Красивый. Наглый. Бессердечный - 2 - Кира Туманова

- Лидия, заверните, хорошо?

Понятливая горничная тут же исчезает с вазочкой и через минуту появляется снова с пакетом.

- Давай мам, хорошо тебе добраться. – Машу ей с порога.

Ёжась от свежего ветерка, запахиваю поглубже халатик с буквой R. Взгляд невольно падает на старенькие часики, и я взвизгиваю.

Ужас! Я же опоздаю!

На ходу срываю старенький ремешок и кладу часы на стол. Надо будет по дороге новые купить. А то неудобно, у меня сегодня несколько встреч, и платье с рукавом на три четверти.

Глава 22.

Старый мельник, умирая, оставил мельницу, осла и кота... («Кот в сапогах»)

Кир

Старенький «Ниссан», взятый в аренду, выдаёт неравномерные рыки глушителя.

Нда, это не рев двигателей Мазератти. Но в кои-то веки чувствую драйв!

- Холдин аут фо э хирооо... Напеваю, постукивая по рулю.

Хватит киснуть, Кир!

Музычка стара, как и машина, но впервые за последние дни моё настроение показывает положительную динамику. Управляемая моей волей тачка двигается туда, где осталась последняя ниточка, связывающая меня со старым маразматом.

Сейчас перегрызу её, как пуповину, зубами, и всё! Свобода! Я уже точно никто и звать меня никак!

Гуляй, Кир. Могу хоть фамилию сменить.

Кирилл Ромашин, а что? Не хрен на мне свои манипуляшки тестировать.

Ржу, заглушая музыку, представляя, как все ошалеют. Арина Рейгис с ума сойдёт, её мамаша, тоже Ромашина, на секундочку, поднимет визг до небес. А папаша просто в гробу перевернётся.

Сейчас я даже благодарен Гематогенычу за то, что вынудил меня поехать. Мне нужно было что-то такое, чтобы меня вздёрнуло, переключило.

Дорога меня будоражит.

Ну и пусть я пока, как хер в стакане.

Зато впервые чувствую желание сменить скорее этот сраный арендованный «Ниссан» на что-то более приличное. На то, к чему я привык.

Я уже что-то чувствую и чего-то хочу, а это уже немало!

Блин, вернусь пораньше, сразу сниму этот офис. И вечером поеду отмечать в бар! Или в клуб! Или не знаю... Хочется жизни, людей, эмоций!

Познакомлюсь с какой-нибудь девчонкой. Еще у троих возьму телефоны... На будущее.

А будущее у меня будет.

Оказывается, мне это нужно было! Практически пустая утренняя дорога, попса из колонок и ощущение, что скоро всё изменится!

Всё будет зашибись. Драйв невероятный просто! Чувствую, что горы сверну нахер. И всё начнётся с сегодняшнего дня.

Ща вернусь, и все! Сделаю всё, как надо!

У меня же вся жизнь впереди. И я свободен! Я молод, умен, с образованием и опытом!

- Холдин аут фо э хирооо... Йу-хууу!

***

- Кирилл Станиславович, рад вас видеть!

Гематогенович оказывается обычным мужиком в мятом пиджаке. Проплешины, небольшое пузико, грустные уставшие глаза и мохнатые брови домиком. Такой занюханный интеллигент.

От одного его вида становится грустно.

Мне неудобно спрашивать ещё раз, как его зовут. Не Гематогеныч же к нему обращаться? У него и так вид, будто вот-вот заплачет.

Поэтому молча киваю и пожимаю протянутую вялую руку.

- Вы сказали, нужно что-то подписать...

Давай скорее, и я угоню. В новую жизнь, пока не протух в этом сраном городишке.

- Да, пойдёмте.

Шагает вперед, мелко семеня короткими ножками. Перебрасываю наискосок через плечо сумку с документами, чтоб не мешалась, и шагаю следом. Оглядываюсь по сторонам.

«Фарма Фьюжн» занимает отдельно стоящее здание в небольшом закрытом городе. Для небольшого фармацевтического предприятия с малой численностью, двухэтажный приличный домик – вполне даже неплох.

На хрена такие площади? Я думал, там пара кабинетов, в одном бухгалтерия, в другом какие-то химики с колбами. Или чем они там занимаются.

- Это в собственности фирмы здание?

- А? – Гематогеныч приостанавливается, смотрит на меня. – Почти. Вы же видели документы, статус закрытого города не позволяет выкупать помещение в собственность, мы тут можно сказать просто арендуем на веки вечные. – Улыбается. – Очень удобно.

Стыдно признаться, я не смотрел документы. Профнепрегоден, как юрист, но мне противно смотреть на всё, что связано с моим папочкой.

А, даже и смотрел бы. Что толку? Продать не могу, подарить тоже. Ничего не могу ещё десять лет. Поэтому я и не сильно вникал в тонкости владения своим наследством. Какая разница.

- Давайте я вам покажу нашу лабораторию.

Ай, бляха! Давайте, не надо! Я ещё хочу домой, у меня дела и туса в планах!

- Нет, не надо. – Строго сообщаю. - Вы сказали надо документы подписать. Давайте уже сделаем всё быстренько.

- И ещё нужно вам вещи передать.

- Да, я так и не понял, почему нельзя почтой...

Не слушая меня, Гематогеныч распахивает дверь лаборатории. Не понял что ли, что мне начхать на имущество. Но из любопытства заглядываю.

Там болтается пара людей в белых халатах, стоит неплохое IT оборудование, какие-то стеллажи, холодильники. Никаких колб и печей. Я себе нафантазировал что-то вроде конуры средневекового алхимика, где мужики крафтят препараты от прыщей или мозолей.

Один сотрудник стоит у окна и стоя, прямо на подоконнике заполняет бумаги. Даже не поворачивается, когда мы заходим. Второй сидит за компьютером.

- Как дела, Коля?

- Всё хорошо Глеб Германович. – Молодой Коля отвлекается от созерцания монитора и с подозрением смотрит на меня. – Вы зайдите к ней, сами увидите.

Ага, Глеб Германович, значит. Оке...

- Это Рейгис-младший, - представляет меня Гематогеныч.

Я морщусь. Во-первых, потому что в третьем лице о присутствующих не говорят, во-вторых, у меня имя есть.

- Да я понял уж. – Коля привстаёт и протягивает мне руку через монитор.

- Кирилл, - называю себя. – Глеб Германович мне любезно проводит экскурсию. Я очень рад.

Думаю, по моей кривой ухмылке Коля видит, как я рад. Просто лучусь от счастья.

- Да я понял уж. – Коля падает на своё место и снова утыкается в монитор. – Её из процедурной в палату отвели. – Это он сообщает Гематогенычу.

А мне хочется перегнуться и заглянуть в монитор беспардонному Коле со скудным словарным запасом. Что он там смотрит, у него на экране камеры что ли? О ком говорит, вообще?

- Пойдёмте, - тороплю своего провожатого. – Не будем людей отвлекать.

Почему-то всё происходит не совсем так, как я рассчитывал. Я ожидал, что меня встретят, чуть ли не на крыльце я подпишу документы о передаче власти. А мне отдадут коробку с фотографиями