Ведьма для ректора-оборотня - Майя Мур

Он отхлебнул кофе, поставил чашку на стол и потянулся к телефону. Надо позвонить Марку и отчитаться о первых успехах. Младший братец, как всегда, дал дельный совет.

Эйфория вчерашнего вечера жгла его кровь, как крепкий виски. Дела спорились, будто подчиняясь незримой магии: бумаги сами ложились в папки, встречи проходили гладко, а посетители, привыкшие к его ледяной сдержанности, уходили ошарашенные его внезапной готовностью шутить и даже… улыбаться.

Ровно в пять, как по расписанию, в кабинет впорхнул Максим, секретарь с вечно встревоженным взглядом. В руках он сжимал расписание, но вместо дежурной фразы о графике выпалил:

— Вы слышали про Анну Петровну? Студенты только о ней и трещат!

Загорский медленно поднял глаза от документов, пальцы непроизвольно сжали ручку. Голос он выдавил ровный, будто выточенный из гранита:

— И что же они так яро обсуждают?

— Студенты после ее пар выглядят так, будто дрались с троллями в подземелье! — Максим заговорщически пригнулся, словно боялся, что новая преподавательница подслушает. — Сегодня она устроила им адский квест: первокурсники отрабатывали заклятья на домовых и оборотней, вторые курсы — усмиряли мантикору-подростка, а старшекурсники… — он закатил глаза, — их она загнала в симуляцию нашествия теневых эльфов! Все еле ноги унесли, но… — секретарь замялся, — вроде довольны. Говорят, «круче, чем дуэли в Академии Темных Искусств».

Загорский прикусил губу, чтобы не вырвался смех. Волк внутри него рычал от гордости — его Анна, та самая, что вчера доверила ему свои тайны, сегодня превратила рутинные пары в эпичные сражения. Но внешне он лишь хмыкнул, откинувшись в кресле:

— Господин Юсупов не терпит халтуры. Если его рекомендация оправдала ожидания, тем лучше для факультета.

Максим, не заметив, как уголки рта ректора дрогнули, кивнул и выскользнул из кабинета. Александр же потянулся к телефону. Набрал номер, который знал наизусть.

— Марк, — прошептал он, глядя в окно, где закат окрашивал небо в цвет пламени, — твой совет… сработал.

Анна

Звонок прозвенел, последний студент покинул аудиторию, и Анна облокотилась о преподавательский стол, позволяя себе редкую улыбку. Сегодняшние пары проходили как по маслу. Даже слишком. Иван Иванович подготовил студентов на славу: первокурсники ловко ставили щиты против иллюзий домовых, а третьекурсники отработали комбинации против мантикоры так, будто сами были оборотнями. Она, конечно, не церемонилась — подкинула в испытания адреналина, раздвинув границы учебного плана. Месяц простоя? Пустяки. Их результаты были… достойными.

Обеденный перерыв Анна использовала стратегически. Не просто для того, чтобы заглушить голод — в столовой преподавателей витали слухи плотнее, чем дым от заклинаний в алхимической лаборатории. Коллеги, словно стая пестрых птиц, заполонили кафе, заняв привычный длинный стол у окна. Анна скользнула на стул рядом с Игорем Михайловичем, своим бывшим деканом, чья борода теперь седая, а глаза всё так же пронзительны. Официант-эльф с серебряным подносом мелькнул между столиками, и через мгновение перед ней уже стоял салат с тигровыми креветками, дымящийся куриный стейк с булгуром — блюдо, которое она заказывала здесь ещё студенткой.

— Ну, Анна Петровна, — Игорь Михайлович прищурился, разливая по бокалам вишнёвый морс, — как ощущения в новой роли? Не жалеете, что согласились на замену нашего упрямца Шмидта?

Она аккуратно подцепила вилкой креветку, давая себе время. Взгляды коллег, осторожные и оценивающие, скользили по ней.

— О, я в восторге! — ее голос зазвучал сладковато, как мёд с перцем. — Ваши студенты — просто бриллианты. Иван Иванович, видимо, их так отшлифовал, что даже мои… эксперименты не смогли их существенно потрепать. Обязательно передам ему комплимент.

Тишина за столом дрогнула. Кто-то крякнул, кто-то заерзал. Марта Дмитриевна не выдержала первой:

— Говорят, первокурсники после ваших занятий еле доползли до общежитий.

Анна медленно подняла бокал с водой. Лед звенел, как хрустальные колокольчики.

— Доползли? — её брови изящно взметнулись. — Марта Дмитриевна, они вернулись со своего первого серьезного поля боя. Победителями. — Она сделала глоток, давая словам осесть. — Магическая защита — не танцы под волшебную флейту. Это грань между жизнью и гибелью. Сегодня они научились держать удар. Завтра — спасут чью-то жизнь.

За столом повисло молчание. Игорь Михайлович вдруг рассмеялся — низко, глухо, как бык в горах.

— Точно! Помню, ты и сама на третьем курсе проекцию теневого эльфа голыми руками придушила. Все тогда ахали.

* * *

Последний звонок прозвучал глухо, будто сквозь вату. Анна провела ладонью по холодной поверхности преподавательского стола, чувствуя, как под пальцами оживают резные руны — древние защитные символы, выжженные в дубе ещё основателями академии. Четвёртый курс. Те самые, о ком предупреждал Загорский. Она приготовила для них не испытания — ловушку.

Студенты вошли нестройной группой, и воздух в кабинете сразу загустел. Анна не стала включать свет — только магические шары под потолком, отбрасывающие мерцающие тени на стены с портретами бывших деканов. Трое. Две девушки с одинаково тусклыми глазами, будто кто-то выжег в них искры, и парень, чьи пальцы нервно перебирали прядь волос, окрашенную в ядовито-синий — цвет, который тускнел с каждым его шагом, словно краска растворялась в серости ауры.

Испытание началось с тишины. Анна наблюдала, как первокурсники сегодня визжали от ужаса, смешанного с восторгом, сталкиваясь с иллюзиями, но здесь… Заклинания вспыхивали вяло, щиты трескались при первом же ударе. Девушка с каре цвета пепла попыталась отразить атаку мантикоры — её барьер рассыпался в пыль, и Анна едва успела вогнать клинок магического света между когтей чудовища.

— Концентрация! — рявкнула она, впервые за день повысив голос. Волосы взметнулись в статике её силы. — Вы защищаете не себя — тех, кто за вами!

Парень с синей прядью метнул огненный шар. Он пролетел мимо цели, врезался в портрет основателя и… исчез, не оставив даже копоти. Как будто магия гасла в них, — мелькнуло в голове у Анны. Она сжала кулаки, чувствуя, как по спине бегут мурашки — не от страха, от гнева. Их магия была в порядке, но вот жизненные силы из ниж будто высосали.

Когда шары погасли, а иллюзорные твари растворились, в кабинете пахло горелым миндалём — знаком распада заклятий. Анна подошла к троице, её каблуки стучали, как маятник.

— Сегодня в 16:00, — сказала она, касаясь пальцем виска девушки с каре. Холод. Мёртвый, неестественный холод. — Мой кабинет. Без