От кого хочет миллиардер - Мила Дали

— Этого еще не хватало, — вздыхаю я. — Но ожидаемо.

Поднимаюсь на лифте еще выше. К самым небесам. На этаж, где светлая плитка устлана багровыми коврами, а на стенах в золотых рамах висит живопись известных художников. Этот барский этаж полностью принадлежит Толгатову-старшему.

Постучав в дверь, осторожно шагаю в кабинет.

— Вызывали?

Ноздрями улавливаю легкие ноты успокоительных капель, витающие в воздухе.

Сам Толгатов, раскрасневшись под стать коврам, громоздко сидит за столом и смотрит на меня исподлобья.

— Закрой дверь.

Делаю, как он велит, и еще на несколько шагов подхожу ближе. Догадываюсь, что об инциденте в холле узнал отец Артура, оттого и разозлился.

— Простите, пожалуйста, за случившееся.

— Не прощу! — ударяет кулаком по столу. — В ваши отношения с Артуром я не лез, решил, что разберетесь сами. Восстановил тебя в должности, как просил сын, но ты воспользовалась его добротой. Опозорила нашу великую фамилию. Почему ты позволила матери устроить скандал на глазах у моих сотрудников?

У меня по спине поползли ледяные мурашки от сурового тона Мансура Довлатовича.

— Мама поддалась чужому влиянию. Мне очень жаль.

— Ей жаль! — резко встает и упирается кулаками в столешницу. — Нам еще повезло, что в холдинге не было важных гостей!

— Я ведь работать здесь не хотела, это Артур так повелел.

— И не будешь. Всё. С меня довольно. Уволена! На этот раз окончательно. И можешь не надеяться, что когда-нибудь устроишься в городе по профессии. Я не позволю. Будешь полы намывать, как мать — вот ваш потолок. Больше вы ни на что не годитесь! Пошла вон!

Опустив голову, вылетаю из кабинета Мансура Довлатовича.

На ватных ногах плетусь по коридору. Мое сердце застревает где-то в горле. Сегодня я не чувствую себя окрыленной после увольнения, расстраиваясь за собственное будущее. Отец Артура не привык бросать слова на ветер. Он человек-работа, слишком озабоченный своей репутацией.

— Меня уволили, — огорошиваю Байрамова, зайдя к нему сразу от Толгатова. — Кажется, окончательно. Мансур Довлатович не вынес скандала.

— Ты сильно расстроилась? — захлопнув ноутбук, встает из-за стола, шагая ко мне.

— Еще не поняла…поверить не могу, если честно…

Орхан останавливается рядом. Я наклоняю голову, утыкаясь лбом в его грудь. Байрамов нежно гладит меня по спине, эти прикосновения действуют как обезболивающее для души.

— Я поговорю с Мансуром.

— Вряд ли получится все вернуть. Он был вне себя от ярости.

— Дай мне немного времени подумать, как можно это исправить.

Подняв лицо, приподнимаюсь на носочки и целую Орхана в подбородок.

— Мне нужно кое-куда заехать вечером. Сможешь подвезти?

— Да.

Собрав личные вещи, окончание рабочего дня дожидаюсь в кабинете Байрамова. Это единственное место, где у Мансура Довлатовича нет власти. Отец Артура отдал приказ сотрудникам службы безопасности отныне не пускать меня даже в холл предприятия.

К шести часам крепко держа за руку, Орхан выводит меня из офиса. Даже голову поднимать не хочется, пока следую за Байрамовым по коридорам многоэтажного здания. Бывшие коллеги искоса посматривают, шепчутся.

— Куда поедем? — спрашивает Орхан, выдвигаясь из парковки.

— К дому, где тебе понравилось наблюдать за мной через окно…

— Понял, — слегка улыбнувшись, кивает он.

Возле новостройки, в которой я жила с подругой, беспрепятственно открываю ключом подъезд. Байрамов молча двигается за мной. Поднявшись по лестнице на второй этаж, останавливаюсь у двери и пытаюсь отпереть другим ключом из связки верхний замок. Ключ ударяется об скважину и дальше не проходит.

