сонька, как только дверь санузла захлопнулась за нами.

– Чего? – я повернулась к ней, опершись рукой о раковину. Минуту мы буравили друг друга напряженными взглядами, затем Сонька кивнула, и включила воду, собираясь мыть руки.

– Не хочешь рассказывать – и не надо.

– Сонь, ну чего тебе рассказать? – устало выдохнула я. Мои нервы и так были на пределе – я уже три раза писала родителям, чтобы убедиться, что с ними все в порядке, а в каждом посетителе ресторана мне мерещился человек Федотова.

– Да ничего, – Сонька достала из огромной сумки помаду, подкрасила губы, причмокнула. – Как готова будешь, так и скажешь. Только не надо мне тут «ля-ля» по поводу твоей огромной любви к Игнату. Ты на него так смотришь…

– Как? – заинтересовалась я.

– Как овца на волка, – рявкнула Сонька, запихивая помаду обратно. – Идем что ли?

– Идем, – обреченно кивнула я.

Усевшись на свое место, я тут же получила ласковый взгляд Игната. Его рука как бы невзначай легла на мое бедро, легонько оглаживая – и, если бы на мне были не джинсы, я бы уже сгорела со стыда. Одежда, кстати, для ресторана у меня была самая неподходящая – черные джинсы и футболка, а вот Сонька щеголяла в открытом темно-зеленом платье и с накрученными волосами, в то время как у меня на голове красовался жалкий хвостик.

– Не поведаете нам, как вы сошлись? – вдруг спросил Егор, поднимая свой бокал с минеральной водой.

– Звезды подсказали, – усмехнулся Игнат, повторяя жест друга. Мужчины переглянулись и улыбнулись, что мне абсолютно не понравилось. Да и вообще, весь вечер меня тяготил – хотелось поскорее вернуться домой, запереть дверь на все замки и расслабиться.

– Ну, за вас, – отсалютовал бокалом Егор. – Вы очень красивая пара.

– И за вас, – тактично ответил Игнат. Не знаю, что на меня нашло, но я, схватившись за свой коктейль, брякнула:

– И за Марину. Ну, чтобы она поскорее нашлась.

Сонька вытаращила свои зеленые глазищи, смотря на меня с легким испугом. Лица Игната я не видела, а вот Егор меня удивил – серьезно уставился, и кивнул:

– Да, и за это тоже.

Ресторан мы покидали вместе. Егор тут же уселся в машину, а Сонька, подлетев ко мне, обдала меня шлейфом терпких духов, чмокнула в щеку, оставив след красной помады, и вкрадчиво сообщила:

– Ты дура, Ева. Непроходимая дура.

– Я знаю, – пробормотала я в ответ. Сонька упорхнула к Егору, а я заняла место в машине Игната. Дождавшись, пока мы выедем на дорогу, спросила:

– Злишься?

– На что?

– Ну… Я упомянула Марину.

– Ты пожелала, чтобы она нашлась. За что мне на тебя злиться? Было бы гораздо хуже, если бы ты желала ее смерти.

Особой радости я в его голосе не заметила, поэтому замолчала и вжалась в сиденье, молясь, чтобы этот вечер поскорее закончился. К моему вящему удивлению, Игнат довольно быстро доставил меня к дому, и даже не стал лезть с поцелуями. Скомкано попрощавшись, я вылезла из машины и приспустила к подъезду так, словно за мной черти гнались, и только дома перевела дух.