Руины роз - К. Ф. Брин

— Эм… да! Ты что, какая-то ведьма или нечто похожее? Это потрясающе.

— У тебя был секс, а у меня — растения. А ещё мне нужно приготовить утренний чай. Я придумала его, чтобы пробуждаться, как от кофе, и сейчас он бы пригодился…

Он остановился и развернул меня к себе, выглядя совершенно серьёзно.

— Не лги мне о замене кофе, или я дёрну тебя за волосы. Все эти годы я отчаянно нуждаюсь в чашке кофе по утрам.

— Это чай, но он, по-видимому, делает работу кофеина.

— Финли, ты талантливый, умный, сверкающий дар богини, вот кто ты. Я мог бы расцеловать тебя. — Он снова пошёл вперёд. — Мы достанем все травы, которые нужны, не волнуйся. Я буквально зарежу кого-нибудь, чтобы заполучить их, и мне всё равно.

Я рассмеялась, когда он указал налево, и мы поднялись на небольшой холм. На другой стороне, прямо за деревьями красивого леса, раскинулось поле бессмертницы. Оно было не таким большим, как в Запретном лесу, но так же хорошо ухожено, с большими, здоровыми растениями и яркими листьями. Найфейн склонился посреди них, его рубашка задралась на спине, открывая четыре серебряные параллельные линии, не полностью покрытые новыми чернилами. Совсем недавно он был и ранен, и татуирован. Теперь, когда я увидела его, желание прийти к нему и боль от сопротивления окончательно исчезли. Он выпрямился с парой увядающих листьев, которые срезал. Эта странная тяжесть внутри — мой зверь — усилилась при виде Найфейна, прежде чем снова успокоиться, пока я совсем не перестала её чувствовать. Только тогда Найфейн повернулся и посмотрел на меня, будто осознал моё приближение и воздерживался от признания моего присутствия, а я упорно ждала его. Другими словами, он играл в альфу мудака. Крысиный ублюдок.

— Финли, — сказал мудак, приближаясь, и этот проклятый богиней голос скользнул по мне, как интимный массаж. Я ненавидела это.

— Найфейн, — небрежно ответила я.

Он пронзил меня взглядом восхитительных золотистых глаз, и я впитала электрический ток, потрескивающий в воздухе между нами. При ярком солнечном свете я могла чётче рассмотреть его лицо. На вид лет двадцать пять. Прямой нос прорезал почти острые скулы, впалые щёки. Тёмно-рыжеватая щетина на чётко очерченной линии подбородка, в центре которого виднелась милая ямочка. Его непослушные тёмно-каштановые волосы завивались за ушами и падали на лоб. Он мог бы быть красивым, хотя и немного суровым, если бы не шрамы, рассекающие лицо. Один прочертил бровь, а другой перечёркивал полные губы.

Фигура Найфейна смущала внушительностью. Он был, по меньшей мере, два метра роста, с огромными, широкими плечами и крепкими пластами мышц по всему телу. Я всегда чувствовала себя высокой для женщины. Высокой и полной. Он заставил меня почувствовать себя крохотной. И изящно, хотя я не представляла, что такое возможно. Джедрек и рядом с ним не стоял. Ханнон тоже был бы карликом на его фоне. Найфейн выглядел кучей смертоносного дерьма.

Однако всё это не имело значения. Больше всего меня привлекала его аура — жёсткая, грубая интенсивность, которая врезалась в меня, как моя сила. От неё мои внутренности превращались в желе, а кости — в мармелад, плоть покалывало и разжигало огонь в сердцевине. Его очевидная безжалостность и мрак заставили сердце учащённо биться, и я не знала, хочу ли убежать от него или прильнуть к нему в безумном желании.

Одно было совершенно ясно: он не из тех, от кого можно отвернуться.

Его взгляд метнулся к Гадриэлю.

— Ты свободен.

Гадриэль отвесил глубокий поклон.

— Да, сэр.

Когда Гадриэль отошёл на некоторое расстояние, Найфейн повернулся и посмотрел на поле.

— Как я сказал прошлой ночью, я не слышал, что бессмертница может замедлить болезнь, убивающую людей в деревнях. — Его тон наводил на мысль, что он так и считал меня лгуньей.

В своё время меня называли по-разному, но люди всегда соглашались в двух вещах: я беспощадно честна, до степени социальной неловкости, и хорошо разбиралась в растениях. Этот парень ставил под сомнение самые основы моего существа. Это раздражало во многих отношениях. Настолько, что я стояла молча, обдумывая, как испортить ему день.

— Что это за эликсир? — спросил он через мгновение. — Что в нём?

Не в моих правилах скрывать такие полезные знания, несмотря на то, как сильно хотела ударить его по рёбрам чем-нибудь острым. Если могу помочь другим деревням, так и сделаю. Я описала процесс от начала до конца, объяснив, почему собирала урожай, когда именно, как пришла к таким выводам и какие последствия бывали. Когда я закончила, он на мгновение посмотрел на поле, прежде чем спросить:

— Где ты научился работать с бессмертницей?

— Из книг. Методом проб и ошибок.

Он повернулся ко мне.

— Невозможно. Нужно научиться работать с бессмертницей. Это передаётся из поколения в поколение. От матери к дочери. От отца к сыну.

— А потом какой-то умный ублюдок, у которого были проблемы с папочкой, взял способ и поместил их в книгу. Теперь она у меня.

В его глазах вспыхнул огонь, и под его угрожающим взглядом у меня словно позвоночник дробился. Когда Найфейн вновь заговорил, его голос был низким с ноткой опасности.

— Ты боишься меня, принцесса?

— Нет.

Ложь.

— Нет? А должна бояться.

— А ты прямо сведущ в дерьме, которое меня не волнует.

— Продолжай говорить в таком духе, и я накажу твой рот трахом.

Его слова потрясли, а тело распалилось, будто всё это время было мёртвым, и он вернул его к жизни. Жидкий огонь разлился прямо в моей сердцевине, пробуждая внезапное, пульсирующее и отчаянное желание в жестоком контакте. Мои соски напряглись, и чувственная плоть затрепетала. Внутри всего этого существо внутри — мой зверь — ревело и извивалось, пытаясь освободиться, чтобы я могла встать на колени и обхватить Найфейна за бёдра. Я действительно чувствовал отчаянное взять его член в рот до самого основания. Зверю не нужно было уходить, он хотел Найфейна.

Я старалась дышать ровно и не упасть, когда колени ослабли, а тело задрожало. Мой стон желания был невероятно неловким, но я продолжала бороться со зверем, стискивая дрожащие руки в кулаки.

— Ещё раз скажешь мне такое дерьмо, и я сожгу твою кровать… с тобой в ней, — выдавила я.

Это прозвучало как мурлыканье. Чёрт бы всё побрал. Трудно быть крутой, когда твой голос звучит хрипло и распутно.

Улыбка медленно тронула губы Найфейна.

— Тебе понадобится этот огонь до конца. Запомни мои слова, принцесса, прежде чем всё закончится, я разрушу тебя.

Я прищурилась.

— Это угроза… или вызов?

Услышав слово