Коснись меня - Лара Ингвар

Она сощурила зеленые глаза. Вера любила шутить насчет своего возраста. Я хлопнула себя по лбу, ведь я ей как раз обещала, что возьму сегодня на себя все утренние тренировки: и ее и свои. Она же хотела сегодня сходить в свадебный салон и заскочить в пару ресторанов, которые предлагали организацию свадебного торжества. Ее жених знал, что Вера никогда не была замужем и поэтому решил устроить настоящую пышную церемонию. И плевать он хотел, что невесте за сорок, а ему самому больше пятидесяти.

— Насколько я помню, сегодня у старушки важная встреча.

— Ох, совсем запамятовала. Склероз видимо.

— Уж скорее маразм. Лети. Песок за тобой я потом подмету.

Энтузиазма от получения первой зарплаты у меня хватило ровно на четыре часа. Как раз чтобы провести два занятия по йоге и два по пилатесу. Викки сегодня не появлялась, у нее были утренние лекции, зато пришло несколько ее одногруппниц. Я заверила всех, что при регулярном посещении занятий, каждая сможет стать подтянутой красоткой, но намекнула, что быть может скоро мне придется прекратить вести тренировки из-за основной работы. Девушки слегка опешили, когда узнали, что я работаю на Дарка из «Азаик». Впрочем, в их глазах я приобрела гораздо больше значимости, и теперь у меня просили не страничку из социальных сетей, а рабочий мейл. Стажировка в компании вроде «Азаик» могла дать будущим юристам толчок в жизнь.

Уставшая и потная, но довольная, я вернулась домой, чтобы принять душ и переодеться к работе. Мощные струи воды смывали усталость и напряжение. Я включила радио и стала во весь голос подпевать старой песне о грешнике:

Oh Sinnerman, where you gonna run to? Sinnerman, where you gonna run to? Where you gonna run to? All along dem day Well I run to the rock, please hide me I run to the rock, please hide me I run to the rock, please hide me, Lord All along dem day

Мне всегда нравилась эта песня. И в ней я была и грешником и дьяволом и богом. Сквозь шум воды и свой сорванный голос я вдруг расслышала настойчивый звонок в дверь. Ох, Лев, Лев, опять ключи забыл и сорвал мне такой припев! Накинув полотенце на голое тело со стекающими с длинных светлых волос каплями воды я широко отворила дверь. И замерла. Потому что это был не Лев.

На пороге стояло два брата. У Артура в руках был букет белых лилий, Александр нервно поправлял край шляпы. Увидев меня в таком виде, один широко улыбнулся, второй стал поправлять шляпу куда активней. Голая и мокрая перед двумя красивыми итхисами. Звучит как начало экзотической порнухи. Играть в смущение мне не хотелось. А тело это всего лишь тело. Когда я преподаю пилатес, то моя одежда скрывает и того меньше, чем толстое полотенце.

— Добрый день. Проходите, располагайтесь на кухне, я оденусь и подойду.

Я показала мужчинам кухню, на которой к счастью было прибрано и ушла к себе. Гневно натягивая приготовленный на работу костюм и собирая в пучок мокрые полосы, я мысленно ругалась. Гребаные итхисы, лезут в мою жизнь! Сейчас же день, какого черта они расхаживают на солнышке?! Хотя из-за пустяка Александр бы вряд ли меня побеспокоил. И эти цветы…

Успокоившись, я вышла, включила кофемашину и поставила для шефа молоко в микроволновку. Артур тоже попросил такой-же сладкий молочный напиток. Я разлила кофе, поставила цветы в вазу и уселась напротив мужчин. Явно не выспавшийся Александр с благодарностью сделал большой глоток.

— Я хотел извиниться, мое поведение непростительно! — начал Артур. Александр со злостью смотрел на брата, казалось, он сейчас начнет его тыкать носом в пол, словно провинившегося щенка. Босс кивнул, и произнес:

— Я также извиняюсь за поведение своего брата. Обещаю вам, что впредь ничего подобного не повториться. — В его словах была спокойная уверенность. Двухметровое чудовище, которое величало себя моим начальником перевело взгляд на младшего брата. Тот стушевался.

— Я ошибся, чудовищно ошибся, — сказал тот. Я вдруг вспомнила разговоры Лоры о том, что итхисы как поговаривают чувствуют свою вторую половинку. Быть может Артур решил, что я та самая? Тогда вчерашнее происшествие было связано с излишней самонадеянностью с его стороны и быть может глупостью. Злость, которая плескалась в глубине моего сознания утихла. Приятно знать, что мой знакомый не подлец.

— Ты же взял меня за руку, а не за задницу схватил, — спокойно ответила я. Могу говорить как хочу, я не на работе. А мое личное пространство итхисы нарушили первыми. Буквально. — И хоть мы и мало знакомы, это приемлемо.

Натянуто улыбнувшись я сделала глоток кофе. Я не хотела, чтобы братья знали о том, что я осведомлена о псевдоискре. Уж очень ревностно итхисы охраняют этот секрет.

— В нашей культуре — это неприемлемо, — с нажимом проговорил мой босс. Он с укором смотрел не только на брата, но и почему-то на меня. — Мужчина не может прикоснуться к женщине первым. Это нарушает все мыслимые границы приличий.

— Ты очень консервативен, Александр, — с наигранной легкомысленностью сказала я, осознав, что первый раз в жизни обращаюсь к Дарку столь фамильярно. — Вы оба — можете не волноваться, я не в обиде.

— Есть еще кое-что, — Артур почему то выглядел безумно виноватым, — вчера на тебя началась охота.

Слово «охота» звучало настораживающе. Охотятся на крупную и мелкую дичь, но никак не на женщин.

— Что это значит? — потребовала я объяснений. Александр вздохнул, он посмотрел мне в глаза, и меня утянул снежный водоворот его взгляда. Я с трудом смогла сконцентрироваться на его словах.

— Это культурная особенность… Традиция, свойственная благородным итхисам многие столетия. Одна женщина, которую признают… чрезвычайно привлекательной становится объектом ухаживаний многих итхисов. Раньше целью подобного соревнования являлся брак, но с начала двадцатого века…

— Мой брат хочет сказать, что итхисы, что видели тебя вчера в клубе, поспорили, кто первым затащит тебя в постель, — прервал речь Александра Артур. Я поперхнулась кофе.

— И обычно «жертва» осведомлена о том, что на нее объявлена охота?

Мужчины согласно кивнули.

— Касаться вас никто не имеет права, вы сами определяете… Кому оказать свое внимание. Итхисы будут пытаться делать широкие жесты, дарить подарки, в общем… купить вашу благосклонность.

— Александр, скажите, что я ваша, и дело с концом, — попросила я, — вы же и так это вчера говорили, а формально ближайший год я вам действительно принадлежу от головы до пяток, — я взмахнула рукой, показывая мужчине