Слепая зона - Кэнди Стайнер

Ни разу не видела университетского футболиста с тягой к садоводству.

Шон жестом пригласил меня сесть на скамейку первой и тут же присоединился, коснувшись бедром моей ноги. От этого контакта я вспыхнула, а вот он выглядел невозмутимым – просто прислонился к спинке, закинув на нее руку, и широко расставил ноги.

– Впечатляет, – задумчиво сказал он, обводя сад взглядом.

Я хихикнула.

– Да, но это не совсем то, что я рассчитывала увидеть. Думала, тут просто клочок земли, заваленный мусором.

– Ты здесь впервые?

Я засунула руки под бедра.

– Да. Хотя за то время, что провела в раздевалке, привыкла к такому шуму. И к запаху.

– В раздевалке? – непонимающе переспросил Шон.

– Я – помощник координатора по связям с общественностью.

Шон сел чуть прямее.

– Без шуток? – Он покачал головой. – А ты с каждым разом удивляешь все сильнее. Извини, но я… не могу представить тебя в такой роли.

– Отчасти потому мой выбор и пал на эту специальность, – улыбаясь, ответила я. – Разве при взгляде на меня подумаешь, что я настолько уверенная в себе особа и смогу командовать здоровенными футболистами?

– Думаю, что с тобой, Джиана, нужно быть готовым к неожиданностям.

Шон беззастенчиво улыбнулся, и я прикусила губу, чувствуя, как быстро забилось в груди сердце. Я так привыкла пялиться на него, пока он выступал на сцене, что теперь нервничала, когда Шон сидел так близко и тоже на меня смотрел.

«Поспрашивай его о музыке».

Вспомнив напутствие Клэя, я спустилась с небес на землю.

– Удивлена, что ты сегодня не выступаешь, – заметила я.

Шон откинулся на спинку скамейки.

– Люблю иногда брать выходной по субботам. Хочешь верь, хочешь нет, но я заядлый футбольный фанат. Ни одной игры не пропускаю.

– Как-то с трудом верится, – призналась я. – Разве такой творческий человек может быть любителем футбола?

– А что, я не могу петь песни Джона Мейера, разрисовывать себе грудь цветами команды и кричать с трибун как банши?

Я засмеялась.

– Разрисовываешь себе тело? Хотела бы я на это посмотреть.

Я произнесла это в шутку, легко и непринужденно, но тут же похолодела, когда Шон, услышав намек, что я хочу увидеть его тело, приподнял бровь.

– Эм, я, конечно же, имела в виду командный дух. Не разрисовывание тела. Или тело. Дело не в том, что я хочу увидеть твое тело. То есть я бы не…

Шон лишь улыбнулся, не мешая мне молоть вздор и не выказывая намерений помешать мне смутиться еще сильнее. Поэтому я захлопнула рот и закрыла лицо руками.

– Извини, – буркнула я сквозь них. – Вечер был тяжелым.

Выглянув из-за ладошек, я увидела, что Шон перестал улыбаться и на его лице отразилось беспокойство.

– Хочешь об этом поговорить?

Я нахмурилась, не понимая, на что он намекает, и уже хотела сказать ему, что просто немного устала, поскольку вчера вечером гуляла допоздна, а потом осознала, что он имеет в виду Клэя.

«Наговори ему немного гадостей обо мне».

Я скрестила на груди руки и откинулась на спинку скамейки.

– Не очень.

Я прикинулась грустной, бедной, обделенной вниманием девушкой, устремив взгляд на туфли на низкой шпильке и не делясь подробностями.

– Он всегда такой?

Вопрос прозвучал тихо и робко, словно Шон сомневался, можно ли об этом спрашивать.

Я пожала плечами.

– Клэй – футболист. Это ерунда. Он просто вжился в роль.

Я поразилась тому, с какой легкостью стала выгораживать Клэя, и удивилась еще сильнее, когда Шон подсел ближе и осторожно опустил руку мне на колено. Он подождал, когда я взгляну на него, а мне стало интересно, слышит ли он, как гулко забилось мое сердце от его прикосновения.

– Не ерунда, если тебе от этого плохо.

Я разомлела от его слов, от искренности в его глазах. Это была точная цитата из романа, снова убедившая меня в том, что Шон Стетсон – живое воплощение книжного героя. Я приоткрыла рот, чтобы ответить, но он перевел взгляд на мои губы, и я потеряла дар речи.

Шон все смотрел и смотрел, а я сидела, затаив дыхание. Шон заглянул мне в глаза, крепче сжав рукой колено, совсем чуть-чуть, и наклонился всего на сантиметр, приблизившись губами к моим…

– Вот ты где, Котенок.

Шон отпрянул, резко убрав руку с моего колена, и отсел на метр, когда из-за угла вышел Клэй. Он грозно осклабился Шону, а потом улыбнулся мне, уже чуть нежнее.

– Клэй, – искренне удивившись, выдохнула я и вскочила на ноги. Надобности в том не было, но я всегда равно разгладила юбку рукой. Видимо, это стало моей любимой нервной привычкой. – А мы с Шоном вышли подышать свежим воздухом.

– Я заметил, – бросил он холодным тоном и снова грозно глянул на музыканта. Я завороженно смотрела, как Клэй сжал челюсти, окинув Шона оценивающим взглядом.

Вы гляньте только, какой ревнивый у меня парень.

– Пойдем, – сказал Клэй и, взяв меня за руку, потянул к дому. Моя ладошка утонула в его пятерне. – Райли и Зик хотят сыграть в бирпонг.

Я нахмурилась.

– Но Зик не пьет.

Клэй посмотрел на меня.

– Райли выпьет за них двоих. – Он едва удостоил Шона взглядом, бросив напоследок: – Увидимся, Стив.

– Шон, – поправил тот с таким же суровым видом, насупившись.

Клэй даже не стал ему отвечать, просто закинул руку мне на плечи и, наклонившись, прошептал:

– Когда будем уходить, оглянись на него.

Я сглотнула ком в горле и сделала, как он сказал. Когда встретилась с Шоном взглядом, он посмотрел на меня с душераздирающей мукой в глазах и дикой ревностью. Потом открыл было рот, но я отвернулась и пошла за Клэем по каменной дорожке к дому.

– Зачем ты пришел за мной? – взглянув на него, спросила я. – Все же шло гладко.

– Я не мог надолго оставить тебя в компании другого парня, не вызвав подозрений, – тут же ответил Клэй.

Я покачала головой.

– Он выглядел так, будто хотел тебя прибить.

– Значит, план работает.

Я засмеялась, но резко осеклась, когда мы вошли в шумный дом и тут же буквально врезались в Малию.

– Ой! – От удивления она отпрыгнула, и Клэй, не раздумывая, резко поднял руку, помогая ей устоять. Я поняла это, потому что в следующее мгновение они встретились взглядом и оба судорожно сглотнули.

Рядом с ними казалось, будто находишься в компании кинозвезд. Малия и Клэй были высокими, слишком красивыми и оба источали такие флюиды, что все в помещении словно крутилось вокруг них. Я посмотрела на нее,