Киндер-сюрприз для миллиардера - Амелия Борн

Надо было ехать домой. Вдруг Славика кто-то обидел и он сбежал? Хотя как пятилетний ребенок мог сам добраться до дома - я не представляла. Но это была моя единственная надежда. 

И та весьма призрачная. Ведь если бы Слава был дома, гостившая у нас до сих пор мама мне бы обязательно позвонила. Если только она куда-то не ушла, а сын в это время ждал под дверью. 

Ничего не объясняя и никого не уведомляя, я подхватила свою сумку и сорвалась с места. Плевать на все! Сейчас самым важным было найти своего ребенка! И пусть Самохин меня завтра хоть увольняет за то, что самовольно ушла! 

- Славик! - крикнула я, едва заскочив в квартиру. Гнала домой, как сумасшедшая, выжимая из бедного Лаки все силы, которых у него было и без того не так, чтоб очень уж много. 

Вышедшая мне навстречу мама посмотрела на меня как на сумасшедшую. Каковой я себя сейчас и ощущала. 

- Ты чего кричишь? Он же в садике должен быть! 

Меня затрясло. Значит, дома его не было. Зажав рот рукой, я прикусила до боли кожу на ладони, только бы не зарыдать в голос. 

- Виктория, что случилось? - испугалась мама. 

- Славик пропал, - едва выдавила я сквозь ком в горле и без сил рухнула на скамейку в прихожей. 

- Что значит пропал? - опешила мама. 

И тут я не выдержала. Уронив голову на руки, громко разрыдалась. 

- Вика, Господи! - запричитала мама. 

Мгновение спустя она вложила мне в руку стакан с водой. Я вцепилась в стеклянный сосуд, как в спасательный круг, и инстинктивно осушила его до дна. 

- Объясни, что случилось, Бога ради! - взмолилась мама. 

Перемежая слова всхлипами, я рассказала о звонке из садика. А закончив, вскочила на ноги. 

- Надо его искать! 

- Его уже и так ищут, - возразила мама. Как учительница со стажем, она умела держать себя в руках. Только по глазам было видно, что нервничает она не меньше меня. 

- Я не могу здесь сидеть!!! - чуть ли не заорала я. - Я сойду с ума! А что, если он где-то сейчас бродит один? Скоро стемнеет! А что, если его похитили? Господи, Господи, помоги… - бормотала я почти бессвязно. 

Но надо было попытаться мыслить трезво. 

- Я поеду к садику, - сказала я наконец. - Может, он заблудился где-то неподалеку. А ты оставайся дома, если вдруг Славик объявится. И позвони мне сразу же! 

Снова сев за руль, я вспомнила по дороге все молитвы, какие только знала. Только бы с ним ничего не случилось. Господи, пожалуйста, только бы был жив и здоров… 

Прочесав территорию вокруг садика вдоль и поперек, я ничего не добилась. Никто из встреченных мной прохожих не видел одинокого маленького мальчика. 

В отчаянии я поехала домой. За это время мне успели позвонить из полиции и уверить, что Славика ищут. Ищут, но до сих пор не нашли! 

Доехав до дома, я бросила машину у подъезда и оббежала несколько соседних улиц, но это тоже ничего не дало. Мой сын пропал и я не знала, где его искать. Не знала, что делать! 

Когда руки и ноги стали неметь от холода, я была вынуждена вернуться домой. Слезы текли по лицу ручьем, сдерживать их не было больше сил. 

Около семи вечера в дверь вдруг позвонили. Вскочив на ноги, я побежала открывать. 

На пороге стоял мой сын, целый и невидимый. И не один. С Самохиным. 

- Слава! - вырвался у меня полувсхлип-полурыдание и, рухнув на колени, я крепко прижала к себе сына. Хотелось почувствовать, что вон он, живой, настоящий и все с ним хорошо. 

- Мама, мне больно, - пожаловался Славик и только тогда я поняла, что сжимаю его слишком сильно. Также сильно, как боюсь потерять. 

- Где ты был? - спросила я, сморгнув не прекращающие литься слезы. 

- С дядей Андреем. 

И тут вдруг я все поняла. 

Выпрямившись, и буквально побелев от накатившего удушливой волной гнева, я посмотрела на Самохина с ненавистью. 

- Ну и мерзавец же ты, - процедила сквозь зубы, наплевав на пресловутую субординацию. Сейчас я была просто матерью, пережившей самые страшные мгновения в своей жизни. А он - причиной этого! 

- Вика…  - начал было Самохин, но я перебила: 

- Как ты посмел?! Кто дал тебе право похищать моего ребенка?! 

Я почти кричала и мне было на это плевать! Я имела на это полное право за то, что он сделал, будь Самохин хоть миллион раз босс! 

- Вика, успокойся, - руки Самохина опустились мне на плечи, но я их с остервенением скинула. 

- Успокойся?! Ты хоть понимаешь через что я прошла?! 

- Мама, он невиноват, - подал голос Славик в защиту своего папаши. - Я сам сбежал. 

- Чтооооо?! - вырвалось у меня. 

- Я хотел к дяде Андрею. Я хотел, чтобы у меня был папа, - лицо сына исказилось, и он неожиданно заплакал. 

Я редко видела, чтобы Славик позволял себе слезы, несмотря на то, что он был, по сути, совсем  маленьким мальчиком. Но сейчас это меня ничуть не смягчило. 

- Ты меня обманываешь, чтобы оправдать дядю Андрея, ведь так? - уточнила я. 

Потому что то, что говорил Славик, просто не укладывалось в голове! 

- Нет. Это правда. Я убежал из садика. 

- И как ты добрался до офиса? 

- Я запомнил, как мы ехали к тебе на работу. Бабушки на остановке мне подсказали на какой трамвай сесть… 

Ну и добрые же бабушки нынче пошли! Почему ни одна из них не подумала задержать маленького ребенка и выяснить, почему он на остановке один?! 

Хотя я знала, почему. Потому что всем было плевать. 

- Ехать довольно далеко, - снова возразила я, пытаясь вывести сына на чистую воду. 

- Я спрашивал дорогу несколько раз. 

Вот значит как. Что ж, независимо от того, правда это была или нет,  у меня не было иного выбора, кроме как расставить все по местам раз и навсегда. Как это стоило сделать уже давно. 

- Посмотри на меня, - сказала я сыну твердо. 

Славик поднял свои заплаканные глаза, но я подавила внутреннюю дрожь и заставила себя сказать то, что должна. 

- Этот человек - не твой отец, - сказала я ровным тоном. - Зато я - твоя мама. Я тебя родила. Я тебя воспитала. И думала, что сделала это хорошо. Ты хоть понимаешь, что ты наделал? Ты понимаешь, что я испытала, когда мне сказали, что ты пропал? 

- Мама, прости… - пробормотал Славик, всхлипывая. 

- Ты заставил свою маму бегать несколько часов по морозу и сходить с ума от беспокойства, - продолжила я. - Ради постороннего нам человека. Он, - я указала на Самохина, - нам никто! И твоим папой никогда не будет!