На перекрестке дорог - Наталья Алексеевна Добровольская

Верочка с семейством только недавно выехала домой и явно не успела пустить слух о приёме, гости помещики - все местные и ехать после приёма в Дорогобуж, чтобы потрепаться, они бы тоже не стали. Гусары поехали к себе в полк, а не в гостиные. Так откуда по уезду узнали про приём спустя только сутки? Очень интересно! Видно, новые слухи легли на "старые дрожжи", вот и решили Барышниковы поближе посмотреть на их источник.

Ну что же, будем готовиться к приему, надо будет и "Золушку" напечатать, и про прием подумать, появилась сразу же идея очень хулиганская. Незабвенная Верка Сердючка мгновенно в голове запела: "Даже если Вам немного за тридцать", прямо отлично песенка сюда ложится, будет моя маленькая "мстя" Александре Ильиничне, теще Вакслера, которая про нее с Александром сплетни разносит. Хотя получается, что это песенка и про нее, ведь Наталье тоже немного за тридцать, и она мечтает выйти замуж за принца-полковника. Может, не стоит опускаться до каких-то интриг и выяснений отношений со вздорными бабами? Так она сама опуститься на тот же уровень скандалистки и сплетницы, достойней надо быть выше всех этих сплетен. Тут думать и думать !

А Машу вот можно Золушкой нарядить, да песенку ей спеть голоском Людмилы Сенчиной: "Хоть поверьте, хоть проверьте..", она прекрасно подойдет!

Но кроме веселья, надо с Барышниковыми контакт установить крепкий, постоянный, подкинув Елизавете Ивановне идею по организации женского патриотического общества, которое будет заниматься призрением за сиротами, особенно девочками, которыми никто не занимался. Но готовить их в санитарки сейчас никто не даст, если только под прикрытием ухода за родственниками. Только когда начнётся война, и потоком из Смоленска пойдут раненые, можно через Императрицу предложить обучать девушек навыкам сестёр милосердия - перевязать рану, подать лекарство и пр. Общество пока не готово видеть девушку рядом с раненым полуголым мужиком... Нужна протекция Императрицы, а внедрять идею тогда, когда настанет критический момент.

А вот сейчас можно помощь раненым солдатам во время военных действий организовать- закупать обувь, тёплые одеяла, средства гигиены и прочее. Объяснить просто - знакомство с гусарами, обмолвки да намеки на ближайшую войну - тут вопросов не вызовет. Заменять собой интендантов не сможем полностью, но припас никому не помешает.

Да, проблемы за проблемами, и как другие попаданцы так резво со своими делами справляются, ружья да пушки в Средние века делают, порох изобретают! Тут простейшие вещи - и те вопросы вызывают, вроде и идей много, но то сырья нет, то работников, то просто возможностей. "Просто было на бумаге, да забыли про овраги, а по ним - ходить!"

Еще раз убеждается Наталья - неправильная она попаданка, без волшебной палочки и магии, только своей головой, да через людей толковых, идеи осуществляет, а это и времени, и сил требует.

И с этими мыслями она переместилась в будущее, с полной тетрадкой пометок и записей, с пухнущей от забот головой. Надо и тут планы подбивать, да дела осуществлять. Да и узнать, как там у Барыни дела, а то она за своими заботами совсем ее забросила, бедняжку.

Глава 10. Лечение мазью аля-"Вишневский".

Глава 10. Лечение мазью аля-"Вишневский".

А в это время в Деревенщиках Фома ломал голову над рецептами, которые Наталья вручила ему с такими словами:

- Я тут дневник Георгия Ивановича читала и нашла вот такой листочек с рецептами. Он пишет, что это пропись мазей, которые изготавливал знакомый лекарь по фамилии Вишневский, - а женщине очень хотелось оставить именно это название знаменитой мази. Отмечает дедушка, что уж больно хороши они были в лечении разных гнойников да ран. Короче, попробуйте сделать подобные, может, что получится,- и улыбается интригующе.

Один рецепт был классическим по составу, с висмутом и ксероформом, которые еще требовалось сделать. Висмут уже был известен под названием "визмута и бисмута", но был очень редок и практически не применялся. Ксероформ также был известен химикам и фармацевтам, но соединить все вместе никто еще не пробовал.

А вот вторая мазь была проще - там только деготь нужен был и касторовое масло, причём по количеству это был основной компонент - 94 части масла против 3 частей дёгтя и 3 частей ксероформа. Касторовое масло в России распространилось позже, с середины века, поэтому лекарь его заменил льняным. Ксероформ - порошок- антисептик с вяжущим и подсушивающим свойством, он сменил мелом, как вспомогательным веществом в качестве твёрдой основы, нерастворимой в воде, хотя, конечно, никакими медицинскими свойствами мел не обладал.

Фома воодушевился и в достаточно короткое время простую мазь сделал, но думал и над получением мази по сложному варианту. Конечно, вторая мазь лишь отдаленно напоминала своего знаменитого прототипа, но лечебные свойства имела.

Только вот никак "апостол" не мог испытать ее в действии - не было нужного предлога, но однажды тот нашел его сам.

И тут получилось так, что Наталья впервые ругалась на своих людей, и на кого - на Лукашика- младшего, с которым она сошлись очень близко, и которого уважала и отмечала. А сейчас он стоял около нее вместе со своим сыном Степаном, Сцяпаном на белорусский лад, опустив голову, мял шапку и только покряхтывал в самые патетические моменты. А Степка вообще старался спрятаться за отца, "прикинуться ветошью и не отсвечивать", как говорили в будущем.

А помещица ругалась на Лукашика тихо, в пол голоса, но этим напугала его гораздо сильнее, чем если бы его била и таскала за "чупрыну", как в сказке Пушкина. Вообще, дворяне ругались, и женщины тоже, и били своих дворовых, но Наталья так никогда не делала. Но тут даже ее выдержка учителя не вынесла произошедшего, и она ругалась. Но ее переклинило, и вместо того, чтобы попросту выругаться привычными словами, она стала ругаться названиями цветов!

Видимо, урок про комнатные растения очень запомнился в связи с Жориком-"мажориком", их названия глубоко запали в душу, и вот эти длинные и умные слова так и полились из уст хозяйки, чем и привели Лукашика- младшего в еще большую оторопь:

- Ах, ты, традесканция глупая! Где была твоя голова, аспарагус ты неразумный! Я же тебе говорила, как кто заболеет, срочно мне сообщать! Антониева огня захотел, без руки мальчишку оставить! Что ты утворил, щучий хвост этакий!

На последние слова Лукашик наконец