Жена другого - Люда Вэйд

Здесь, рядом с ним, сейчас, мне спокойно и хорошо. Хочется остаться…

Я встаю и подхожу к Мише, заставляя отвлечься от чистки фруктов. Закидываю в рот сочный кусочек персика и с наслаждением жую. Он смотрит на меня. От его взгляда лёгкое тепло разливается по всему телу, от кончиков пальцев до макушки. Я поднимаюсь на носочки, кладу руки ему на плечи, прижимаюсь всем телом и обнимаю за шею.

Моё лицо на его груди, и я чувствую вибрации за ней: как, ускоряясь, несётся кровь по венам, как колотится в нетерпении сердце и как сбивчиво и прерывисто становится его дыхание. Мне всё знакомо. Словно знаю его всю жизнь, и сейчас происходит закономерное продолжение наших отношений. Осознание этого потрясает и придаёт уверенности. Прижимаюсь ещё сильнее. Вот так.

И я начинаю отдавать себе отчёт в том, что одними обнимашками дело может и не ограничиться. Рядом со мной мужчина. И меня так заводит это понимание.

– Что с тобой, Ангелина? – спрашивает Миша. В его голосе я улавливаю нотки беспокойства, и это ещё больше располагает меня к нему.

– Почему ты не обнимаешь меня?

Его руки разведены в стороны. В одной по-прежнему зажат нож, в другой – несчастный персик уже сочится сладким соком.

Он подталкивает меня ближе к столешнице и кладёт на неё нож. Бумажным полотенцем тщательно вытирает руки, а потом, опираясь на ладони, заключает меня в кольцо. Мои руки всё ещё обвивают его шею, но он не обнимает в ответ.

– Зачем ты приехала, м? – его тон серьёзный и назидательный.

Смотрит мне прямо в глаза.

– К тебе.

– Зачем? – настойчиво давит он.

Напугать хочет. Не поддамся.

– Ты не рад? Или не хочешь меня?

Уф-ф, какая же я смелая. Ну а как он хотел? Просто поцеловать и ничего не объяснить?

– Ангелин… – устало выдыхая, запрокидывает голову, а я прячу лицо у него на груди.

– Поцелуй ещё.

– Ангелина! – выдаёт он хрипло, сквозь стиснутые зубы, и пытается оторвать мои руки от себя.

– Мне понравилось, – тихо произношу я и смотрю на него с вызовом, не позволяю ему отстраниться.

Наши взгляды врезаются друг в друга, и в следующую секунду он одним движением усаживает меня на столешницу. От неожиданности я вскрикиваю, смеясь своей реакции. Мне совсем не страшно, хотя в его расширенных зрачках вновь вспыхивают несвойственные ему в обычной жизни злость и голод.

– Понравилось? – переспрашивает он меня зловещим шепотом. – Хочешь ещё?

Я лишь молча киваю и, не успев произнести ни слова, чувствую его язык у себя во рту.

Он, как и в прошлый раз, зарывается пальцами в мои волосы, надавливая на затылок, надёжно фиксирует голову, не давая возможности пошевелиться. Жадно терзает мои губы, сминает и засасывает их. Его нетерпеливый язык толкается всё глубже, сплетаясь с моим и проходясь по небу.

Я задыхаюсь, мне больше не до смеха. Молнии пронзают моё тело, концентрируя силу внизу живота. Я хочу свести ноги вместе, но получается лишь развести их ещё шире. А Миша, практически держа меня на весу, приподнимает и насаживает на себя. Я чувствую, какой он твёрдый там, куда прижимается моя промежность. Его рука в вырезе сарафана стискивает ягодицу, я стону.

Внезапно он останавливается.

– Достаточно? – выдавливает задыхаясь. – Убегай!

– Не хочу, – также задыхаясь, отвечаю и притягиваю его ближе к себе. Не хочу. Не хочу! Пусть всё будет.

– Чёрт, – ругается он и снова жадно впивается в мои губы. Дико засасывает их, до боли. Но пугать меня поздно.

Я уже почувствовала, что свирепый зверь внутри него мне под силу, более того – нуждается во мне. Миша с отчаянием и так обречённо смотрит, что эта мысль сама собой приходит мне на ум.

Его язык снова у меня во рту, а руки двигаются по всему телу. Схватившись за его шею, я послушно подставляюсь под его торопливые ласки.

– Убегай! – твердит он, спускаясь поцелуями по моей шее, и лижет её так, что отнимаются ноги и хочется стонать. И я стону. Боже, какой кайф, я хочу ещё!

– Беги от меня… – сипит его голос.

Я мотаю головой из стороны в сторону. Нет! Не уйду.

Я чувствую себя взрослой и невероятно сексуальной. И мне безумно нравится это ощущение.

В моей самой интимной точке неистовая пульсация и тонны влаги. Такое со мной впервые! Что теперь делать со всем этим?

Миша подхватывает меня на руки, снимает со столешницы и несёт на разложенный диван. Одним движением сбрасывает покрывало и, уложив меня, нависает сверху. Я вижу его лицо, на нём столько эмоций, что мне трудно отделить одну от другой.

У него такое красивое лицо… Я нежно провожу по нему кончиками пальцев.

В этой части комнаты слабый свет, он бликами доносится от лампочек из кухни. Красиво. Идеально. Ничего больше и не нужно.

Глава 26

Михаил

– У тебя последний шанс уйти, Ангел, – рычу угрожающе. Я должен ей сказать, остановить. Хотя бы попытаться.

– Нет…

– Уходи!

Ангелина качает головой из стороны в сторону.

– Я сдерживаться не буду.

– Не сдерживайся, – шепчет возбуждённо. – Только Миша…

– Что?

– Будь осторожен, я ещё… – замолкает, застыв взглядом в моих глазах. Договариваю про себя начатую ею фразу, чувствуя внутреннее ликование.

– Я знаю, – отвечаю как можно спокойнее, целуя в губы.

Честно говоря, её смелость в какой-то момент поставила меня в тупик. Подумал, что у неё уже был кто-то. Не здесь, а там, за границей, во время её бесконечных поездок, когда я сходил с ума от ревности здесь. Сам писал и звонил ей по пустяковым вопросам, под предлогом важных дел. И был на седьмом небе от счастья, когда оказывался ей нужен на том конце Земли, чтобы подсказать, во сколько отходит теплоход от пристани, или записать на экскурсию по Риму.

Её недомужа я почему-то не брал в расчёт. Нет с ним никаких отношений. Только бизнес.

Не было у неё никого. Ко мне пришла.

Не остановлюсь. Не смогу.

Моя будет. По крайней мере, здесь и сейчас. Со мной в моей берлоге. Подо мной на моём вечно разложенном диване.