Ход колдуньи - Валентина Алексеевна Савенко

– Весьма красочная победа за Стейном… – Изабель оборвал очередной взмах руки Змея, проекция зала опять пропала. – Небольшие технические сложности, – просияла брюнетка, исчезая.

«Технические сложности» преследовали Изабель и на следующих поединках. Змей насмешливо наблюдал за тем, как появляются его противники, как они пытаются красоваться перед невидимыми зрителями. Пытаются, потому что не знают, из какой части за ними наблюдают. А потом он вырубал шпионское око и противника.

Но Изабель включала новое. Было ощущение, что она напичкала все углы зала замаскированным артефактами.

В итоге мы увидели Чарли, придавленного к стене своим же заклинанием пресса, которым обездвиживают крупную нежить. Похоже, Змей просто отшвырнул то, что прилетело, обратно.

А чуть позже – любителя кашлять. Его Стейн выволакивал на плече из зала, костеря на чем свет стоит. Оно и понятно: запутаться в плетении собственной сети и повредить ногу – это надо суметь!

Погасив проекции, я посмотрела за моргавшую на поверхности линзы картинку и нажала.

– Как подарок? – заулыбалась сестричка.

Я повернула линзу, чтобы было видно Беллу, подергивающую во сне лапами.

– Ой, она еще и двигается! – обрадовалась Ненси.

– И тявкает. Твоя игрушка оказалась живой.

– Живой? – Сестра взлохматила пальцами идеально выпрямленные светло-рыжие пряди. – Прямо настоящий энфилд?

– Ага.

– Я тоже хочу.

– Не отдам.

Сегодня хочет, завтра в шкаф. С лисичкой так нельзя.

– Вредина! – надула губы сестра.

Какая есть.

– Я тут поспрашивала маму о тех, у кого было такое проклятие, как у тебя, – сменила тему мелкая.

– И она тебе ответила? – Странно. Мама у нас избегает любых «сложных» вопросов. Все к отцу.

– А что там отвечать? Их всего четыре было. – Ненси поправила прическу. – Первая – которую того, прокляли. Потом ее внучка. Сестра прадеда и сестра папы. Все в домиках.

– Ты что-то путаешь. – Младшая сестра папы не могла быть в домике. Ей было девятнадцать, когда она утонула.

А проклятие проявляется через тридцать четыре дня после совершеннолетия. Наверное, поэтому я даже не вспомнила о той, в честь которой меня назвали.

Сестричка пожала плечами:

– Значит, домик ей подготовили заранее… Ну или мама не так меня поняла и просто перечислила всех, кто был вторым ребенком в семье наследника…

Это вполне в духе мамули!

– Я попробую посмотреть документы, – пообещала Ненси и со вздохом покосилась на Беллу. – Я за ней приеду?

– Нет, – рассмеялась я.

– Ох, да ладно! Ты там как? Парней красивых много? – переключилась на любимую тему сестричка.

– Ну-у-у… – Второй раз за вечер некстати вспомнился Змей в шали.

– Ну-у-у, – передразнила она. – Ну – это конь, а не парень! Смешная ты, Мартиша. Вроде старше меня, а в парнях ничего не понимаешь!

И эта мелкая сердцеедка… выскочка отключилась.

Хмыкнув, я улеглась поудобнее.

– Ужин! – рявкнула в коридоре горгулья.

Прикинув, как я ползком, что тот краб, добираюсь до столовой, решила, что сегодня я на диете. На легкой и некалорийной диете из очень нужных сведений об Играх.

Чем больше находилось новостных проекций, тем больше я понимала, что родителям надо давать медаль: как уберечь ребенка от того, о чем говорят на каждом перекрестке, базаре и таверне!

Отборочная часть Игр действительно отличалась от основной. Тут была беготня по полосе и борьба за артефакт. А дальше веселей: команды соревновались друг с другом, с ловушками, нежитью. И это были не милые зомби. Там такие экземпляры попадались, что я с трудом подавила рвущийся наружу нервный смех.

В моем плане из понятного осталось лишь одно: будет чудо, если, попав в команду, я выживу, а не окажусь на той стороне в рядах зомби.

Сдаться? Никогда. Я уже сделала первый ход, теперь играем до конца. Главное, чтобы не до моего. На крайний случай сниму перчатки и пойду обнимать противников. Пока они будут выдавать друг другу правду и ничего кроме правды, моя команда побьет нежить и… их.

– Вард, ты куда? – раздался за дверью возмущенный вопль горгульи. – Это женская казарма, куда топаешь?

– Прямо, – отозвался здоровяк.

В дверь постучали.

– Понятно, что не криво! – вскипела каменная комендантша.

Вард снова постучал.

– Открыто. – Я села на кровати, спустить ноги сил не хватило.

– Куда пошел?! – завопила горгулья.

– Отдам, – прогудел Вард, заходя и захлопывая перед носом каменной надсмотрщицы дверь.

– Вышел немедленно! – возмутилась она.

