На балу грёз - Дэй Леклер

— Конкретнее.

— Элла, ты балансируешь на краю обрыва и рискуешь даже больше, чем местные жители, потому что они под моим покровительством, а ты, как убедилась вчера вечером, нет. Настоятельно советую, подумай, как все изменить.

— Опять намекаешь на договор с родителями?

— Да.

— Это легко уладить, — заверила она.

— Похвально. — Раф помедлил. — Тогда сочтемся, когда вернусь. Теперь ясно?

— Кристально.

Раф развернулся и, как всегда, оставил ее одну.

Прошло несколько дней, а советы Рафа не шли у Эллы из головы. От своего она не отступилась, но ей еще отчаяннее захотелось подобрать ключ к душе Рафа, узнать, почему он так одержим продажей поместья. Зная разгадку, она наверняка сможет предотвратить продажу и помочь жителям Милагро. А есть еще Шейн. Хотя у нее и нет волшебной палочки, чтобы вернуть Чаза Макинтайра, остается еще кое-что. Мозаики.

Мануэль как-то упомянул о галерее искусств в Сан-Хосе, где выставляются известные работы местных мастеров. Очень кстати для того, что она задумала. Стоит показать образцы владельцу, и, быть может, эксперт красноречивее всего убедит Шейн, что нельзя зарывать талант в землю. Но вот незадача: надо попасть в город до того, как вернется Раф.

Несколько часов ушло на то, чтобы сломить оборону Мануэля.

— Как вы не понимаете, — талдычил он, — я останусь в университете и не смогу отвезти вас назад.

— Назад я доеду сама. Я запомню дорогу, пока мы…

— Вы не представляете, как опасны горные дороги. — Мануэль отчаянно качал головой. — Петля на петле. Оползни. Внезапные ливни смывают целые участки. А ухабы… Если с вами что-нибудь случится…

— Ничего не случится, если ты нарисуешь для меня карту и если я буду внимательной. Прошу тебя, Мануэль. Не ради себя. Ради Шейн. Скажи, ты хочешь, чтобы до конца своих дней она прозябала в бухгалтерах?

— Чем плохо быть бухгалтером?

— Ничем, будь это ее призванием. Положа руку на сердце, ты можешь так сказать?

— Нет. Мозаики захватили ее целиком, еще когда она была девчонкой. Уже и заказы были. — Мануэль помолчал. — Вчера — Шейн думала, никто не видит, — она сделала новый набросок в папку для эскизов.

— Ну как, поможешь? Мануэль вздохнул.

— Делать нечего. Но случись что, можете не разгибать спину на кофейном поле хоть до второго пришествия — еще раз вам мое место не выпросить.

Элла спохватилась. Нельзя допустить, чтобы это как-то сказалось на будущем Мануэля. Даже если напрямую оно и не имеет отношения к сбору кофе, все равно у Рафа длинные руки. Не говоря уж о такой черте, как мстительность.

— Обещаю, я буду очень осторожной.

Все следующее утро она примечала дорогу до Сан-Хосе. Уже в городе она перво-наперво изучила с Мануэлем его карту, мысленно расставляя на ней свои приметы. Затем они направились в галерею искусств.

— К сожалению, владелец сейчас в отъезде. Уехал за заказом, — объяснила помощница — приветливая молодая женщина с очаровательной улыбкой. — Но когда вернется, я с большим удовольствием покажу ему ваши мозаики.

— Могу я их оставить у вас? — спросила Элла. — Это вас не обременит?

— Нисколько. — Женщина восторженно рассматривала их. — Великолепные работы. Уверяю, на сеньора Хименеса они произведут огромное впечатление.

Они дали номер телефона и точный адрес, где и как найти Шейн, и поехали к университету. Мануэль еще раз заставил Эллу пройтись по карте — лишний раз убедиться, что она найдет обратную дорогу в Милагро.

— Я сразу поеду, — заверила она. — Не беспокойся. Вернусь засветло.

— Все равно не сносить мне головы, — мрачно заключил он. — Даже во имя благого дела.

Элла улыбнулась.

— Если не Раф, то Челита уж точно оценит твой подвиг.

Опять краска выступила на его щеках.

— Hasta luego, La Estrella. Vaya con Dios[34].

— И тебе. И… еще раз спасибо, Мануэль. Глубоко вздохнув, Элла завела мотор и влилась в дорожный поток. Поездка оказалась не такой уж и страшной. Элла методично объезжала рытвины и пропускала встречные машины, которые неслись с такой скоростью, словно им был ведом лишь один путь с гор: сорвался с утеса — и ты уже внизу. К ее радости, поток камикадзе иссяк, когда она свернула на проселок в сторону Милагро.

Две трети пути было позади, когда перед ее машиной вырос барьер из сваленного поперек дороги валежника. Элла и не подозревала, что за следующим поворотом ее ждут неприятности.

Большие неприятности.