Настойка полыни - Мисс_Дарси

Когда они пришли на парковку у вокзала, Гарри махнул всем рукой и сразу свернул к вечно надутому Вернону Дурслю. Артур Уизли хотел было с ним поздороваться, но дядя Поттера быстро запрыгнул в машину, чтобы умчаться в свой благополучный район. Семья Уизли переглянулась с недоумением. Гермиона обняла своих подруг, рванулась было обнять Рона, но что-то ее остановило. Они пожали друг другу руки, и девушка села в машину к мистеру Грейнджеру.

Джейн оглядела парковку: ее родители, видимо, опаздывали. Поэтому она стояла в стороне, ожидая знакомый автомобиль. Джордж подошел к ней, пока его семья запихивала чемоданы в такси.

— Ждешь? Может тебя проводить?

— Ты пройдешь пешком пятьдесят километров? — хихикнула Джейн. — К тому же мой папа уже подъезжает.

— Нет, я бы трансгрессировал.

К тротуару подъехал черный, бросающий блики при свете, лакированный автомобиль, из которого вышел ее отец. Джейн бросилась к нему в объятия. После Джордж сразу улыбнулся мистеру Барлоу и пожал ему руку. Мистер и миссис Уизли тоже подошли поздороваться: все семьи так или иначе были знакомы между собой. Пока они обменивались приветствиями, Джордж отвел Джейн в сторону. Он немного нервничал, от чего мило поджимал губы.

— Джейн, я хочу извиниться за все. Ты для меня очень дорогой человек, действительно лучшая… подруга, и я надеюсь, что ты все-таки приедешь к нам погостить, несмотря ни на что.

— Ох, Джордж, забыли, — Джейн в открытую лгала, не показывая своих истинных чувств. — Все в порядке. Что было, то прошло.

За банальными фразами она скрывала свою боль: что значит «извиниться за все»? Огонек в ее душе превратился в едко тлеющий уголь. Джейн от досады смотрела в сторону и нахмурилась. Джордж следил за ее лицом и не мог не уловить негодование: все снова шло не по плану. Парень сделал первое, что пришло в голову: обнял девочку и поцеловал в лоб. Семья Уизли и мистер Барлоу удивленно посмотрели на парня, но тот быстро ушел в такси, махнув на прощание Джейн.

Когда она села в машину, то долго не решалась заговорить и смотрела в окно. Отец хотел было спросить, что у нее с этим рыжим парнем, но передумал. Джейн как будто прочитала его мысли:

— Если ты хочешь спросить про Джорджа, то мы просто друзья, — Джейн решила спрятать свои переживания, поэтому фальшиво зевнула и попросила отца отвезти ее в магазин за тортом, чтобы приехать к маме не с пустыми руками.

Дома все было как обычно: ее светлая комната была такая же уютная, гостиная — теплая, а мама — пахла жасмином. Джейн долго не отпускала своих родителей: рассказывала истории из школы — многое они, конечно, не понимали, но очень радовались за Джейн. Сидели до поздней ночи, в обнимку смотря какие-то передачи.

— Я записала тебя в танцкласс, его можно посещать с понедельника, — сказала мама, перебирая волосы Джейн.

— Я так по этому соскучилась, мама! Но я писала тебе, что на Святочном балу у меня было сразу три кавалера — с каждым удалось красиво потанцевать. Твое платье произвело такое сильное впечатление. А Джордж вообще потом начал меня преследовать… — Джейн рассказывала маме всё подряд, умалчивая лишь про серьезные и трагические моменты: не к чему знать про смерть ученика или возрождение опаснейшего волшебника. Мама участливо выслушала все, не перебивая, но заметила, что упоминание этих двух юношей: Драко и Джорджа очень сильно волнуют ее дочь.

Засыпая, Джейн вспоминала близнеца и его слова. Джордж так прощался, как будто между ними навсегда встала непреодолимая пропасть. Фред просил ее в начале года ни на что не рассчитывать? Так вот, ничего у нее не вышло.

* * *

Первую половину каникул Джейн не отказывала себе в удовольствиях обычной магловской жизни: катание на велосипеде, танцы, утренние пробежки, встреча рассветов, один раз даже поехали на побережье, откуда Джейн привезла ракушек, загар и красивые фото в купальнике.

Но периодически она читала и газету волшебников «Ежедневный пророк», в которой обратила внимание на странные статьи про Гарри и профессора Дамблдора: сначала это были невинные заметки про старость или трагическую судьбу Мальчика-Который-Выжил, но с каждым выпуском нападки становились все жестче. Джейн созванивалась с Гермионой, чтобы обсудить текущее положение вещей — одно стало ясным — в дело вступила политика Министерства магии. Вскоре Гарри стали называть лжецом, и это нельзя было изменить.

Помимо всего этого, Джейн переписывалась с Фредом Уизли: он придумывал новые «вредилки», присылал ей макеты и формулы, а она по вечерам корректировала то, что считала опасным, предлагала свои варианты и переписывала аккуратным почерком рецепты снадобий и смесей. Для нее стало неожиданностью, что они начали делать настолько сложные и дорогие вещи — у них появились деньги и, кажется, много денег. Фред на ее прямой вопрос заявил, что расскажет все лично в, цитата: «Его офисе на втором этаже». Джордж неизменно передавал привет, но не написал ни одного письма. Только на ее День рождения она получила открытку, подписанную его рукой, и пакет мятной нуги. Нереально большой пакет.

Драко поддерживал связь, присылая открытки из стран, в которых он путешествовал. Лишь с Анджеем девушка переписывалась, радуясь его новой карьере — загонщика в польской команде по квиддичу.

Все шло так естественно, что Джейн плыла по течению, просто радуясь каждому дню. В один из вечеров в конце июля она гуляла одна в сквере, наслаждаясь наступившей тишиной. Села на лавочку и закрыла глаза, как вдруг какое-то подозрительное движение в воздухе заставило ее резко оглянуться. К своему удивлению она увидела профессора Дамблдора, который приближался к ней спокойным прогулочным шагом. Он сел рядом и улыбнулся:

— Доброго вечера, мисс Барлоу, чудесная погода, вы не находите? — будничным тоном спросил он, оглядывая пустынный сквер.

— Д-доброго, профессор, — пролепетала Джейн. — Очень рада вас видеть.

— Взаимно. Хочу поблагодарить за смелость в конце учебного года, если бы вы не заметили, что Гарри пропал, возможно, было бы поздно. Гриффиндор действительно ваш факультет.

Джейн молчала. Потом собралась с духом.

— Благодарю профессор, но, это невежливый вопрос, конечно, но что вы здесь делаете?

— Ах, прости мне мою память, я уже старый человек, — директор Хогвартса тихо засмеялся. — Я хотел спросить тебя, Джейн: ты одна из близких друзей Гарри Поттера и семьи Уизли, а также Гермионы Грейнджер. Думаю, ты понимаешь, что эти люди всегда будут идти против Волан-де-Морта? — он внезапно перешел на серьёзный тон.

— Да.