Порочный контракт - Анна Олеговна Ковалева

— Знаешь, он и мне ведь очень помог. Когда мой Олег наворотил дел. — продолжила Валя.

— Олег — это ваш сын?

— Да. — вздохнула она. — Я ж его сама растила. Муж бросил нас, когда ему и пяти лет не было. Усвистал с концами, забыв и о ребенке, и об алиментах. После этого я и сумела по знакомству попасть в дом Горецких. Надо же было как-то выживать. Олежик сначала жил у моей матери, пока я работала, а потом Дмитрий Николаевич разрешил ему жить здесь со мной. Стасу была компания, они в детстве много играли. Дмитрий Николаевич по просьбе сына и учебу Олегу оплатил. И на работу помог устроиться. А тот возьми и пойди по кривой дорожке. Связался с какими-то уродами, начал играть по — крупному. Посещал какие-то подпольные казино. Много проигрывал, брал взаймы и проигрывал снова. В итоге так глубоко попал, что если бы Стас не помог расплатиться с долгами, то поминай Олега как звали. Прикопали бы где-нибудь в лесу.

По телу пробежала нервная дрожь. Ужасная ситуация, конечно. Особенно для матери. Теперь понятно ее отношение к Стасу. За спасение сына Горецкого-младшего она будет боготворить. Как бы он ни поступал по отношению к другим, для нее Стас будет героем.

— А что с Олегом сейчас? — рискнула все же спросить.

— Все хорошо. — улыбнулась она. — Много работал с психологом, избавляясь от зависимости, потом вернулся в нормальную жизнь. Открыл небольшую компанию по ремонту компьютеров, телефонов и прочего оборудования. Девушку завел наконец-то. Теперь жду когда порадуют новостями о свадьбе. Внуков уж очень хочется.

— Я рада за вас. Надеюсь, вы скоро с ними понянчитесь. — я не кривила душой. Валентине я желала добра.

— А я надеюсь, что Стас все же одумается. И вы решите ваши с ним проблемы.

— Спасибо на добром слове, — я поднялась из-за стола и начала убирать грязную посуду в посудомоечную машину. — Но не все можно решить и исправить. В моей ситуации так точно. Так что давайте все же оставим эту тему.

Я действительно не хотела по пятому кругу мусолить одно и тоже. Для меня Станислав Горецкий совсем другой человек. Не тот, каким его знает и считает Валентина. И это восприятие уже ничто не изменит.

Глава 18

Утром Валентина меня даже близко не подпустила к домашним делам. Буквально выгнала из кухни тряпками с наказом отдыхать и наслаждаться прекрасной погодой в свой день рождения.

Спорить не хотелось. Мои свободные деньки неумолимо подходили к концу и я уже начинала нервничать.

Завтра вернется Стас я снова стану игрушкой для этого властного мужчины. Обязанной беспрекословно выполнять каждое его желание. А после этих дней передышки мне придется заново привыкать к послушанию. И как-то выкинуть из головы будущую жену Горецкого.

Не думать о том, что он пришел ко мне из чужой постели, о том, что трогал, целовал и ласкал другую женщину. Иначе меня просто стошнит.

Чтобы хоть как-то отвлечься от дурных мыслей весь день посвятила целиком себе. Гуляла по двору, плавала в бассейне до полного изнеможения, смотрела интересные сериалы, одну серию за другой.

Уже ближе к вечеру в комнату постучалась Валя и попросила спуститься в малую гостиную.

— Стол уже накрыт, так что иди быстрее, пока не остыло. И одень какое-нибудь красивое платье.

— Зачем? — рассмеялась я. — Для кого мне наряжаться?

— Для себя, милая. — совсем по-матерински улыбнулась она мне. — Наряжаться нужно для себя. Чтобы чувствовать себя красивой и счастливой. Так что давай одевайся. Подними себе настроение. Да и мне тоже.

— Ладно, уговорили, — не стала спорить я. Действительно, почему бы и не порадовать себя? Надоело уже тосковать в свой день рождения.

Немного поразмышляв, решила не трогать те платья, что купил Стас. Все же они предназначены для выхода в свет и для хмм… исполнения желаний «хозяина», а не для скромных домашних посиделок на две персоны.

Вместо этого сняла с вешалки свое летнее платье цвета пыльной розы, которое привезла из общежития. Пусть и не такое роскошное как покупки Горецкого, но оно отлично на мне сидело, подчеркивая фигуру и цвет лица. Я его купила буквально за неделю до того, как моя жизнь покатилась кувырком. Даже выгулять никуда не успела.

Что ж, сегодня, повод более чем подходящий.

А вот косметикой пришлось воспользоваться той, что мне привезли по заказу Стаса. Большую корзину доставили еще два дня назад. Я даже застыла на минуту, когда ее увидела, потому что создавалось впечатление, что Горецкий скупил полмагазина. Да не какую попало косметику, а самую брендовую. На одни духи от Анны Гранж я бы копила полгода. А тут столько всего, что сразу разбежались глаза.

Так что я быстро нанесла легкий макияж и, побрызгав на себя духами, в приподнятом настроении спустилась вниз. В гостиной меня ждал самый настоящий сюрприз.

Помимо аппетитных мясных блюд, горячего, напитков и салатов, на столе стоял торт с надписью «С Днем Рождения». К одному из стульев была привязана связка воздушных шаров с праздничными надписями. А чуть поодаль, в большом напольном вазоне красовался букет алых роз.

Наверное, это глупо, но на глаза сами собой навернулись слезы. Я такого даже в детстве не видела. В носу подозрительно засвербело, а в груди начало ныть.

— Ну чего ты, милая? — тут же всполошилась Валя. — Неужели не понравилось?

— Что вы, — тут же улыбнулась я, проморгавшись и смахнув с ресниц просочившуюся влагу. — Наоборот, слишком сильно понравилось.

Не сдержавшись, подошла и обняла женщину. От всей души говоря таким образом ей спасибо. Мне очень нужна была эта капелька доброты и заботы. Пожилая женщина смутилась, но ей явно была приятная моя благодарность. Я чувствовала.

— Так, все, живо за стол, — она буквально усадила меня, отметив при этом: — Красивое платье, Юленька. Мне нравится. Тебе очень идет.

— Спасибо. — поудобнее усевшись, потянула к себе тарелку с сочным стейком. — И приятного аппетита.

В целом мы провели очень приятный вечер. Валя под конец ужина даже свечи достала и воткнула их в торт. И заставила их задувать. Я минут десять пыталась отвертеться, а потом все же сдалась.

Желание я могла загадать только одно. Чтобы мои передряги наконец закончились и я смогла вернуться к прежней жизни. Что я и сделала, собственно.

Когда затухла последняя свеча, неожиданно для самой себя рассмеялась. По-простому, без наигранности и натянутости. Если честно, уже давно не помнила, когда смеялась вот так, весело и искренне. Особенно в свой День Рождения.

А