Каждый твой взгляд - Шерри Томас

Но прежде чем родственницы успели ответить, подступила паническая неуверенность.

— О Господи! А у меня самой дети есть?

— Начало не самое благоприятное, не так ли? — пробормотал Гастингс.

Казалось, память Хелены каким-то удивительным образом сохранила и его образ, и ее к нему отношение.

Они с Фицем стояли в коридоре, возле двери. Герцог Лексингтон удалился, чтобы составить еще одну телеграмму берлинскому доктору и известить, что в его услугах более не нуждается, но если тот уже выехал в Лондон, готов немедленно возместить все расходы и потраченное время.

— Мисс Редмейн предупредила о возможной тошноте, — пожал плечами Фиц. — Ты и сам слышал.

— Да, наверное, слышал. — Гастингс печально вздохнул. — Хорошо хоть, что пришла в себя. И на том спасибо.

Оставалось одно: безропотно принять новые условия и запомнить, что отныне он для нее совсем чужой.

Из комнаты вышла Милли.

— Как она? — одновременно спросили мужчины.

— Снова в постели, но уже спросила сиделку, когда отменят постоянное наблюдение.

— Хелена никогда не терпела контроля над собой, — заметил Фиц. — А что с памятью?

— Обо всем нас расспрашивала, да и сейчас продолжает пытать Венецию. Не помнит ровным счетом ничего: ни что занималась изданием книг, ни учебу в университете. Понятия не имеет о двух первых браках Венеции. Мы подробно рассказали о важнейших событиях и нашей, и ее жизни.

— А как насчет Эндрю Мартина? — уточил Фиц, избавив Дэвида от болезненного вопроса.

— О нем не прозвучало ни слова; было бы крайне странно, если бы бедняжка вспомнила эту страницу своей биографии.

Гастингс хотел выяснить, интересовалась ли Хелена его персоной, но так и не смог преодолеть страх.

На лестнице послышались шаги. Приехала мисс Редмейн.

— Лорд Фицхью, леди Фицхью, лорд Гастингс, — деловито приветствовала она.

— Спасибо за то, что не заставили себя ждать, — поклонился Дэвид.

— Не желаете ли что-нибудь сообщить о состоянии леди Гастингс?

Виконту еще предстояло привыкнуть к тому, что Хелену называют «леди Гастингс», и сейчас он не сразу собрался с мыслями.

— Через несколько минут после пробуждения ее вырвало.

Мисс Редмейн что-то быстро черкнула в блокноте.

— Это нормально и не должно вызывать беспокойства.

— А еще она потеряла память.

Мисс Редмейн вскинула брови:

— Хотите сказать, не помнит о случившемся? Это тоже в порядке вещей.

Дэвид покачал головой.

— Боюсь, потеря памяти несколько глубже и обширнее. Например, леди Гастингс не может вспомнить, что знакома с леди Фицхью или со мной — при том, что знает нас много лет.

Мисс Редмейн задумалась.

— Хм. Должна сказать, что данный случай амнезии острее тех, что встречаются обычно.

Амнезия. Диагноз прозвучал безжалостно.

— Когда можно ожидать восстановления памяти?

— Насколько мне известно, об определенных сроках говорить невозможно. Состояние может улучшиться как к концу сегодняшнего дня, так и к концу месяца. Или к концу года. — Мисс Редмейн деликатно помолчала. — Хотя не исключено, что процесс окажется необратимым.

— Что? — пораженно воскликнул Фиц. — Но это же невероятно! Речь идет о годах жизни! Разве могут они раствориться в воздухе?

Доктор заговорила мягким, почти извиняющимся тоном:

— К сожалению, подобное нередко случалось и случается, и медикам еще предстоит изучить механизм серьезного нарушения. А о лечении данного патологического состояния речь пока вообще не идет. — Она посмотрела на Милли. — Леди Фицхью, не проводите ли меня к больной?

Фиц в отчаянии запустил пальцы в волосы.

— Не могу представить, что память ее покинула навсегда. Нам с Венецией еще повезло — оба сохранились хотя бы в детском представлении, но ты и Милли…

— Милли особенно жалко. Они ведь были близкими подругами.

— Да, но ты…

Гастингс в безысходности пожал плечами. Что здесь скажешь? Особого взаимопонимания между ним и Хеленой, конечно, не существовало, но стать ей совсем чужим?

— Приляг отдохни, Дэвид, — посоветовал Фиц. — Ты спал меньше всех нас.

— Все равно не усну. — Гастингс чувствовал себя так, будто выпил несколько галлонов крепчайшего кофе. — Подожду здесь, вместе с тобой.

Что значит несколько минут ожидания после трех дней?

И долгих лет.

Мисс Редмейн оказалась хорошенькой, элегантно одетой, чрезвычайно компетентной и уверенной в собственном профессионализме особой примерно одного с Хеленой возраста.

— Леди Гастингс, ваши брат и супруг рассказали, что вы страдаете серьезным расстройством памяти.

Хелена не сразу поняла, что обращение «леди Гастингс» относится к ней. Значит, ее муж — лорд Гастингс. Муж. Одно лишь звучание этого слова сковывало дыхание. Разве можно быть женой того, о ком ровным счетом ничего не знаешь?

— Когда я очнулась, — начала она, пытаясь говорить внятно и убедительно, — то увидела в комнате несколько человек, однако узнала лишь двоих — брата и сестру.

— А из тех, кого не узнали, с кем знакомы дольше всего?

— По словам близких, с лордом Гастингсом. — Она так и не смогла назвать его своим мужем.

Мисс Редмейн повернулась к Венеции.

— Не могли бы вы, ваша светлость, напомнить, когда они познакомились?

— Летом, вскоре после того, как леди Гастингс исполнилось четырнадцать лет. Лорд Гастингс приехал в гости в Хэмптон-Хаус, наше поместье в…

— В Оксфордшире, — подсказала Хелена, радуясь, что кое-какие подробности все-таки помнит.

— А каково ваше последнее воспоминание? — продолжала расспрашивать мисс Редмейн.

— Рождество после смерти мамы.

Хелена обожала мать и тяжело переживала утрату. Венеция и Фиц изо всех сил стремились вырвать сестру из депрессии и упорно рассказывали анекдот за анекдотом, пытаясь вызвать хотя бы слабую улыбку.

— А уже через несколько месяцев ты познакомилась с лордом Гастингсом, — подсказала Венеция. — Как жаль: не дотянула совсем немного.

Хелене очень хотелось его вспомнить. Исчезнувшие тринадцать лет жизни тоже не мешало бы восстановить как можно скорее, но в первую очередь, конечно, необходимо вернуть образ мужа. Невыносимо оставаться женой незнакомого человека.

— Прошу вас, скажите, что провалы в памяти — это не навсегда.

— Не могу ничего обещать, — покачала головой мисс Редмейн. — Амнезия — состояние необычное и малоисследованное. Как правило, возникает в результате более серьезных травм, чем ваша.