Тысяча и один день - Рената Тревор

— С пакгаузом? А я думала, что ты открываешь какие-то учебные курсы.

— Так и есть. Когда-нибудь я привезу тебя сюда на экскурсию. Компания у меня пока небольшая, но вполне функциональная. Или будет такой, когда на следующей неделе откроется первый учебный класс.

— На следующей неделе? У тебя быстро получается!

Вспомнив, что первый же день их знакомства завершился страстным поцелуем в кухне, он не мог не согласиться. Наступила еще одна пауза, и Говард улыбнулся, догадываясь, что женщина могла подумать о том же.

— Когда мне что-то хочется, я стараюсь делать так, чтобы на пути было поменьше препятствий.

Внезапная сухость во рту заставила ее откашляться.

— Видимо, эти дни ты был занят. Да и сегодня наверняка трудился изо всех сил. Вероятно, мне не следовало звонить.

— Ты тоже работала, — перебил ее Говард, выруливая с места стоянки. — Я хочу увидеть тебя, Синди. Веришь, когда я услышал гром, то сразу же решил позвонить тебе. Проблема заключается в том, что ты не выходишь у меня из головы. Так что говори свой адрес и жди, — попросил он, взглянув сквозь лобовое стекло кабины на то, как вспышка в очередной раз озаряет небо.

Ладони были мокрыми, но это не имело ничего общего с летней грозой, бушующей за окнами. На душе у Синди было тревожно. Итак, она позвонила ему, и он вот-вот приедет. У Пэтти будет теперь повод гордиться своей подругой.

Звонок в дверь заставил Синди вздрогнуть. Только сейчас до нее дошло, что она до сих пор не сняла медицинский халат, ее волосы скреплены пластмассовыми шпильками, чтобы было удобно надевать колпак, а про макияж можно вообще не вспоминать. Синди скорчила недовольную гримасу, когда поймала свое отражение в зеркале. Да уж, он только на нее взглянет, и ему сразу захочется выпить крепкого кофе, подумалось ей.

— Синди?

Оконные стекла задребезжали от раската грома, и она вздрогнула. Говард находился совсем рядом, по ту сторону двери.

Дрожащими пальцами женщина вытащила из гнезда металлическую цепочку и повернула ключ. Боже правый, Говард показался ей даже еще более привлекательным, чем в пошлый раз. Да, она знала, что у него внушительные габариты, но сейчас он заполнял собой дверной проем, был мокрый, а сквозь рубашку проступало мускулистое тело. И невозможно было укрыться от магического взгляда его голубых глаз.

— Привет, — едва выговорила она.

— Здравствуй, — ответил он немного охрипшим голосом.

— Нашел-таки меня!

Гость усмехнулся и по-военному ответил:

— Так точно, мэм.

— Ты так быстро приехал, что у меня даже не было времени переодеться. Я лишь недавно вернулась с дополнительного дежурства и…

Он засмеялся, показав на себя.

— Едва ли тебе стоит оправдываться. Я выгляжу похлеще.

Да, но таким ты мне кажешься еще более сексуальным, подумала Синди.

— Входи же, — сказала она, открывая дверь пошире и жестом приглашая его войти. Но когда тот переступил порог, оказалось, что им вдвоем слишком мало места в коридоре.

Он остановился, задержав женщину в проеме двери.

— Ты сейчас вся вымокнешь.

О Боже, поскорей бы, неистово подумала Синди и сказала:

— Ничего страшного.

— Мне все-таки следовало сначала заехать в гостиницу и переодеться, — попытался оправдаться Говард, но тут же, признавшись, добавил: — Хотя я так спешил, что решил нигде по пути не останавливаться.

— Да… — рассеянно произнесла она, — спешил.

Синди была ошеломлена тем, что он находится рядом и может коснуться ее. Дотронься же до меня, приказала она ему мысленно.

А он, словно услышав этот приказ, провел мокрым пальцем по ее щеке. И женщина вздрогнула, почувствовав, как у нее разом перехватило дыхание.

— Я скучал по тебе, — тихо проговорил Говард. Медленно, одну за другой, он начал вынимать заколки из ее волос и в конце концов распустил их. — Мне не следовало ждать так долго. Я изголодался по тебе.

— Изголодался… — рассеянно, ничего не соображая, пробормотала Синди и, повинуясь внезапному чувству, запрокинула голову и раскрыла губы.

Этот поцелуй оказался еще более страстным, чем тот, первый, на кухне у Пэт. Говард не стал торопить события, как того отчаянно желала она, а целовал ее медленно и долго.

— Подожди, с тебя нужно снять мокрую одежду, — с трудом проговорила она, оторвавшись от его губ, чтобы перевести дыхание.

— Представь себе, я подумал о том же, — ответил он, стараясь не прислоняться к ней, что каким-то таинственным образом лишь накаляло атмосферу и возбуждало обоих еще больше. — Я мог бы съездить и переодеться.

— Мог бы! — иронично повторила она. — Не разыгрывай меня!

И втянула его в квартиру. Он засмеялся и обнял ее крепко, пяткой закрыв за собой дверь.

— Но ты промокнешь.

— Уже промокла. Ну и что?

Он застонал и поцеловал ее в шею, еще сильнее обняв.

— Синди…

— Неужели это я? — прошептала она, прислушиваясь к стуку своего сердца. — Разве могла я раньше представить такое?

Он ласково посмотрел на нее и улыбнулся.

— Да, это ты, стоишь и обнимаешь меня, — проговорил он, легонько прикусив кончик ее уха, а потом опять целуя ее губы и закрытые глаза, отчего она шумно выдохнула и еще сильнее прильнула к нему. — Может быть, сделаем перерыв на чашечку кофе? По твоему особому рецепту?

— Ни в коем случае… — Синди отчаянно замотала головой, не желая делать ничего, что могло бы отдалить их друг от друга хоть на миг.

— А не нужно ли нам остановиться по какой-нибудь другой причине?

Женщина широко открыла глаза и пристально посмотрела на него. Желание и страсть, которые читались в его взгляде, снова вызвали в ней сладостную дрожь. Но ее очень тронула проявленная им забота. Если она ответит утвердительно и не станет объяснять причину, он, как истинный джентльмен, наверняка не будет принуждать ее. Но ей не хотелось останавливаться. Конечно, такое поведение шло вразрез с ее обычными принципами, но, когда рядом был Говард, все получалось иначе.

— Нет, — страстно прошептала Синди. — Не надо останавливаться. — Она потянула его за рубашку. — Сними это.

— Расстегни, — попросил он тихо.

Синди нащупала пуговицы и неловкими торопливыми движениями пальцев начала расстегивать их. Его поцелуи только усложняли ей задачу.

Приложив немалые усилия, она потянула с мужчины намокшую рубашку, но ткань на мощных бицепсах собралась в складки, и лишь вмешательство самого Говарда помогло, наконец избавиться от нее. Синди положила руки на его грудь, чувствуя, что не в силах сопротивляться близости его тела.