Ключ от всех дверей - Яна Смородина

— Значит, тот самый. Ладно. Все мы милые, пока не отыщется тайная комната с секретами, — подмигнула я Жанне и отпила коктейль. — Он тебе ещё не запрещал исследовать некоторые помещения в своём доме?

— Нет. И борода у него даже не синяя, — развеселилась подруга.

— Рано ещё, вы же не женаты.

— Перед свадьбой обязательно попрошу тебя исследовать его шкаф на предмет скелетов, — весело пообещала Жанна.

Я хмыкнула, залпом допила коктейль и промолчала. Лезть в сон к оборотню. Попахивает самоубийством. Тем более кое-что я и без шкафов знаю, к сожалению… Но посмотрим, чего не сделаешь ради подруги. Перед свадьбой, блин.

Прервав наши полушутливые планы, Федька вытащил танцевать. А когда наши силы иссякли, мы, хохоча и толкаясь, вернулись за свой столик — здесь можно было нормально поговорить, музыка слышалась не так громко, как на танцполе. Сначала мы следили за Федькиной охотой и шутили по этому поводу, потом стали вспоминать забавные случаи, происходившие когда-то с нами и Федькой. В общем, было весело, но только до тех пор, пока на горизонте не появился Стас — мой бывший парень.

Он был старше меня на пару лет, как и я, учился на юрфаке, который благополучно закончил, и трудился по специальности уже полтора года. Мы с ним познакомились во время учёбы, когда я была на третьем курсе, и встречались чуть больше полугода. Начиналось всё замечательно: он незатейливо, но красиво, ухаживал, терпеливо добивался и даже получил Федькино одобрение. Говорил, что любит. Не могу сказать, что с моей стороны была какая-то роковая страсть, но мне было приятно его внимание и сам он, и я сдалась. Но, как оказалось, себя всё же он любил больше.

Это не сразу стало заметно, а только по прошествии некоторого времени, когда он уверился, что я прочно с ним и никуда уже не денусь. И расслабился. Себя он считал неотразимым красавцем и, вообще, практически совершенством, ну, и ждал к своей персоне соответствующего отношения. Хотя он и был привлекателен, даже очень, меня стали раздражать его нарциссические замашки и мы разошлись. Не только по этой причине, конечно, но поводом стал случай на его выпускном.

Тогда он решил вызвать в моём организме ревность, страстно слившись в танце с одной из своих однокурсниц. Не знаю, чего он хотел добиться этим, может, показать, какой он завидный жених и как мне несказанно повезло быть с ним и упиваться собственным счастьем. А может, просто хотел привнести в наши отношения драйва. Но к его глубочайшему разочарованию ничего кроме ощущения гадливости, вроде того, которое возникает, когда наступаешь — прошу прощения за мой французский — в дерьмо, я не почувствовала. Наоборот, в тот момент я отчётливо поняла, что зря трачу на него своё время. И ушла. И даже на следующий день, когда он пришел ко мне утром и явно не из дома, благоухая женскими духами, не устроила ему скандала. А от осознания того, что Стас мне изменил (скорее всего), неожиданно для самой себя ощутила облегчение. Он был оскорблен моим безразличием, поскольку жаждал бурного выяснения отношений, и вскоре после этого досадного происшествия мы сошлись на том, что у нас разное представление о любви.

Но он всем сообщил, что это он меня бросил. Я не возражала. Несмотря на отсутствие моих возражений, расстались мы далеко не друзьями, мягко говоря, так как я, в очередной раз, не оправдав его ожиданий, не умоляла не бросать меня. Когда спустя пару дней я встретила его в дупель пьяным, мне было сказано, что любить мраморную стерву станет только идиот, а он вовсе не идиот и никогда меня не любил, и добился из спортивного интереса затащить в постель такую недотрогу, как я. И это оказалось на редкость скучным занятием и пустой потерей времени. Обманывать себя глупо — услышать это было больно. Он ушёл, а я долго ревела у Жанки на плече и искренне недоумевала, почему Стас счёл своим долгом мне об этом сообщить. Федька тогда сказал, что, мол, вырастешь и поймешь. Но я так и не поняла. Не доросла ещё, видно.

Похожих происшествий с тех пор не случалось, при встрече он больше не пускался в анализ наших отношений, но осадок остался. Хоть я уже давно и пережила эту обиду, всё же встречаться с бывшим лишний раз мне вовсе не хотелось. Теперь бестолковые подкаты таких вот королей красоты после этой истории вызывали во мне только глухое раздражение. И с легкой руки Стаса за мной закрепилась слава Китайской стены. Менее уверенные в себе нормальные парни подкатывать не пытались, а подруга моя всеми силами старалась славу эту опровергнуть противоположной положительной практикой. Пока безрезультатно. Наверное, не стоит говорить, что все её порывы убедить меня, что в этом мире имеются адекватные симпатичные люди мужского пола, дали корни именно на этой благодатной почве?

— Этого-то, каким ветром сюда занесло? — Жанна тоже заметила Стаса, — ну всё, сейчас опять испортит настроение. — Он тоже нас увидел и с мерзкой улыбочкой уже направлялся в нашу сторону.

— Если бы я могла, то с радостью превратила бы его в жабу, — с тоской в голосе сказала я.

Жанна фыркнула.

— Всем привет, — несостоявшийся жаб приблизился и одарил нас Жанной ослепительной улыбкой, — как дела?

— У нас всё замечательно было. До твоего появления, — заявила подруга, а я недружелюбно уставилась на него.

— Майя, солнце моё, что с тобой, почему ты такая грустная? — обратился ко мне он, совершенно игнорируя Жаннин «тонкий» намек и мой откровенно враждебный взгляд. Провёл тыльной стороной ладони по моей щеке, а я отшатнулась от его неожиданного жеста. — Всё ещё не оправилась после нашего разрыва? Так и не можешь забыть меня?

— О да, каждую ночь рыдаю в подушку!

Когда же он, наконец, успокоится — так достали его корявые шуточки!

— Правда? — обрадовался он, будто не уловив моего сарказма, затем наклонился и интимно прошептал мне на ухо, — ну, тогда могу предложить дружеский секс, чтоб хоть как-то облегчить твои страдания. Обещаю, тебе будет, что вспомнить холодными одинокими ночами.

Я брезгливо поморщилась и отодвинулась от него.

— Спасибо, как-нибудь обойдусь.

— Смотри, пожалеешь, — он рассмеялся и — слава Богу! — двинулся дальше.

— Да-да, прыгай отсюда, — удовлетворенным шепотом посоветовала ему вслед Жанна, — а то расквакался тут…

— Господи, как же он меня бесит! — не