Богатая и любимая - Елена Зыкова

Сотоцкая помолчала и убежденно проговорила:

— Дарья погубит дело.

— Почему это?

— Фирму создали и тянули к успеху два таких матерых волка, как Владимир Муратов и вы. А что собой представляет Дарья?

— Я же ей и помогу.

— Юрий Васильевич, простите меня за хамство, но необходимо взглянуть правде в глаза. Вы больной человек. Годы неминуемо дают себя знать. Дай бог вам подняться на ноги. Но и в этом случае работать с прежней активностью вы не сможете. Извините еще раз, я говорю жестко только в интересах фирмы.

— Ну что ж, — врастяжку после паузы произнес Дорохов. — Откровенно сказано. И даже, пожалуй, честно. Значит, поддержать Дарью у меня сил не хватит, а сидеть чучелом в кресле президента я вполне смогу? Так?

От неприятного ответа Сотоцкую спасла Мария Афанасьевна, доставившая кофе на подносе.

— Спасибо, Мария Афанасьевна. — Сотоцкая взяла чашку, сделала несколько глотков и сменила тему: — Грустно, что холдинг уже восемь месяцев находится в состоянии стагнации. Люди начинают искать работу на стороне. Наша заведующая по рекламе Муза Кораблева уже открыто набирает заказы на телерекламу какого-то богатого банка.

— Ну и молодец. Пусть попрактикуется.

— Вы непробиваемы, Юрий Васильевич, — невесело сказала Сотоцкая. — Зря я затеяла этот разговор. Теперь вы передадите его Дарье Муратовой, и она зачислит меня во враги. А у меня такое подозрение, что в качестве врага Дарья может быть очень опасной и беспощадной.

— С какой стати такое заключение?

— Вы знаете, как она забирала у меня ключи от главного сейфа. Говорила тихо и деликатно. А глаза были змеиные! Я думала, что она меня ударит.

— Возможный вариант, — кивнул Дорохов. — Вы не учитываете, что она преподавала в провинциальной школе. Возилась с разнузданной шпаной и всякими хулиганами. Вполне вероятно, что нравы там простые и тумаки своим ученикам Даша раздавала направо и налево, не очень стесняясь. Кстати, если вы помните, то год назад и Владимир дал в морду жулику Жихареву. Да так, что сломал ему нос и выбил два зуба.

— Серьезная семейка, — процедила Сотоцкая сквозь зубы.

— А теперь договоримся так, Лидия Павловна, — мерно продолжил Дорохов. — Я ни словом не обмолвлюсь в беседах с Дашей о нашем разговоре. А вы извольте наладить с ней дружеские отношения. Иного выхода, дорогая, у вас просто нет, если вы действительно печетесь о благе холдинга. Даете честное слово, что будете нежны и послушны?

— Да, — сдавленно сказала Сотоцкая, допила в один глоток кофе и поднялась. — Простите, что я вас потревожила. Я пойду. До свиданья, Юрий Васильевич, выздоравливайте.

— Постараюсь. Всего доброго.

Ом проводил внимательным взглядом массивную фигуру Сотоцкой, пока за ней не закрылась дверь. Дорохов знал, что ее слово ничего не значит и держать его она никогда не будет. Самое страшное, если она начнет создавать коалицию противников Даши. Еще хуже, если исхитрится провести тайно и скрытно общее собрание акционеров и перетянет их на свою сторону. Тогда они без труда внесут поправки в учредительный устав и Сотоцкая со своей командой сможет изменить все что угодно. Однако возникал и другой острый вопрос: Сотоцкая ли лидер недовольных появлением Даши? Маловероятно. Если бы она была лидером атаки, то не засветилась бы с такой смелостью в данную минуту. Нет, лидер остается в тени до самого последнего момента. Лидер бьет из-за угла и чужими руками. А сам, даже в случае поражения, остается безвинной овечкой. Чтоб перестроить свои боевые порядки и возобновить атакуй уже в новом качестве.

Даше достался номер на самой верхотуре отеля — двадцать второй этаж. А Грефу — на четвертом. Он со своего балкона видел только черные горы, трубы канализации, спускавшиеся с вершин этих гор, и линию высоковольтной передачи. А Даша могла разглядеть голубой бассейн отеля внизу, горы и даже смутно темнеющие острова архипелага на самом горизонте океана.

Номер излишествами не отличался. Кровать, тумбочка, зеркало круглый столик, два кресла из пластика. Ничего другого и не полагалось владельцу туристической визы. Это обстоятельство вызвало недоумение Даши. В этой же гостинице останавливались Владимир с Ириной. И если уж Владимир еще мог смириться с отсутствием настоящего комфорта, то Ирина ни за что бы такого не потерпела. Неужели по утрам Ирина спускалась на завтрак вниз, в ресторан, к шведскому столу, а не ожидала томно в постели, когда официант прикатит ей сервированный к завтраку столик? Неужели ее устраивала укороченная ванна, в которой можно было только сидеть? Да почему они вообще оказались в этом местечке в одну улицу и два десятка домов, три десятка магазинов и ресторанчиков?

Размышления Даши прервал стук в дверь, она отозвалась, и на пороге появился энергичный молодой человек в модной панаме, шортах и с полотенцем на голых плечах.

— Здравствуйте, Дарья Дмитриевна. Я Токарев Роман, представитель туристической фирмы, в которой вы приобрели путевку. Вы хорошо долетели со своим другом Валентином Грефом?

— Вполне.

— Есть пожелания, нужна в чем-либо, вопросы?

— Мы можем заказать здесь переводчицу?

Роман хитро глянул на нее и сказал осторожно:

— Да. Можете заказать. Но это очень дорого. Русских, владеющих испанским, здесь очень мало. В день они берут сто долларов плюс их надо кормить три раза в день.

— Дороговато, но мы потянем.

— Однако есть вариант, — заговорил он совсем тихо. — Если вы сохраните в тайне наш договор, то переводчиком и гидом у вас поработаю я. Двадцать долларов в сутки. Плюс я на машине. Джип «Тойота» в вашем распоряжении.

— Договорились. Но почему это надо проделывать тайно?

— Все предельно просто. Всем нужна работа. Я, как агент, обслуживаю прибывающих. А переводчик — это другая сфера деятельности, и я не имею права туда соваться. Возить вас по городу имею право. Работать переводчиком — мне копыта переломают. Когда мне предстать пред ваши светлые очи?

— Сегодня мы передохнем. Завтра, скажем, в десять. Устроит?

— Устроило бы вас, а меня все устроит за двадцать баксов. — Он уже взялся за дверную ручку, но вдруг остановился. — В конце прошлого года я встречал господина Муратова, кажется, Владимира. С женой Ириной. Это не ваш родственник?

— Силы небесные! — завопила Даша. — Мы приехали искать здесь его следы! Я его сестра.

— Здесь все знают эту историю. Они погибли в океане.

— И никаких следов не обнаружили?

— Абсолютно.

— Часто здесь пропадают суда таким манером?

— Это океан. А не Можайское водохранилище.

— Ясно. Чем здесь занимался брат?

— Насколько я в курсе дела, он однажды уплывал на юг на рыбалку. Они ездили в пиратскую деревню. Дважды ходили в океанариум. Но потом…

Роман смутился и примолк.

— Ну смелей, что