Бастарды - Баса

Легкий шаг парня перешел вприпрыжку на последних ступеньках, по которым он спускался. Теперь Аристократ был внизу на площадке.

Глаза быстро убрала в пол. Только не ко мне. Только не ко мне. Пожалуйста, только не ко мне. Как молитву повторяла, отчаянно взывая.

В жизни так не нервничала. Крупная фигура Аристократа передвигалась в нашем направлении. Внушала одним видом страх, дрожь и желание броситься в ноги, моля о пощаде. А пренебрежительный взгляд чего стоил? Даже мое королевское высочество гнев замер при приближении молодого мужчины и испуганно встал на колени. Трус. Мне одной оставалось отбиваться от глаз Аристократа.

Я почувствовала как замер зал, да я уже давно застыла. Несколько секунд точно без движения и даже не дышала.

— Причина? — его кроссовки.

Твою мать! Пришлось поднимать медленно глаза. Кошмар. Глаза уставились чуть ниже его груди. И он так неудобно остановился на расстоянии метра. Шею чуть не сломала — задирать.

Если я отсюда выберусь живой, папа, ты мне будешь должен, очень крупно должен. Берегись, сдеру по полное число. Но взгляд Аристократа оказался не пугающ, как я ожидала. Полностью зеркальный. Без эмоциональный. Ни усмешек, ни улыбок, ни гнева. Пустота.

Руки мужчина опустил по бокам и ждал. Точно, ответ на вопрос. Почему отошла назад. Что там Глен спрашивал? Взяла последние силы, направила в голос и ответила. Не дрогнуть только. Хищник чует страх.

— Парень… — бровь приподнял, словно намекая и это всё. Что там еще было? Беременная. Не. Не пойдет. — Месячные, — едва не выкрикнула. И все-таки выкрикнула. Послышались смешки с лавочек, отовсюду.

— Мне не принципиально. Обойдемся минетом, — ну просто красота. Ад замерз, небеса свалились в горящий котел. Это что за наглость? Я на минуту забыла о страхе, не в силах ответить.

— Пойдем, — кивнул Аристократ в бок головой и, не дожидаясь реакции, пошел.

По идее я должна идти за ним, но мой страх или гнев, или еще какое-то новое чувство или моя госпожа гордость, кто-то из них приморозил ноги к полу. Я ни секунды не сомневалась в своем поступке. Кажется, конец мира настал. Кто бы знал в каком я шоке, что даже звуки притихли в голове.

Через пару шагов командир остановился понял, что я не иду следом.

— Пойдем, — повторил. Но в словах я расслышала железо, раскаленное железо, которое опалит в случае неповиновения. Но я не могу поступить по-другому. Не могу. Кто бы знал, как страшно в этой мертвой тишине претворяться живой.

— Нет, — пришлось отвечать, глядя ему в глаза. Сдерживать взгляд, чтобы он испуганно не отринул.

— У кого-то язык нашелся, — и совсем неожиданно, но он усмехнулся.

Улыбнулся. Всего на пару секунд, но, как я и думала, у Аристократа образовались полу ямочки, полу разрезы. Которые перевоплощали лицо, делали более светлым, теплым, полная противоположность обычному виду.

Почти сразу ямочки пропали бесследно.

— Я не пойду тебя ублажать! — сказала громко. Может страх спутал мозги, но решила добить и себя, и ситуацию в корне, чтобы не было недопонимания.

Я смертница, которой дали гранату и сказали взорвать самолет. Так вот, запустила бомбу, теперь ждала, когда накроет взрывной волной.

Аристократ еще и лоб нахмурил. Можешь не хмурить, я итак еле дышу от страха.

— А ты понимаешь кому отказываешь, Бастард?

— Да хоть сынок Мерси, мне насрать, — выплюнула и сама подивилась своей смелости.

Гнев, ты еще дышишь внутри? А я думала поднял белый флаг перед этим господином.

Аристократу не до улыбок. Полоски на лбу стали четко очерченными, изуродовали лоб.

— Глен! — неожиданно рявкнул молодой мужчина. Грубый голос, когда он так высоко его поднимал. Когда чуть ниже, звучало гораздо мелодичнее. — Собирай всех Бастардов. Будем знакомиться. Сейчас же!

Он окинул меня взглядом. Не знаю что хотел найти, и удалился прочь.

А я испуганно, затравленно пыталась восстановить нормальное дыхание и успокоить сердце, которое трусливое сейчас первое хотело сбежать через горло. Я — труп.

Бастарды скучковались. Мы стояли все тем же количеством на противоположной стороне, и я ловила лавину изумленных, заинтересованных взглядов на своей персоне. Стало напекать в затылок от их лучей.

— Ты идиотка, — сказала Волчица, глядя в глаза. Я промолчала. Зал превратился в муравейник. Глен носился взад-вперед, а ненавистная компания вышла в середину зала, где стояли Бастарды.

— Прочь! — услышали приказ от весьма раздраженного дылды. Кажется, я наступила на его гордость.

Большего приглашения не требовалось. К стеночке встали в одну линию. И минут двадцать смотрели, как парни играли в баскетбол. Бешено. Дылда чуть паренька маленького не убил. Бедняга поднялся после столкновения с качком, едва передвигая ногами.

А как дылду Глен величал, что-то забыла? Эммм. Дима, точно.

Народ заходил в спортзал и уходил. От Бастардов примерно половина. Основная масса Аристократок состояла из девушек на каблучках с расфуфыренными носиками, клянусь, наверное, в жизни никому в морду не давали.

Вот и настало молчание. Игроки баскетболисты, кто пошел за парту преподавателя, уселись, кто разместился сбоку от площадки.

Дмитрий с мячом в руках по центру, он один из самых высоких. Да из него прет угрозой, как я не распознала?

Тишина быстро накрыла зал, словно к каждому из нас подставили курок к виску. Вот это внушение. И это при условии, что Аристократ не смотрел на нас, только на мяч который чеканил об пол.

Когда стало идеально тихо, он заговорил:

— Дамы и господа, давно вас надо было собрать всех вместе и познакомиться как следует, да всё оттягивал, — и только тут поднял взгляд от пола и вычислил меня.

Я не убрала взгляд. Тебя не боюсь.

— Дорогие гости! Вам здесь не рады! Не чувствуйте себя, как дома, и поскорее сваливайте из нашего университета! Никто из нас не хотел учиться с Бастардом наравне.

Мячик он взял и положил под мышку.

— Вы рабочая сила, мясо и дайте подумать… шлюхи, — улыбнулся и на меня посмотрел.

На кого-нибудь еще смотри, урод!

— Хорошо запомнили, кто вы? Вам здесь не рады! Так что, если хотите доучиться до пятого курса и просто остаться в живых предлагаю вести себя соответственно этим трем определениям, с улыбкой и благоговением, что к вам обратились. Ты красная куртка! — опять длительный пронзительный взгляд в мою сторону. Насквозь прорезал мое мнимое бесстрашие. — Как зовут?

— Аня.

— Фамилия?

— Ананина, — ответила и получила в ответ смешок.

— Отвратная фамилия, — прокомментировал он. — Я Дмитрий. Дмитрий Хаски.

ЧЕГО!? АЛЛО! АНЯ! ПРИЕМ! ПРОСНИСЬ!

В мыслях открыла рот, потом закрыла, потом умылась в потоке слез. Прокляла длинный язык. Но у меня правда