Агония - Саманта Тоул

—Я ничего не пила,— говорю я ему, не отрывая глаз от бокала с вином и видя в нем искаженное отражение своего лица.

Мое настоящее лицо.

—Я знаю,— мягко говорит он.

—Но я хочу.

—Это я тоже знаю.

Я издаю печальный вздох.

—Ты хочешь, чтобы я избавился от него?— спрашивает он.

—Нет… пока.— Мои глаза переходят на его.— Я не собираюсь его пить, но…— Я замялась. Я еще не готова отпустить его.

—Знаю,— говорит он с пониманием.— Если бы ты собиралась выпить это вино, ты бы уже сделала это, и уж точно не стала бы звонить мне. Поверь мне, я знаю.

Люк уже восемь лет не употребляет наркотики и алкоголь. Ему около тридцати лет. Самостоятельный миллионер. Владеет технологической компанией. Почти потерял все это из-за наркотиков, алкоголя и женщин. Потребовалась передозировка, которая чуть не убила его, чтобы он очнулся.

—Прости, что притащила тебя сюда.

—Не стоит. Ты знаешь правила. Никогда не жалей, что попросила о помощи. Я твой спонсор. Это то, для чего я здесь — помогать тебе, когда тебе это нужно. И, Ари, ты семь месяцев чиста, и это мой первый звонок в бар от тебя. Я бы сказал, ты молодец.

Я фыркнула сухим смехом.

—Только ты можешь сказать, что у меня все отлично, когда я сижу в баре с бокалом вина перед собой.

—Я во всем вижу позитив. Я — лучик солнца. Что я могу сказать?

Я снова смеюсь; в этом все еще нет юмора.

—Итак,— он подпер подбородок рукой,— Ты хочешь поговорить об этом?

Я качаю головой.

—Хорошо. Так что ты хочешь сделать?

—Выпить.— Я бросаю ему кривую ухмылку.

—Ты прям блещешь юмором.

—Я стараюсь.

—Только не бросай свою работу.

Появляется бармен и спрашивает Люка:

—Что вам принести?

—Диетическую колу для меня и одну для нее тоже. И, если бы вы могли избавиться от вина, я был бы вам признателен.

—Убийственная радость,— бормочу я, когда бармен убирает вино с моего пути.

—Знаю. Я умный и скучный.

Некоторое время мы молчим. Перед нами ставят наши диетические колы. Люк платит за них.

Он ждет меня. Ждет, когда я заговорю.

Ему не приходится долго ждать. Я складываюсь, как дешевый костюм.

Я вздыхаю.

—Я поссорилась с отцом. Сильно.

—Хорошо. Из-за чего ссора?

Я снова вздыхаю и наклоняю подбородок в его сторону, глядя на него.

—Арес… парень, о котором я тебе рассказывала.

—Защитник твоего отца.

—Ммгм.

—Ты знаешь, что он возил меня на работу и с работы после того, что случилось с Кайлом.

—И я согласен с Аресом, ты должна рассмотреть возможность получения запретительного ордера против Кайла, а также, ты должна рассказать своему отцу.

Я вздыхаю, качая головой.

—Ну, моему отцу не нравится, что я провожу время с Аресом.

—Почему? Он же друг, верно? И, судя по всему, оказывает положительное влияние.

—Мой отец не хочет, чтобы я проводила с ним время… ради Ареса, не ради меня.

—О.

—Он думает, что это навредит репутации Ареса — ну, знаешь, испорченная дочь тренера общается со звездным квотербеком. Он не хочет негативной прессы. Не сейчас, когда сезон вот-вот начнется.

—Он так сказал?

—Не так многословно… но да. Потом я разозлилась и наговорила ему всяких гадостей про мою маму.

—Они были правдивы?

Я встречаюсь с его уверенным зеленым взглядом.

—Да.

—Тогда не расстраивайся, что сказала их. Ты знаешь, я думаю, что ты должна сказать своему отцу, что ты чувствуешь из-за того, что его не было рядом, когда ты была моложе, когда ты нуждалась в нем. Я не говорю, что, если бы он был рядом, ты бы не начала пить — никто не может этого сказать, но он подвел тебя, когда ты нуждалась в нем больше всего, Ари.

—По его словам, он был рядом, когда это было важнее всего — после аварии, когда я достигла дна.

—Поместить любимого человека в реабилитационный центр и выручить его задницу — это не значит быть рядом. Это делать что-то активное и правильное, чтобы помочь им. Но быть рядом — значит уделять им свое время и слушать, когда им это нужно. Твой отец этого не делает. В прошлом, с вашей мамой, он игнорировал проблему, потому что не знал, как с ней справиться, и оставил вас разбираться с ней. Он не мог оставить тебя разбираться с этим, и больше некому было это сделать, поэтому ему пришлось вмешаться, но он делает недостаточно. Он должен делать больше.

Мои глаза жжет от слез. Я не могу говорить, потому что, если я это сделаю, они прольются. Я делаю глоток диетической колы и пытаюсь успокоить свои эмоции.

—Может, пойдем отсюда?— говорит Люк.

Я киваю, и он сползает со своего табурета. Я подхватываю свою сумку и спускаюсь со своего.

Мои ноги дрожат, пока я иду за ним на улицу к его машине, спортивному ярко-синему BMW.

Он отпирает ее с помощью брелока, и я сажусь в машину со стороны пассажира. Он забирается на водительское сиденье и заводит двигатель.

—Куда я тебя везу?— спрашивает он меня.

—Ну, мы могли бы сходить в клуб.— Я грустно ухмыляюсь и выпускаю пустой смешок.— Домой,— тихо говорю я.

Я не очень хочу идти домой, в свою пустую квартиру. Но мне больше некуда идти.

Я пристегиваю ремень безопасности, и Люк выводит машину на улицу.

Мы уже в нескольких минутах езды от города, направляемся к нему, когда я вспоминаю, что сегодня вечером должна пойти в кино с Аресом.

Боже, я не могу пойти с ним, не сейчас, когда я так себя чувствую.

И я не хочу, чтобы он знал, как близка я была к тому, чтобы выпить сегодня.

Он разочаруется во мне, и я не смогу этого вынести. Это, вероятно, опрокинет меня на самое дно.

Я достаю свой телефон из сумки и набираю сообщение для него.

Привет, мне придется отказаться от сегодняшнего вечера. Извини. Ушла с работы пораньше, так как плохо себя чувствую. В другой раз?

Пока я жду его ответного сообщения, я провожу рукой по волосам, и они застревают в путанице. На телефоне я переключаю камеру в режим селфи, чтобы посмотреть на свои волосы.

Я чуть не вскрикиваю, когда вижу себя.

Тушь и макияж для глаз размазаны под обоими глазами. Я похожа на панду. А мои волосы — это влажный беспорядок.