Дьявол на воде - Анель Ким

Я вспомнил слова Джона: «Всегда можно найти, с кем снова зажечь страсть». Он не любил Мэгги, хотел использовать для того, чтобы смягчить обстановку в доме и успокоить родителей, переключив их внимание на будущих внуков. Страсть утихнет со временем, и он найдет, с кем снова ее зажечь, в этом я не сомневался. Это сделает их семейную жизнь невыносимой, так же как и зависимость Джона. Неужели Мэгги не в курсе?

Кипя от злости, я почти дошел до старого бунгало, когда снова послышались раскаты грома, угрожающе заревел океан и беспощадно хлынул дождь. Вокруг никого, жутко и одиноко, как и в моей душе. Ускорив шаг, я на миг поднял голову и увидел на фоне ночного океана знакомый черный силуэт серфера. Под завывания ветра и грохот прибоя он бесстрашно сражался с волнами, бросая вызов судьбе и споря с могучим океаном. И было в этом что-то зловещее, будто на самого дьявола обрушивалась горящая лавина, из-под которой не выбраться, но он отважно, не зная страха, выпрыгивал из-под нее, словно смеялся над ней! Через мгновение видение исчезло.

Глава 9

Насквозь промокший, я сел в машину с тяжелым сердцем. Мне не хотелось ехать в квартиру и в одиночестве напиваться. Несмотря на то что был десятый час вечера, я решил вернуться в офис. Сейчас, как никогда, мне необходимо было забыться и ни о чем не думать. Как же я понимал Тома – эти проклятые, навязчивые мысли, делающие нас еще более несчастными, абсолютно неподвластны нам. Если бы мы только могли приказать себе не думать. Увы, мысли управляют нами и заставляют катиться на самое дно безысходности.

Спустя время я поймал себя на том, что в ушах звучит мелодичный смех Мэгги, а я пялюсь в ноутбук и ничего не делаю. Я не хотел влюбляться, но, черт возьми, ее глаза, голос, улыбка сводили меня с ума, и в каждом жесте, слове, взгляде я искал крошечный намек на чувства – и обманывал себя. Устало вздохнув, я откинулся на спинку кресла. Даже сейчас, в кабинете, все еще витал слабый аромат ее духов. Расстегнув верхние пуговицы промокшей рубашки, я провел рукой по влажным волосам и подумал о том, что не мешало бы согреться. Подошел к бару и плеснул себе виски.

Насколько же мы, мужчины, слабы, если позволяем женщинам врываться в нашу жизнь, менять ее и манипулировать нами. Стоило влюбиться в Мэгги, как все пошло кувырком: толком не работаю, жестоко страдаю и ищу утешения на дне бутылки. Я ухмыльнулся себе под нос и залпом осушил бокал.

«Да что это со мной? Нужно взять себя в руки и смириться. Мэгги потеряна, и, что бы я себе ни фантазировал, нет ни искр, ни химии. Мне всего лишь показалось».

Захватив бутылку, я снова вернулся в кресло и стал размышлять…

– Ник, ты ночевал здесь? Ты пил?

– Что? – сонно пробормотал я, не понимая, где нахожусь.

Подняв голову, я увидел растерянную Мэгги, с негодованием размахивающую руками.

– Боже, хорошо, что Билла нет. Да ты с ума сошел! Тебе нельзя. Ты же говорил, что не пьешь.

– Не кричи, пожалуйста, – попросил я. Голова у меня и без того раскалывалась на части. – Который час? – спросил я, поднимаясь с кресла, растерянный и слегка пристыженный.

– Уже тридцать минут, как начался рабочий день. – Она продолжала с удивлением наблюдать за мной.

– Я хотел поработать, но, похоже, уснул прямо в кресле.

Под ее пристальным взглядом я выкинул пустую бутылку в корзину и направился к бару. Плеснул воды со льдом и с жадностью осушил бокал, думая о том, как ужасно сейчас выгляжу: потрепанный и помятый, как лист бумаги.

– Ник, пожалуйста, прекрати, – взмолилась она. Но в такие моменты трудно остановить человека, если он сам не хочет этого.

– Все в порядке, – я кивнул ей и снова налил воды, – дай мне полчаса. Я приду в себя, как только выпью кофе.

– Папка по Пьеру Мартину у тебя на столе, флешка внутри. Билл утвердил перед уходом в отпуск, можешь отдавать в печать, – объяснила Мэгги, поправляя при этом широкий пояс на юбке. Выглядела она озадаченной, будто что-то ее терзало. – А ты отдал свою статью о дизайнере?

