Излечи мою душу - Кэрри Лейтон

– Что ты делаешь? – задыхаясь, прошептала я.

– Доказываю, что ты ошибаешься.

Он встал так, что наши лица оказались на одном уровне. От его взгляда у меня подкосились ноги: он был уверенный, властный, страстный. Потом губы Томаса осторожно приблизились к моим, и сердце забилось еще быстрее. От страха или от желания?

В шаге от поцелуя нас прервали. Раздался звонок телефона. Моего телефона. Он привел меня в чувство. Дрожащей рукой я достала гаджет из кармана джинсов – звонил Трэвис. Голова тут же прояснилась.

Боже… Что я делаю?

Я виновато и растерянно уставилась на Томаса. Он выглядел совершенно спокойным, пока не увидел, кто нам помешал. Выражение его лица вмиг изменилось: стало холодным и отрешенным. Как вчера.

Томас шагнул назад и взъерошил рукой свои волосы.

– Ванесса, твои глаза самые красивые, когда улыбаются.

После этой фразы он ушел. Я же еще некоторое время в оцепенении смотрела в пустоту – туда, где только что находился Томас.

Чтобы прийти в себя, я прислонилась затылком к стене и закрыла глаза. Пропиликал телефон: снова Трэвис. Но я снова не стала отвечать. Меня переполняло смятение и раздирало чувство вины: как можно было снова оказаться в миллиметре от губ Томаса?

Я потерла лицо, вздохнула и потрясла головой, прогоняя воспоминания о его прикосновениях, горящих глазах, теле, прижимающемся ко мне. Нельзя позволить Томасу завладеть моими мыслями, разрушить то, что я строила годами. Прочь. Прочь. Прочь.

Кое-как справившись с чувствами, я разблокировала телефон и написала Трэвису сообщение:

Я: Встретимся у входа на мой факультет.

Через десять минут Трэвис был на месте. Мы пошли в сад, чтобы затеряться среди деревьев и оказаться подальше от посторонних глаз и ушей.

– Знаю, что ты сейчас закатишь истерику, но прежде выслушай, – Трэвис сжал мои ладони. – Утром я психанул. Первая игра, отец, спонсоры…

Угрызения совести не дали мне разозлиться на него.

– Знаю, – спокойно согласилась я.

– Кроме того, меня сводит с ума эта история с Коллинзом. Выставляешь меня лжецом, но это не я тебя обманываю, Несси. Может, я и сволочь, но не лжец.

Слова Трэвиса были как пощечина. Совесть снова заныла.

– Хочешь знать, почему я его так ненавижу? Потому что услышал как-то в раздевалке его непристойные разговоры о Тиффани. И его сестра такая же. Им обоим нравится переворачивать чужие жизни с ног на голову.

– Погоди-ка… о Тиффани? Это… это абсурд. А Лейла… она… кажется милой девушкой.

– Они умеют очаровывать. Вот почему я хочу, чтобы ты не приближалась ни к нему, ни к ней. Посмотри: они заставили нас поссориться.

А ведь точно. С тех пор как в моей жизни появился Томас, все пошло наперекосяк.

– Ты говоришь правду, Трэвис? – спросила я с подозрением.

– Конечно, – ответил он, глядя мне прямо в глаза.

Меня все еще одолевали сомнения, но я все же решила довериться Трэвису: он бы не стал так нагло врать. А вот я… Никогда еще не чувствовала себя настолько грязной.

– Хорошо, я тебе верю, – вздохнула я.

Трэвис обнял меня и поцеловал. Я не возражала. Пообедать договорились в кафетерии. Я – с Алексом и Тиффани, Трэвис – с товарищами по команде.

Кампус заполонили студенты в зеленых толстовках – значит, приехали «Утки».

Друзья расположились в задней части зала. Я отправилась к ним, стараясь не смотреть на игроков команды-соперника, но один из парней – высокий, загорелый и темноволосый – подмигнул мне и улыбнулся. Это смутило меня настолько, что я споткнулась о сумку возле их столика.

Боже! Как стыдно! Щеки опалило жаром, и я поспешила к друзьям. Не понимаю, что происходит в последнее время. Почему вдруг меня все стали замечать? Что во мне изменилось?

Со вздохом облегчения я уселась рядом с Тиффани. Алекс изучающе на меня посмотрел.

– Что с тобой? Выглядишь измученной, – он сжал мою руку.

С чего бы начать ответ на этот вопрос?

– Утром поссорилась с Трэвисом.

– Опять? – вздохнул Алекс.

Я кивнула и положила голову на плечо Тиффани.

– Мы уже прояснили ситуацию, но не знаю… Я так устала. Неделя выдалась сложная, – пробормотала я расстроенно.

– Ты знаешь, как я отношусь к Трэвису, и знаешь, что заслуживаешь лучшего, – сказал Алекс.

– Дело в том, что иногда… я в этом не уверена, – я взяла чипсы с тарелки Алекса, пока он ошарашенно на меня смотрел.

– В смысле? В чем ты не уверена?

– Не знаю, Алекс. Может, я все это заслужила? Ведь сама позволяю ему так неуважительно ко мне относиться и каждый раз прощаю.

– Нет. Он пользуется твоей добротой, и это как раз неправильно, – возмутился он.

– Алекс прав, – вмешалась Тиффани. – Трэвис мой брат, но на твоем месте я бы давно его бросила.

– Вы же знаете, что он у меня первый… и единственный, – прошептала я. – Не могу себя представить с кем-то другим. Не знаю, как обнимать кого-то, кроме него. Иногда мне кажется, что без Трэвиса я была бы одинока: никто бы не захотел тратить время на такую, как я.

От этого признания мне стало стыдно, а вот Тиффани искренне удивилась.

– Ванесса, ты бредишь.

– Зачем кому-то быть со мной, если все то же самое легко найти в любой другой девушке, гораздо красивее, умнее и опытнее меня?

– Ты же это не всерьез? – в один голос воскликнули друзья.

– Очень даже. Во мне нет ничего особенного. Совсем. Я неинтересная серая мышь, помешанная на учебе, – я прикусила ноготь на большом пальце.

– Ты видела себя со стороны? – возмутился Алекс. – Как парень, могу тебя заверить: ты ошибаешься.

Я закатила глаза.

– Речь не про формы, Алекс. Они не делают меня лучше других, а лишь притягивают похотливые взгляды.

– Послушай меня, – перебила Тиффани. – У тебя не просто классная попка, Несси. Ты вся прекрасна! Внутри и снаружи. Ты самый милый, самый чувствительный человек, которого я знаю. Ты заботишься о других, стараешься никого не обидеть, всегда видишь хорошее в людях. Ты не помешана на внешности и остаешься собой даже в нестандартных ситуациях. Подумай, какая нужна сила характера, чтобы оставаться собой в обществе, которое стремится сделать нас всех одинаковыми. – Тиффани глотнула сок. – Ты терпишь моего брата два года. Два года! Тебе нужно дать медаль только за это. И когда я говорю, что мой брат тебя не заслуживает, поверь: я говорю это искренне. Он постоянно ведет себя как придурок, чтобы показать свое превосходство, а ты просто всегда рядом. Не бойся узнать, кто ты без него. Я абсолютно уверена: ты засияешь