— Чудно, — хмыкаю я.

Рассматриваю ключи, может, что-то перепутала? Вроде те же…

Так получается, что Байрамов остановился напротив глазка, а я немного в стороне.

— Внутри работает телевизор, — сообщает Орхан.

— Да, я слышу.

Бросив ключи в карман пальто, нажимаю на звонок несколько раз.

Через пару минут дверь нам все-таки открывают.

— Ой, а вы к кому? — слышится удивленный голос Аллы.

Шагнув к Байрамову, берусь за дверь и силой распахиваю ее шире.

— К тебе, — отвечаю за него.

Алка вздрагивает, когда замечает меня, а затем хмурится.

— А…это ты подружка, — отступает, нехотя впуская в квартиру.

На Алке накинут халат. У нее очень мокрые волосы. Вероятно, она принимала душ, выскочила впопыхах, когда услышала звонок.

— Что с замками? — спрашиваю ее сердито.

Но подруга взгляд не сводит именно с Орхана, любопытно изучая его лицо, фигуру, одежду.

— А кто этот интересный мужчина, Усольцева?

— Орхан, если для тебя это так важно.

— Ого…тот самый Орхан. Вы оправдали все ожидания. Даже очень, — улыбается она, все еще рассматривая Байрамова сияющим взглядом.

— Не уклоняйся от темы! — повышаю тон, притопнув ногой. — Почему мои ключи не подходят?

Алка молниеносно принимает оборонительную позу — с недовольным видом скрещивает руки на груди.

— Ну замки поменяла. Тебя же пугал Толгатов. Зачем орать-то?

— Ладно, а где мой комплект?

— Нет комплекта, я не знала, вернешься ли ты в квартиру, — отвернувшись, Алла машинально поправляет волосы, и лишь сейчас я замечаю, как на ее запястье блеснуло украшение.

Перехватив руку подруги, внимательно рассматриваю браслет. Он изготавливается одним известным итальянским брендом, я это отлично знаю. У меня похожий браслет есть, который когда-то подарил Артур. Толгатов редко оригинальничает. Он и мне и матери своей дарил украшение этой марки. Очень дорогой, большинству людей не по карману. Я бы себе никогда такой позволить не смогла.

— Откуда? — ахаю.

— Реплика! — Алла вырывает руку и прячет ее за спину.

— Перестань врать. Ты за браслет продала меня Толгатову, да? Он тебя надоумил рассказать маме, где я живу?

— Говорю же подделка! — фыркнув, Алка летит от меня в комнату.

Не разуваясь, бегу за ней.

Орхан медленнее проходит за мной.

— Я отлично разбираюсь в этом бренде, — продолжаю выяснять.

— Заладила! — возмущенно жестикулирует. — Тебе не стыдно вспоминать о бывшем, когда рядом такой роскошный мужчина?

Байрамов, несмотря на визги Аллы остается невозмутимым. Вот у кого нервы как стальные канаты. Меня же трясет, да и Алку, впрочем.

— Не старайся перевести тему! — теперь кричу я. — Как ты могла рассказать обо всем моей матери? Ты хоть представляешь, что она устроила сегодня в офисе?

Помрачневшая Алла пятится к дивану.

— А сколько мне нужно обманывать Анну Ивановну? Это ты завралась перед собственной матерью, а я должна тебя прикрывать, выдумывать отмазки, когда она приезжает без предупреждения? Сидеть тут с ней, чаи распивать, пока ты где-то скрываешься? Знаешь, дорогуша, у меня тоже есть своя личная жизнь!

— Даже так… — прошептав разочарованно, смотрю на Аллу помутившимся от слез взглядом. — Больше не побеспокою.

— Постарайся. Будь любезна!

— Я уйду.

— Отлично!

— Но как ты будешь платить за квартиру одна?

У Алки очень смешная выручка из кофейного павильончика.

— Не волнуйся, подружка, у меня все