– Не успел вчера, хотя Билл тоже утвердил, – я тихо сглотнул.

– Ник, – на мгновение она замешкалась, – нам нужно поговорить насчет твоего ночного звонка.

– Неужели? – я криво улыбнулся и отошел к окну.

– Прости, если дала ложную надежду и позволила тебе думать, будто свободна. – Она замолчала. В голосе чувствовались нотки сожаления. Я стоял спиной к ней и слышал, как она тяжело вздохнула.

– Ты славный, и мне безумно нравится с тобой общаться, но я скоро выхожу замуж за Джона. Вчера узнала от него, что вы с ним близкие друзья. – Мэгги снова замолчала, а я, проклиная все на свете, продолжал стеклянными глазами смотреть в окно.

– Билл запрещает обсуждать личные дела на работе. Здесь я журналист и редактор, а не его будущая невестка, – продолжила она, – да и ты не спрашивал, есть ли у меня отношения, поэтому не говорила о Джоне, наверняка по этой же причине и ты не рассказал мне о том, что он твой друг.

Я обернулся. Мэгги, хрупкая, бледная и такая уязвимая, стояла в нескольких шагах от меня. Глаза, некогда горящие и живые, были сейчас потухшими. Темное платье, в котором я видел ее в свой первый рабочий день, красиво обтягивало фигуру. Она нервно сплетала пальцы, и я заметил изящное красивое кольцо с камнем посередине.

– Ты любишь его? – спросил я.

– Когда Джон вернулся из командировки, мы сильно поругались. Он иногда играет в казино, и мне это не нравится, потому что он становится другим, пропадает и не звонит, – Мэгги не смогла выдержать моего испытующего взгляда и опустила глаза в пол. – Вчера мы помирились. Он умолял простить, дать еще один шанс и привез мне вот это кольцо из Далласа. – Она провела пальцем по украшению и посмотрела на меня.

Я вспомнил слова Джона, что невеста хочет расторгнуть помолвку и он в отчаянии. Теперь понятно, зачем он взял тысячу баксов. Как же это похоже на него: косячить, а потом дарить дорогие подарки, раскидываться громкими признаниями и обещать все на свете.

– Ты выйдешь за него? – спросил я, глядя ей прямо в глаза.

– Ник… я… – она снова замешкалась, но я продолжал упорно смотреть в лицо.

– Да, – наконец ответила она, и у меня больно сжалось в груди. Не помня себя, я промчался мимо нее и выскочил за дверь. Сел в кроссовер и, опустив голову, бессильно уронил руки на руль. Мне хотелось разрыдаться, настолько тяжело было на душе, но я с силой сжал челюсти, и из горла вырвался лишь невнятный вопль. Доехал до ближайшего банкомата, снял тысячу долларов и, приехав в офис, положил деньги в сейф. Захватил с собой печать и отдал ключи секретарю, строго предупредив, чтобы больше не открывала никому. Возвращался к себе с мыслями о том, что Мэгги любит моего лучшего друга и мешать я им не буду.

Войдя в кабинет, я увидел на диване Джона, ожидающего меня.

– Ник! – обрадованно кинулся он, с открытыми дружескими объятиями.

– Привет, Джон, – я похлопал его по спине. – Тысячу долларов разрулил, можешь не переживать, – с ходу заявил я и, закинув печать в шкаф, направился к рабочему столу.

– Как? – он оторопело уставился на меня.

– Вот так, – я пожал плечами и сел на свое рабочее место.

В этот раз Джон потратил деньги с умом – на кольцо невесте. Оно привело Мэгги в восторг, именно поэтому я решил не сдавать его отцу.

– Спасибо, Ник! Ты все-таки настоящий друг, – он опустился в кресло. – Да мне эти деньги нужны были, чтобы купить кольцо невесте. Кстати, совсем забыл сказать, она твоя коллега. Мэгги, красотка, а? – хвастливо произнес он, но я промолчал.

– Так вот, я же говорил, что она хотела расторгнуть помолвку. Мы поссорились из-за того, что я не звонил из Далласа. Мэгги-то думала, что я там в командировке, а я играл в Лас-Вегасе. По приезде закатила скандал – пришлось сочинить историю, что попал в аварию и не хотел волновать. Нужно было, чтобы она верила,