Он. Она. Другая - Лия Султан

— Почему?

— Да как-то не сложилось, — хмыкнул Нариман. — Работы много, дел всяких. А может, не встретил еще своего человека. Хотя лет мне уже много.

Интересно, много — это сколько? На сорок уже точно не тянет.

— Можно я дам вам совет? Вы, конечно, вправе им не воспользоваться, потому что кто я такая, чтобы раздавать советы? Но… — наши взгляды снова встретились.

— А давайте. Даже интересно, — подбадривает мужчина.

— Женитесь по любви, а не потому что от вас этого требуют родители, общество, традиции. Вот когда найдете своего человека, родственную душу, девушку, от которой у вас сердце будет биться часто-часто, — прикладываю руку к груди, — так, что вы не сможете спать, есть и прочее. Просто дождитесь любви. Большой, светлой, а главное — ответной. Потому что жить без нее в браке невозможно, это убивает. Уж поверьте моему горькому опыту. Хорошие люди должны быть счастливы. А вы хороший человек.

— Откуда вы знаете? Может, я плохой? — легкая усмешка пробежала по его губам.

Пожимаю плечам, тоже усмехаюсь, опускаю глаза, а потом снова поднимаю их и вижу, что Нариман смотрит на меня пристально в ожидании ответа.

— Нехороший человек не возился бы с незнакомой, истеричной женщиной на грани нервного срыва. И не желал бы ей счастья.

Он смотрит на меня и так неловко вдруг, что приходится потупить глаза. Каждый думает о своем. Но когда он открывает рот, чтобы что-то сказать, боковым зрением замечаю, как на нас движется машина, ослепляя ярким светом фар.

Так и хочется крикнуть, как в фильме: "Едууут!" А как вы думаете, Нариман уже запал на Сабину, или просто помог и хорошо? Предлагаю вам послушать очень красивый саундтрек к главе. Я в восторге от этой песни https:// /ru/blogs/post/580046

Глава 17. Где мой дом?

Таир

Едва я ступил на родную землю и включил телефон, как на меня начали сыпаться сообщения о пропущенных звонках. И большинство — из родительского дома. Набрал отцу, но он ожидаемо не ответил. А вот мама взяла практически сразу же, будто чувствовала и была наготове.

— Апа, вы звонили. Что-то случилось? — обеспокоенно спрашиваю, надеясь, что они с отцом в порядке.

— Балам, ты прилетел? Ты в Алматы? — убитым голосом интересуется мама.

— Вот только пять минут назад. Что с голосом?

— Балам, — в отчаянии сокрушается она. — Сабина ушла из дома и забрала с собой Нафису.

Останавливаюсь на полпути к аэропортовскому паркингу, где оставил машину, и сильно сжимаю ручку чемодана.

— Куда увезла?

— К сестре. Они теперь будут жить с ней, в родительской квартире. Она сказала, что в понедельник подаст на развод, — обреченно вздыхает мама. — Отец злой. Требует, чтобы ты приехал. Поговорить хочет.

— Хорошо, — стискиваю зубы до скрежета. — Я еду.

Что же ты делаешь, Сабина? Почему не дождалась меня?

Забираю машину с паркинга, выезжаю с территории аэропорта и встав на светофоре, набираю по громкой связи Элину. Через несколько секунд салон наполняется ее мелодичным, счастливым голосом.

— Любимый, привет! Прилетел уже?! — ласково спрашивает Эля.

— Несколько минут назад.

— А я все думала, звонить-не звонить. Не хотела отвлекать.

— Ты никогда не отвлекаешь, Эль.

Она начинает звонко смеяться, а меня раздирают противоречивые чувства. Любовь к одной, вина — к другой.

— Мы с Аланчиком соскучились по тебе очень. Ждем тебя дома. Я приготовила ужин.

— Малыш, я задержусь. Не знаю насколько.

— Почемууу? — разочарованно тянет Эля. — Ты в офис что ли? Ты же только прилетел!

— Нет, не в офис. Родители звонили, вызывают на ковер, — выдерживаю паузу. Не хотел ей говорить причину, но видимо придется, чтоб не накручивала себя. — Сабина с дочкой выписались из больницы и ушли из дома.

Она ничего на это не отвечает. Я лишь слышу, как на заднем плане лопочет что-то сын.

— Почему молчишь? — не выдержав, спрашиваю первым.

— А что мне сказать? — как-то устало отзывается она. — Тебе не кажется, что твоя жена будет и дальше манипулировать ребенком, лишь бы вернуть тебя? Или насолить.

В этот момент меня подрезает иномарка и я ударю по тормозам, а потом со всей силы нажимаю на сигнал и матерюсь.

— Таир, что у тебя там? — беспокоится Элина.

— Нормально все, — заявляю твердо. — Эль, так больше не говори. Сабина никогда не будет манипулировать дочкой.

— Хорошо, милый, как скажешь, — слышу, что обиделась из-за того, что был резок.

— Малыш, просто дай мне время разобраться и решить все проблемы. С Сабиной, с родителями, с семьей.

— Конечно, любимый. Ты же знаешь, я всегда буду рядом, — она становится легкой и мягкой. — И кстати, знаешь, мне очень нравится, как ты меня теперь называешь.

— Как? — улыбаюсь я, представив сейчас ее лицо.

- “Малыш”, - томный голос стреляет в самое сердце. — Называй так почаще.

— Хорошо, — тихо смеюсь я.

— Буду ждать тебя дома, родной.

Дом. А где теперь мой дом? Читал как-то, что он там, где сердце. А оно сейчас с Элиной и Аланом. И даже родовое гнездо больше не кажется мне тихой гаванью. Разговор с родителями снова закончился большим скандалом. Нет, отец не ударил меня, но его слова били больнее оплеух. Особенно после того, как я признался, что никогда не любил Сабину и женился на ней, потому что так хотели родители.

— Это была моя ошибка. Я думал женюсь потому что должен, потому что так надо. Вы же этого хотели.

— Ты… — негодует папа. — Ты…нас с матерью теперь обвиняешь? Мы этого хотели? Тебя кто-то гнал? Тебя женили насильно?

— Нет. Но каждый раз эти разговоры дома. Вечные “смотрины”, которые устраивала мне мама. Я сделал тогда то, к чему вы меня подталкивали. Поторопился. Потому что потом я встретил ее и понял, что значит любить по-настоящему.

— Идиот! Как я в тебе ошибся! Я гордился тобой. А оказывается, здесь нечем гордится. Если ты ее не любил, зачем тогда женился? Сам к нам пришел, сказал посылать сватов к ее родителям! Аллах! — отец садится и хватается за голову. — Всевышний уберег их от позора, но обрушил его на наши головы.

— Балам, ты несешь ответственность за жену и дочь. Ты должен сохранить брак. Эта женщина…она знала, что ты женат?

— Апа, ну какая разница? Она здесь ни при чем!

— Как ни при чем? — теперь уже мама повышает голос. — Если ты не сказал ей про жену, это одно дело, а если она знала, — совсем другое. Потому что женщина не должна лезть в чужую семью. А она, я так понимаю, знала, если вы вместе работали. И ребёнок!