Спорим, ты меня любишь? - Елена Кароль

— Александра, простите его, он просто не ожидал, что такая женщина, как вы, способна на полноценный удар, — пришёл на помощь своему собрату Оливер, при этом поглядывая на него с откровенной насмешкой, тогда как Джейкоб показательно морщился и потирал ушибленное плечо. — Любопытная техника, что это за единоборство?

— Преимущественно капо-тэ, — улыбнулась гораздо милее кузену Холта, которого даже не особенно помнила по эпизоду из детства.

Он был очень похож на Кая, но всё же чего-то не хватало этому привлекательному мужчине. Чуть мягче подбородок, чуть светлее глаза, да и улыбка, что уж тут говорить, совершенно не такая.

Но хорош. Чертовски хорош! С таким грех не пофлиртовать во имя мести. Это будет даже приятно.

— Как интересно! — Оливер охотно поддержал разговор, тем более, судя по всему, эта тема была им всем близка. — Не откажите в спарринге, всегда хотел попробовать свои силы с достойным представителем именно этого редкого течения.

— Как-то вы непозволительно быстро определили мой уровень, — попеняла ему за незаслуженный комплимент, тем не менее соглашаясь пройти в зону для спаррингов.

— О, ничего странного! Будь вы менее ловкой и подготовленной, вам бы ни за что не удалось даже задеть Джейкоба. — Смех Оливера был по-доброму искренен. — А он, да будет вам известно, был трижды чемпионом академии в своём весе. Так что уверен, я не приукрашиваю.

— О… — Я по-новому взглянула на Войса, который прошёл за нами и сейчас с немного угрюмым видом подпирал стену, сложив руки на груди. — А вы?

— А я не столь азартен и привык здраво оценивать свои силы, — обезоруживающе улыбнулся Оливер, торопливо разминая шею, подпрыгивая на месте и делая взмахи руками, чтобы разогреться. — Да и сложно стать первым, когда рядом те, у кого это в крови. — Заметил мой оценивающий взгляд и куда более воинственно заявил, не прекращая улыбаться: — Но это совсем не значит, что я лягу перед вами на лопатки в первую минуту боя!

— Хотите поспорить? — подначила мужчину, краем глаза замечая, как вокруг нас собираются и остальные, привлеченные разговором.

И вроде ортанеанцы все как один похватали гантели и усердно делают вид, что качают мышцу, а механик Харук Мамун с невозмутимостью истинного адепта цигун начал выполнять базовый пятнадцатиминутный комплекс, но все так или иначе расположились поближе к нам, прислушиваются и приглядываются.

— Не зная реальных возможностей друг друга? Это глупо! — возмутился старпом.

— Уговорили, — я пустила в тон побольше снисходительности и присела перед ним на корточки. — Я дам вам фору и сниму обувь. Глафира только вчера жаловалась, что ей некого лечить, но я не хочу стать причиной вашего внепланового больничного. Командор и так ко мне предвзят, не хочу давать ему реальный повод для недовольства.

— Вы неправильно меня поняли, Александра… — опешил Холт-младший и тут же торопливо уточнил: — Можно я буду звать вас по имени?

Кивнула, пряча улыбку и грациозно поднялась на ноги, окончательно настраиваясь на предстоящий скоротечный бой. Изменилось всё: дыхание, пульс, взгляд. Движения стали нарочито медленными и плавными. Я заметила, как вздрогнул Харук, сбившись с выполнения упражнений, и замедлил темп Фабиш, окончательно прикипев ко мне взглядом.

Как любопытно. Вот по-настоящему сильные противники! А Оливер… Постараюсь не покалечить, всё же в мои планы не входит бесславное возвращение из экспедиции спустя две недели после отлета.

— Хватит разговоров, Оливер. Нападайте. Я готова.

Это было даже забавно. В целом неплохой боец, шеррианец начал аккуратно прощупывать мою оборону, но делал это настолько мягко, что уже через тридцать секунд мне наскучило и я, резко выкрикнув, пошла в контратаку.

Даже не знаю, что обескуражило его больше: мой воинственный вопль или серия ударов по корпусу, но я без особых усилий провела захват и, сделав подсечку, повалила мужчину на лопатки. Склонилась над ним, ткнула чуть согнутыми пальцами в кадык, в самый последний момент значительно смягчив удар, и мило констатировала:

— Ты труп.

В ответ на меня смотрели самые голубые и ошалелые глаза, какие я только видела. Кажется, он даже не понял, что я сделала, и пытался прийти в себя.

— Пятьдесят восемь секунд, — невозмутимо констатировал Фабиш за моей спиной, словно всё это время только и делал, что отсчитывал секунды.

— Что тут происходит? — гневно отчеканил командор от двери, портя всё веселье.

Хотя нет… Не всё!

— Рекомендованные вами физические нагрузки, совмещенные с плавным вливанием в коллектив, — ответила с едва уловимым намеком на улыбку и поднялась, подавая руку Оливеру. — Продолжим?

— А вы страшная женщина, Александра, — с искренним восхищением заявил Холт-младший, принимая помощь. Поднялся, с досадой потер шею, которой всё же досталось, и качнул головой. — Боюсь, я вам не соперник…

— Позвольте мне. — К нам стремительно шагнул Джейкоб, глядя на меня с пытливым прищуром. — Не против?

За спиной сердито сопел Кай, впрочем, не приближаясь слишком близко, и я, естественно, ответила согласием.

— Пятьдесят три секунды, — звонко выпалила Маруся спустя… пятьдесят три секунды.

Джейкоб, подскочив почти сразу после позорного падения на лопатки, глядел на меня так обиженно, словно я не на маты его бросила, а со скалы без страховки. Судя по порывистому движению, был совсем не прочь продолжить и взять реванш, но тут произошло ровно то, что я и планировала минутой ранее — кое-кто излишне самоуверенный заявил:

— Александра, как насчёт боя с равным себе?

Обернулась, обвела притихших мужчин и одного насупленного командора изумлённым взглядом… Посмотрела в итоге на Фабиша и мило улыбнулась громиле.

— С радостью, но не сегодня. Оливер, Джейкоб, спасибо за разминку, но я уже в душ и завтракать. Всем отличного дня!

Я уже выходила из зала, когда мне в спину донёсся понимающий гогот ортанеанцев, до которых наконец дошла вся соль шутки, и сама не сдержала смешка. Вряд ли, задавая свой провокационный вопрос, Холт думал, что мне хватит наглости извратить его смысл и посчитать равным себе не его, а Фабиша. Но яждевочка! И логика моя неисповедима.

Кай, неужели ты всё ещё не понял, с кем связался?

Мне уже давно не двенадцать…

Я учла тот жестокий урок!

— И что это было? — раздраженно поинтересовался Кайред у своих подчинённых, когда ортанеанцы наконец отошли и