Время – это жизнь - Диана Денисова

Много лет назад

Я с длинными русыми волосами, спускалась в длинной байке серого цвета и мило улыбалась.

Стоял прекрасный ясный день, но он перевернул мою жизнь и жизнь моей семьи навсегда.

Я села за стол и принялась за завтрак, который приготовила мама.

— Моника, сегодня понедельник, ты направляешься в школу. Чтобы пришла с отличными отметками, — сказала мама и наполнила мою тарелку блинами.

Я лучезарно улыбнулась и кивнула. В кухню зашла девушка с черными, как смоль волосами и сверкнула на меня своими голубыми глазами. Я всегда восхищалась цветом ее глаз. Они как океан, они, как бездна воды.

— Доброе утро, — поздоровалась Джессика и села за стол.

— Сегодня замечательный день. Сегодня день рождения нашего Конора, — радостно заговорила мама. Как бы Конор не относился к родителям, его все равно родители очень любили, как и нас, просто не всегда это выражали.

Послышались шаги и уже все были готовы поздравлять, как это оказался папа.

— Всем доброе утро, все готовы? — спросил с улыбкой он.

Все взяли хлопушки, и пошли в гостиную. Стояли не дыша.

Хоть я с Джессикой побаивалась своего брата, так как он страдал частой эмоцией агрессивности, но день рождения своего брата, мы не могли пропустить. У меня в душе и в душе Джессики все равно была капля любви к брату, особенно у меня. Я любила своего брата, всегда ему пыталась помочь, пыталась понять. Но это было до двенадцати лет. После того случая в коттедже, я поменяла свои взгляды на жизнь, и поняла, что терпеть агрессию в свою сторону нельзя. Это не позволительно. И тогда я с сестрой отстранилась от него. Мы общались, но теперь не как раньше. Но в день рождения, мы могли зарыть свою гордость и плохие воспоминания в землю, хотя бы в этот день.

Брат спустился по лестнице и все взорвали хлопушки. Посыпались конфетти.

— С днем рождения! С днем рождения! — заорала вся семья.

Конор был брюнет, с карие глазами, с мускулистым телом, с ужасным нравом, и завышенной самооценкой. Он был чересчур агрессивный. Спросите, как это выражалось, а я вам отвечу. Иногда Конор мог просто взбеситься на ровном месте, мог наорать на всех и, испортив всем настроение, уйти к друзьям. Его водили к психотерапевтам, но ничего не помогало. Врачи говорили, что ему в детстве не хватало внимания родителей. Но вот мне и Джессике тоже не хватало внимания, но мы же остались вменяемые.

Конор спускался с лестницы с рюкзаком на спине, грубо оттолкнув нас с сестрой, пошел к входной двери. Стал надевать кроссовки.

— Конор, мы как бы собрались тебя с днем рождения поздравлять. А ты куда собрался? — спросила мама.

— Не твое дело! — гаркнул он.

— Ты как с матерью разговариваешь?! — взбесился отец. — Мы тут с утра пораньше встали его поздравлять, приятное хотели сделать, подарки подарить, отметить в конце концов, как нормальные люди. А ты вот так вот уходишь, да еще и хамишь!

Конор резко повернулся, что мама аж вздрогнула.

— Я с вами не хочу больше иметь ничего общего. Вы мне — никто! Я ухожу из дома, — сказал он и выбежал из дома. Мы все понеслись без обуви на улицу.

— Конор! — окликнули его родители.

Тот остановился и медленно повернулся с ленивым лицом.

— Что еще?

— Ты не можешь так просто уйти, мы твои родители, мы за тебя отвечаем, — сказал отец. — Что это вообще за закидоны?!

— А смысл мне оставаться? Родители меня не любят, никогда не уделяли внимания, только под старость лет одумались, и стали хоть ярко праздновать дни рождения. А так только отличные отметки приноси со школы, с друзьями гулять нельзя, то и то нельзя. Вы мне надоели. Еще и сестры, которые меня бояться, шарахаются от меня на каждом углу! — сказал громким голосом он и посмотрел на нас с Джессикой.

— Какой ты у нас бедный, несчастный. Никто тебя не любит, никому ты не нужен, не хватает тебе внимания. Нам с Джессикой тоже не хватает внимания родителей. Может, мы тоже хотим гулять с друзьями, но мы не собираем вещи и не валим из дома, как некоторые сумасшедшие! — прикрикнула я и стала приближаться к нему. — Ты ведешь себя как ребенок, а не как взрослый 18-ий парень. Ты просто все бросаешь и бежишь от своих проблем. Так взрослые люди не поступают. Я всегда хотела себе хорошего, доброго и мудрого брата, а не агрессивного монстра! Ты стал таким и потерял мое доверие и любовь к тебе. Если бы ты стал хоть как-то работать над собой, может быть мы стали снова бы общаться, как и раньше. Но ты ничего не хочешь делать. Ты боишься меняться. Ты сам боишься себя и жизни! — было приятно сказать это ему в лицо.

Тот покраснел от злости, лицо скривилось, глаза сузились, руки затряслись.

— Заткнись, дура! Ты ничего обо мне не знаешь, и больше никогда не узнаешь! Я ухожу и не хочу видеть вас в своей жизни. Ни тебя, ни Джессику, ни родителей. Вы кучка мне незнакомых людей, которые испортили мне жизнь, — заорал он во все горло.

— Ты же понимаешь, что ты несешь чушь. Кто тебе жизнь испортил?! Я с сестрой? Мы наоборот все эти годы пытались тебя понять, я всегда хотела тебе помочь. Ты не принимал нашей помощи, всегда все портил. Когда мы на тебя забили, ничего не изменилось, ты остался таким же козлом, который думает только о себе, а о чувствах своих родных даже вообще не задумывается! Ты всем надоел, ты проблема! Ты псих!

Тот резко успокоился и ехидно ухмыльнулся:

— Это мне говорит человек, который сам не разобрался в своей жизни. Ты бегаешь за своей подругой Мирандой, как собачонка и ни как не можешь понять, что она скотина еще та. Это мне говорит человек, который подстелился под тридцатилетнего мужика.

Родители ахнули, а сестра лишь насупилась и подошла ко мне.

— Что ты вообще несешь?! Ты совсем с дубу рухнул?! — начала причитать Джессика.

Парень ухмыльнулся и посмотрел на меня.

— Ты им ничего не сказала. Вот тебе доказательство, что все-таки я для тебя имею значение, а они нет. Ты же мне рассказала.

— Ты все перевернул, это не правда! Меня хотел изнасиловать мужик, а ты над этим прикалываешься?! Если да, то ты