Не предавай меня - Василина Александровна Лебедева

– Зря стараешься, – мужчина скрыл насмешку в голосе, – Изаголиф вытягивает энергию даже из артефактов. Кстати, на кой гарх ты их столько таскаешь?

– Не ваше дело, – буркнула, но попыток не оставила, при этом шипя ругательства под нос.

Отойдя на пару шагов назад, Леандор с улыбкой сложил руки на груди, но когда из одного кругляша вырвалась искра, улыбка с лица мужчины пропала. Он тут же оказался рядом:

– Функция артефакта? Заполнение?

– Боевая, огненная, – так же лаконично ответила Адель, – Заполнен чуть больше чем на половину, но…

– Выдаёт только искры, – кивнул головой Леандор и с улыбкой ухватил девушку за локоть, – Но и это уже хорошо. Если это твоя работа, то не могу не высказать восхищения.

Девушка посмотрела на Леандора с удивлением в глазах, и мгновенно залившись краской смущения, которое развеселило графа, отвернулась.

– Спасибо.

– Тебя как зовут, мастерица?

– Аделина, а вас? – гордо вскинула голову, прямо, чуть ли не с вызовом глядя в глаза.

– Леандор. И лучше на «ты», всё же ситуация в которую мы угодили – нестандартная.

– Согласна, – кивнула Адель, наблюдая за тем, как граф обшаривает пространство.

Наконец мужчина забрал у неё артефакт, поджёг одну из веток и они двинулись в один из тоннелей весьма странным способом. Граф велел девушке найденным кусочком известняка чертить по стене линию, чтобы не запутаться на случай разветвления тоннеля. Сам он держал горящую палку и прихваченным длинным прутом, обшаривал впереди пространство, прежде чем ступить куда-либо. Продвигаясь со скоростью черепах, они, так и не наткнувшись ни на одну ловушку, упёрлись в завал.

Следующий тоннель был так же обвален, но порадовал факелом на стене, который граф тут же зажёг. В конце каменного коридора, с потолка срывался ручеёк воды.

– Ну, хоть от жажды не умрём, – весело подмигнув удручённой девушке, граф направился обратно.

Третий и последний тоннель вывел их в комнату, которая когда-то была спальней.

– Хм, настоящее логово, – Леандор, осмотревшись, направился к столу и зажёг стоящую на нём масляную лампу.

Аделина тоже время даром не теряла: обнаружила шкаф, в котором висела на вешалках воняющая затхлостью одежда, а в нише за второй дверью, на полках стояли разнообразные запыленные бутыли.

Девушка, осматривая бутылку, едва не выронила её от присвистывания графа:

– Прекрасная коллекция.

– Это алкоголь? – нахмурилась, наблюдая за тем как Леандор, сорвав сургуч, принюхался и сделал маленький глоток.

– И весьма отличного качества. Так что, дорогая Аделина, если мы здесь и подохнем, то нам будет не скучно.

Аделина фыркнула и не удержалась от язвительного:

– Ну да, наслышана о ваших предпочтениях граф: женщины и выпивка.

– Девочка, ты брюзжишь, как старая матрона, – не остался в долгу Леандор, отходя к столу, но при этом бутылку взял с собой. – Во-первых, я молод, холост и не монах, так зачем себе отказывать в удовольствиях. Ну, а во-вторых, мы договаривались обращаться на «ты», – отсалютовав бутылкой, граф сделал большой глоток и, поставил её на стол. Он начал выдвигать ящики, из которых доставал какие-то дневники, и, просматривая их, выругался.

Адель, подойдя, аккуратно взяла один из блокнотов, который готов был рассыпаться в её руках и поняла причину ругательств графа: текст был руническим.

– Что за…

– Исцегирейские руны, девочка, – вздохнул Леандор, усаживаясь в кресло, – К великому сожалению в них я не разбираюсь.

Аделина, прикусив губу, осмотрелась и присела на краешек кровати:

– И что мы будем делать? – беспомощно взглянула на мужчину.

– Пока ничего. Уверен: о нашем исчезновении уже доложили ректору. Он свяжется с моим отцом, с твоими родственниками… кто у тебя там есть?

Аделина лишь мотнула головой, не глядя в сторону графа, но не смогла удержаться всхлипа.

– Ну да ладно. Так вот к чему я: теням, конечно, придётся постараться пробиться через заслон изаголифа, но нас найдут, – при этом Леандор умолчал о том, что неизвестно, сколько понадобится времени на их поиски.

– А вот слёз не надо. Кстати, – мужчина поднялся и подошёл к нише с бутылками, – Рекомендую тебе опробовать прекрасное вино.

– Оно могло испортиться, – тихо возразила девушка, отвернувшись в сторону, на что граф, распечатывая бутылку, рассмеялся: – Милая, это же инацианское стекло и их фирменная сургучная заливка. Такое вино может храниться сотнями колод и станет только лучше и насыщеннее.

Искоса взглянув на мужчину, Адель, пожав плечами, рассудила, что впадать в отчаяние не стоит. Протянув руку, забрала бутыль и тут же отпила глоток. Жидкость фруктовым ароматом ударила в нос и растеклась сладостью на языке:

– М-м-м, вкусно, – не удержалась девушка, а Леандор, лишь усмехнувшись, опять прошёл к столу и сел в кресло.

– Ну, расскажи мне, бушаншик, как ты живёшь.

– Почему бушаншик? – Адель сделала уже бо́льший глоток и зажмурилась от удовольствия.

– Потому что похожа на птенчика: ерошишься, хохолишься и выглядишь при этом умилительно.

Не отвечая на издёвку мужчины, пожала плечами:

– Обычно живу, как и все: работаю, учусь. А ты? Как оказался в нашем городишке и что за теми дверьми, которые я открывала? – Решила удовлетворить своё любопытство.

– М-м-м, – граф отпил из пузатой бутылки и, улыбнувшись, ответил: – Что за дверью – не скажу, ну а оказался именно из-за этого кургана. Просто работа по моему профилю.

– Расскажи мне о теневых глубинниках, – тихо попросила Аделина. – Почему вас так мало? Вроде несколько семейств на всё королевство?

– Две семьи, – удивил Аделину граф. – Тут, видишь ли, мало обладать глубинным даром, необходим ещё один нюанс, но это секрет и если я тебе его раскрою – тебя придётся оставить здесь.

Аделина, схватив со стола дневники, сидела на кровати, перелистывая их, временами отпивая из бутылки, щебетала, рассказывая случаи из ученической и преподавательской жизни, а граф, прикрыв глаза, слушал.

Его всегда раздражала пьяная болтовня женщин, которая впоследствии могла превратиться в слезливые истории о том, что все мужики козлы и Леандор либо своевременно уволакивал женщину в постель, тем самым прекращая поток откровенности, либо покидал общество чрезмерно выпившей дамы. С этой же девчонкой он не чувствовал напряжения.

Аделина не трещала о нарядах, не обсуждала подруг, и в какой-то момент Леандор понял, что вся жизнь девушки в этих рассказах: её жизнь крутится только вокруг учёбы и преподавания.

– Как так получилось, что ты начала преподавать? – прервал он рассказ Аделины и она, закашлявшись, неожиданно для самой себя честно ответила:

– Мне нужны были деньги.

Леандор нахмурился, помня о том, что граф Муоро Солер, её дядька, весьма богат, но спросил о другом:

– И как