Этюд в сиреневых тонах - Тиана Соланж

саркастически ответила подруга, скрещивая руки на груди третьего размера, едва прикрытой лоскутками, именуемые гордо купальником. — Мне только этого не хватает. Только в следующий раз, когда что-то не поделите с женихом, постарайтесь меня не впутывать в свои разборки, ладушки? Мне тоже не фонтан придумывать отговорки, где ты и с кем, пока он в панике мечется по городу в поисках тебя, — сверкнула яростно глазами Кристина.

— Так уж и в панике? — зло парировала я, копируя ее позу. Нет, гнев подруги меня не пугал, а вот настойчивость жениха, приехавшего на другой конец света выяснять отношения, очень даже.

— Представь себе! У меня телефон разрывался, пока ты тут на солнышке нежилась! Что, по-твоему, я должна была придумать, когда он уточнил адрес этого отеля?

— Ты тоже не отказывала себе в этом удовольствии, — как можно холоднее отозвалась я. Просто тон подруги меня задел, как и то, что она встала на сторону Бахтияра, и я оказалась меж двух огней. — Я не виню, что ты сказала ему, где мы, но могла бы просто предупредить…

— Саш, я не знаю, что произошло между вами, — Кристина осторожно погладила мою руку, заглядывая в глаза, — но представь, каково ему было? Он искал по всему городу пропавшую невесту, у которой к тому же молчит телефон. Представь себя на его месте, — представила. Точно бы искать не стала, — хмыкнула про себя, но Кристине этого не сказала. Незачем ее вмешивать в мои проблемы. — Не стоило нам ехать, не предупредив никого…

— Вот еще!.. и, вообще, кого ты сейчас защищаешь? — с обидой в голосе уточнила я.

— Саш, не глупи! Ты моя подруга, и мне не все равно, что с тобой… вами происходит. Не знаю, какая кошка прошвырнулась между вами, но в каком качестве тут выступаю я? Буфер между вами? Сомнительная честь… — слова подруги били наотмашь, что я невольно поморщилась. — Скажи ты мне все немного раньше, я бы успела придумать что-то…

— Какая разница, все равно он здесь, — с досадой поморщилась в ответ, чувствуя, что сдуваюсь. Нет, злость никуда не делась, но я с прискорбием для себя поняла, что то, чего я так старательно избегала эти дни, мне придется пережить. Правда, я надеялась, что все обойдется спокойным разговором двух взрослых людей.

Настроение медленно скатилось к отметке «минус», да еще и подняло голову неуемное чувство вины. Я ведь и папу обманула, сказав, что проведу несколько дней в санатории за городом. Даже мамину подругу попросила сказать, что я у них отдыхаю. А папа проверил бы, точно знаю. Но я так мечтала побыстрее скрыться от жениха, что не подумала, подставляя Кристину.

— Крис, прости, — повинилась, опуская взгляд в пол, — я действительно не подумала, что Бахтияр станет настойчиво меня искать. Была не права, извини…

— Не права, — подтвердила подруга, — что не рассказала мне о вашей ссоре. Я ведь спрашивала тебя вовсе не потому, что готова «сдать» тебя с потрохами твоему отцу и жениху. Я волновалась, видя, что ты не в себе, Сань, — он осторожно обняла меня за плечи, и я уткнулась лбом в ее плечо. Но… что странно, я больше не чувствовала рядом с ней себя комфортно. Скорее, просто хотелось уже замять конфликт и остаться одной.

— Я все расскажу, только чуть позже, хорошо? Мне правда надо немного отдохнуть, я… кажется, мигрень начинается, — пробормотала первое, что пришло в голову, и отстранилась от нее. Голову уже начало разламывать от боли, но я надеялась, что просто перегрелась на солнце.

— Иди, конечно, — она сочувственно погладила меня по плечу. — Вечером встретимся? Или мне пока не стоит быть «третьей лишней»?

Я порывисто ее обняла, попутно шепнув на ушко:

— Выручи, а? Побудь. Не хочу пока оставаться с ним наедине, а я за это тебе все расскажу, — я быстро отпустила ее, шагнув в свой номер, пока она не успела задать очередной вопрос. — Иди, кушай…

Я скрылась за дверью в номере, практически сползая по ней на пол. Сейчас с радостью подумала, что заказать два отдельных номера для нас двоих пусть и вышло немного дороже, но так хотя бы я могла остаться наедине с собой. Знаю, что поступила некрасиво с подругой, но оставаться спокойной и бесстрастной в присутствии жениха у меня пока не получится.

В сон в этот раз я провалилась моментально. Не было ничего, кроме темноты и пустоты. Проснулась, как оказалось, ближе к вечеру, так как солнце за окном низко висело над горизонтом, окрашивая лазурную поверхность моря в красные и золотистые оттенки. Я вышла на балкон полюбоваться закатом и заметила одинокую фигурку подруги, которая сидела у бассейна, потягивая что-то из высокого бокала. Окликать ее не стала, чтобы избежать ненужных вопросов, и решила отложить все разговоры на завтра.

За спиной что-то щелкнуло, но я не придала этому значения, и лишь когда на талии сомкнулись чужие руки, едва не заорала от испуга и неожиданности. Я попыталась вырваться, но ожидаемо ничего не вышло, и только, когда по шее прошлись горячие губы, я почувствовала подступающую панику.

— Отпусти, — прошипела, пытаясь уклониться от его губ и освободить руки, которые были прижаты к телу.

— Хорошо зафиксированная девушка в предварительных ласках не нуждается. Не дергайся, а то…, — скабрезная фраза вывела меня из ступора, но к ягодицам крепко прижался мужской пах, «доказывая», как он соскучился. А меня накрывала удушающая волна воспоминаний, заставляя снова и снова погружаться в прошлое. Я хватала ртом воздух не в силах сделать вдох. Перед глазами снова мелькнуло довольное лицо Бахтияра, его грубые движения и холодное отстраненное выражение лица, когда он говорил, что я сама во всем виновата. Я забилась в его объятиях, а перед глазами поплыли радужные звездочки. Бахтияр смотрел мне в лицо, что-то говорил, а потом кричал, но я уже не слышала его…

В себя я пришла, лежа на кровати. Рядом суетилась невысокая смуглокожая женщина в сером брючном костюме с красным крестом на плече формы. Она ловко вскрывала ампулы, набирая содержимое в шприц, а потом по комнате поплыл резкий запах антисептика, а плечо запекло от укола.

— Мисс? Вы пришли в себя? — участливо спросила она по-английски, склонившись ко мне. — Как вы себя чувствуете?

— Х…хорошо. Спасибо, — хриплым, наверное, от моего крика, голосом произнесла я. Обвела вполне осмысленным взглядом номер, заметив у дальней стены замершего Бахтияра. Напротив кровати, в кресле, сидела напуганная Кристина, не сводящая с меня странного взгляда. Бахтияр тоже не сводил с меня взора, строго следя за манипуляциями… м-м, наверное, медсестры или фельдшера,