Яблоко для Адама - Элен Кэнди

Он отряхнул с плеч снег и зашел внутрь помещения.

Все было настолько родным, что Алекс не захотел продолжать прогулку без цели и сел за первый столик.

На небольшой сцене играл джаз-банд. Алекс заказал бокал красного вина и, облокотившись на левую руку, начал слушать музыку.

— Правда, сегодня прекрасная погода? — Ева села обратно в такси. — Отвезите меня в джаз-бар возле центральной площади.

Водитель кивнул и завел машину.

Подъехав к бару, Ева расплатилась и вышла из такси. Подойдя к двери клуба, она ощутила, что сердце ее замерло на миг.

Что же я делаю? Что за помутнение рассудка? Я без пяти минут замужем, а ищу встреч с бывшим любовником! Нет, я просто хочу послушать джаз… — нашла себе оправдание Ева и, открыв тяжелые двери, зашла внутрь.

Все было по-прежнему: небольшой холл с гардеробной, несколько ступенек, ведущих в зал, в котором был приглушен свет. Оттуда слышалась музыка.

Ева сняла шубку и не спеша поднялась по лестнице. Встав у колонны, она оглядела присутствующих в зале, и сердце ее забилось с бешеной скоростью…

Алекс следил за игрой саксофона. В уме он прописывал новые комбинации нот для следующей композиции. Поставив пустой бокал на стол, Алекс начал искать глазами официанта…

Но в один миг все потеряло для него значение. Ему стал не нужен официант, не нужен джаз, по-прежнему звучавший со сцены, и даже самолет, который вылетает через два часа…

Он смотрел на нее и не знал, что ему делать. Отвернуться? Равнодушно поздороваться? А может, крепко обнять и признаться в чувствах, которые только усилились со временем?

Алекс не долго сидел в растерянности. Он встал из-за стола и направился к Еве.

Как я хочу броситься к нему на шею, как я хочу сказать, что до сих пор люблю его. Господи, зачем что-то говорить, если и так все ясно без слов? — думала Ева.

Он подошел к ней близко-близко. Она была не в силах отвести взгляда от его теперь уже серых глаз.

Ева не могла молчать, ей так много хотелось ему рассказать! И у Алекса слова рвались прямо из сердца… Ева молчала, и Алекс тоже.

Он смотрел на ее губы, которые теперь не имел права целовать, он увидел ее измученные, уставшие глаза, в которых когда-то вспыхивали яркие озорные огоньки…

— Ева… — выговорил он и крепко прижал ее к груди.

Алекс почувствовал сладковатый аромат до боли знакомых духов.

Она здесь, она рядом… со мной — других мыслей у него сейчас не было. Ни одной.

Ева обвила его шею руками и закрыла глаза, на которые наворачивались слезы.

Как же я тебя люблю. Какая я глупая, что ушла от тебя к Эрику. Прости, любимый, прости… — мысленно проговаривала она.

Алекс посмотрел на нее и улыбнулся.

— Я так рад тебя видеть. Давай присядем. — Он нежно, как когда-то, взял ее за руку и повел к своему столику.

— Ты не представляешь… Я тоже тебя рада видеть, правда… — Ева не могла отвести от него глаз.

— Вина? — спросил Алекс и позвал официантку.

— Есть что отметить, — улыбнулась Ева.

Ей так захотелось взять его за руку, сжать его пальцы, но она сдержала себя.

— Как дела в личной жизни? — стараясь говорить равнодушно, спросил Алекс. — Я слышал, что ты выходишь замуж весной.

Ева опустила глаза.

— Если честно, я думаю, что это поспешное решение. Эрик даже не спросил, согласна я или нет. — Ева поставила бокал на столик. — А ты как? У тебя есть невеста?

Алекс рассмеялся и поправил галстук.

— Слава богу, нет. Я теперь все свободное время уделяю работе. Так ты его любишь? — неожиданно спросил Алекс и серьезно на нее взглянул.

— Зачем ты начинаешь? — взмолилась Ева. — Прошу, не стоит…

— Мне необходимо знать ответ на этот вопрос, скажи, ты его любишь? — Алекс прикусил нижнюю губу.

— Нет, — ответила Ева. — И никогда не любила.

— А ты вообще кого-нибудь любила? — завелся Алекс. — Меня ты любила?

— Любила и сейчас люблю. Я всегда тебя любить буду! — сквозь слезы проговорила Ева, пытаясь перекричать громкую музыку.

Алекс прикусил кулак. Он не знал, куда деть нахлынувшие на него эмоции. Он резко пододвинул свой стул к Еве, обхватил ее руками, словно боясь, что она исчезнет, и впился в ее нежные губы. Этот поцелуй был самым долгожданным, самым страстным в его жизни… Казалось, что все вокруг замерло.

Родные горячие губы, запах ее духов, нежные тонкие пальчики, скользившие по его шее…

— Я люблю тебя больше жизни. Люблю и любить буду, — шепнул он и посмотрел в ее карие глаза.

Еще с полчаса Алекс рассказывал Еве о взлете своей карьеры, о его песне, которая стала хитом, о том, как специально не перекрасил стену в спальне, как один смотрел на заходящее солнце там, на висящем мосту в «Воронке»… Он говорил, что их расставания могло бы не быть, если бы не та ссора из-за краски, если бы Ева не поехала к новой клиентке, которая поработила ее своими прихотями… Все было бы по-другому, все бы было намного лучше…

— Я вылетаю через полчаса. Мне нужно ехать в аэропорт, — сказал Алекс и ласково обнял Еву.

Они стояли у входа в бар. Одинокий фонарь, как софит, освещал их лица. Снег кружился и плавно опускался на золотые кудри Евы, на широкие плечи Алекса.

— Когда ты приедешь? — с волнением спросила она, положив руки ему на плечи.

— Не знаю…

Он посмотрел на ее губы и потянулся за поцелуем. Долгий, нежный поцелуй показался обоим прощальным… Ева не хотела в это верить.

— Ты ведь вернешься? Ты не останешься в Вашингтоне, ведь так? — Она провела рукой по его щеке. — Ответь, Алекс. Скажи мне правду.

Алекс улыбнулся и поцеловал ее тонкие пальчики.

— Скажи, для чего мне возвращаться? — спросил он и коснулся золотых локонов Евы.

— Я буду тебя ждать! — воскликнула она. — Я всегда буду тебя ждать!

— Разве ты уйдешь от Эрика? Или ты предлагаешь мне стать твоим любовником? — засмеялся Алекс.

Ева знала ответ, она знала его давно, но только не решалась говорить об этом ни Лоре, ни маме, никому.

— Я люблю тебя, поэтому буду с тобой… Я постараюсь вернуть все, что у нас было раньше. Прости меня за все, любимый! — Она бросилась ему на шею и горько заплакала. — Я готова все отдать, чтобы вернуться, чтобы начать все заново.

Алекс погладил ее по голове.

— Прости, дорогая, мне нужно в аэропорт… — Он поцеловал ее в обе щеки, еще раз внимательно посмотрел ей в глаза, как будто стараясь их запомнить навсегда, и быстрым шагом направился в сторону площади, чтобы поймать такси.