– Сейчас. – Вард, в руках которого был небольшой бумажный сверток, разглядывал защиту. – Помочь? – спросил он, покосившись на меня.

Я кивнула: а почему бы и нет?

Вард подошел ко мне и протянул сверток. Аромат свежей выпечки заставил живот заурчать.

– Булочка, тебе надо есть, – прогудел он, возвращаясь к двери.

– Ем, – вполне в его духе ответила я, отгибая край бумаги и вгрызаясь в мягкую сдобу.

– Что это вы там удумали? – продолжала разоряться горгулья.

Вард открыл дверь, показал на замок.

Каменная даже крылья развесила от удивления.

– Вот не знаю, как у Эмерсона с женой получился ты, за какие заслуги или грехи солнце и тени тебя им послали, но сочувствую твоему отцу! – прорычала она. – Ты же и жениться так же будешь! Что делаешь? Женюсь!

И горгулья поковыляла дальше.

– А ты куда скачешь? – прорычала она уже от входной двери.

– Как куда, красавица? – отозвался знакомый голос. – Спасти от голода товарища!

– Твоего товарища там уже спасли. Ладно, неси. Туда и обратно!

– Ты же меня знаешь! – ответил Кристоф.

– Вот именно, знаю! – сварливо огрызнулась горгулья.

По коридору прозвучали быстрые шаги. Вард распахнул дверь. Кристоф замер с занесенной для стука рукой.

– А-а-а, так это ты спасатель? – рассмеялся он, протискиваясь мимо здоровяка, правящего заклинание на замке.

В руках блондина была бутылка и стакан. Я обрадованно помахала остатками булочки. Похоже, ужин пришел частями. И я была совершенно не против!

Кристоф поставил свою часть перекуса на тумбочку, покрутил головой. Подошел к окну и открыл сворку.

– У тебя тут сыро. Полы, что ли, мыла?

– Все мыла. – Я откупорила пробку, внутри был мятный чай. То, что нужно. Налила полный стакан.

– Эмерсон воспитывает? – предположил Кристоф.

Я отрицательно покачала головой, отпивая ароматного отвара.

– Небольшие разногласия с соседями.

– Помочь? – спросили блондин и здоровяк.

Я снова отрицательно мотнула головой.

– Сделал, – прогудел Вард.

– Кристоф, ты там поселился? – рыкнула в коридоре горгулья.

Блондин шепнул:

– Завтра будет легче.

И они ушли.

Дверь закрылась на замок. У Варда явно талант к бытовой магии. Или тоже две искры? Скорее всего, второе.

Не успела доесть булку, как от окна донеслось:

– Интересно, а вторую булку ты съешь так же быстро?

Через подоконник перепрыгнул Змей. Он принес еще чая и булку.

Я тут же накинулась на выпечку. Оказывается, тренировки не только изматывают, но и пробуждают просто зверский аппетит.

Я уминала выпечку, а Змей устроился на соседней кровати и чесал пузо Белле. Она довольно повизгивала.

– Пока мы были на тренировке, я кое-что вспомнил. – Переложив разомлевшую лисичку на подушку, он придвинулся ближе.

Я проглотила последний кусок булки, допила чай из стакана и вопросительно посмотрела на теневика.

– Теперь я точно уверен, что у тебя есть еще какая-то цель, помимо нашей женитьбы, – тихо сказал Стейн. – И появилась эта цель во время отборочного тура. На полосе препятствий ты просто хотела отбыть повинность. А за реликвию ты уже боролась по-настоящему. Тебе нужно было попасть в программу обмена.

Кто его просил копать? Пришла и пришла.

– Я поспрашивал ребят. В перерыве ты говорила с мужчиной, похожим на тебя. Видимо, отцом. И после этого тебе стало нужно попасть к нам, – продолжал он.

– И что? Разве это запрещено?

Не то, не о том думаю. Чего Стейна так настораживает мой интерес? Я ведь мотивирована, как говорит тренер. Может, в этом и проблема? Уже была одна такая с мотивацией…

– Я не Изабель. Я никогда не причиню вреда кому-то из друзей… из близких… ради выгоды… специально. Я вообще не понимаю, как можно так поступить…

– Неужели рассказала? – Русые брови насмешливо приподнялись, на щеках Змея проступили желваки.

– Так получилось, – уклончиво ответила я.

В оконную раму постучали.

Юрген смотрел на нас с той стороны и не торопился забираться внутрь. Змей подхватил с подушки Беллу и едва слышно сказал мне:

– Все равно узнаю, мышка.

И с мелкой на руках подошел к окну. Отдал ее Юргену и выпрыгнул наружу.

Узнает. И быстрее, чем хотелось бы. Правила Игр не запрещали участвовать проклятым. Но кто знает, как к этому моему свойству отнесется тренер. Поэтому лучше молчать, пока возможно.

Дождавшись, когда Юрген принесет накормленную и выгулянную Беллу, я решила провести остаток вечера с максимальной пользой: выспаться как следует. Завтра у меня начинались занятия с первым курсом. И хорошо, если артефакт успеет запихнуть