Воспитанная принцем вампиров - Дарси Фэйтон

Натаниэль потянулся к её клитору, медленно поглаживая его пальцами, и Кира застонала ему в ладонь, пока он продолжал трахать её глубже в грязь, не обращая внимания ни на её дрожь, ни на то, какой грязной она себя чувствовала.

Боль и удовольствие накатывали волнами, одна за другой, а Натаниэль будто намеренно вёл её через каждую из них, всё ближе к краю.

Пока она наконец не сорвалась.

Оргазм ударил резко и жестоко, ослепляя вспышкой белого света. Кира задрожала всем телом, кончая ему в руку и бессвязно постанывая, пока удовольствие не прокатилось через неё горячими пульсирующими волнами.

После этого на неё опустилось вязкое, оглушённое спокойствие.

Но Натаниэль не остановился.

Минута.

Потом ещё одна.

И Кира постепенно начала понимать, что он всё ещё не кончил.

Он продолжал двигаться внутри неё медленно и размеренно, словно собирался трахать её до самого рассвета.

Потом Натаниэль убрал руку с её рта и клитора и выпрямился, подтягивая её за бёдра ближе к себе, чтобы входить ещё глубже.

Слишком глубоко.

Он был слишком большим, а её тело уже дрожало от напряжения и изнеможения.

Но Натаниэль игнорировал её жалобные всхлипы, а его низкие стоны прокатывались по её телу вибрацией.

— Натаниэль, — выдохнула она дрожащим голосом, зависнув где-то между остатками одного оргазма и приближением следующего.

— Назови своё имя. Скажи мне, кто ты.

— Шлюха, — выдавила она между рваными вдохами.

— Чья шлюха?

— Т-твоя.

Он резко остановился.

— Неправильно.

И снова резко вошёл в неё, так глубоко и сильно, что у Киры потемнело перед глазами.

Он удержал её на месте, позволяя прочувствовать всю тяжесть своего тела и грубую силу его члена, растягивающего её до болезненного предела.

— Попробуй ещё раз.

Он полностью вышел из неё.

— Кому ты принадлежишь?

Наверное, он решил, что ослышался.

— Т-тебе, — задыхаясь, прошептала она, пока его член тяжело упирался ей между ягодиц. — Я принадлежу тебе.

Натаниэль снова вбился в неё.

Жёстко.

Без предупреждения.

Кира вскрикнула и зажмурилась, чувствуя новый удар его слишком большого члена.

— Неправильно. Попробуй снова.

Всё внутри Киры похолодело.

Она поняла, какое имя он хотел услышать.

И потому крепко стиснула зубы.

Но её молчание встретили новыми грубыми толчками. Всё тело дрожало от каждого удара его бёдер, а под ней уже давно была не земля, а холодная мокрая грязь.

— Ответь мне, питомец.

Кира мотнула головой.

Нет.

Она не скажет этого.

Ни за что.

Но где-то глубоко внутри уже снова нарастало болезненное желание разрядки.

Словно почувствовав это, Натаниэль замедлился. Его пальцы скользнули между её ног, начиная медленно ласкать её, пока он продолжал размеренно двигаться в её заднице, заставляя чувствовать каждый толчок, каждый сантиметр своего члена.

Он никуда не спешил.

Будто у них действительно было всё время мира.

— Мы не закончим, пока ты не скажешь это, шлюха.

Его голос звучал спокойно.

Слишком спокойно.

— Так что будь хорошей девочкой и скажи мне… Кому. Ты. Принадлежишь?

Каждое слово сопровождалось новым глубоким толчком.

Кира тяжело дышала, из последних сил пытаясь держаться, пока Натаниэль медленно подталкивал её всё ближе к оргазму.

И именно в тот момент, когда она почти сорвалась, он убрал руку.

Паника пронзила её мгновенно.

Кира беспомощно дёрнула бёдрами, жалобно скуля в поисках его прикосновения.

— Скажи это, — тихо потребовал он, продолжая медленно трахать её. Его бёдра и тело тяжело двигались о неё при каждом толчке. — Это важно. Это основа твоего обучения. Основа твоего будущего. Скажи мне, кому ты принадлежишь.

Его пальцы зависли над её клитором, едва касаясь влажной кожи.

Кира дрожащим голосом выдохнула ответ.

— Я не слышу тебя, питомец.

Она сглотнула.

— Хенрику.

Что-то внутри неё надломилось.

— Я принадлежу твоему отцу.

— Правильно, — тихо сказал Натаниэль.

Но в его голосе не было ни удовлетворения, ни победы.

Только усталое смирение.

Он прижал её голову ниже и подтянул её к себе за бёдра, входя ещё глубже.

— Принадлежишь.

Его пальцы скользнули по её клитору.

Всего одно прикосновение.

И всё её тело снова вспыхнуло от напряжения.

— А теперь последняя часть наказания.

Его голос снова стал холодным.

— Ты примешь мой член молча. И когда я кончу, ты примешь моё семя, как хорошая маленькая шлюха. Но сама ты не кончишь.

Кира почувствовала, как внутри всё оборвалось.

Почти-оргазм начал медленно угасать, оставляя после себя мучительное напряжение.

— Нет, — вскрикнула она, пока Натаниэль снова начал трахать её быстро и жёстко.

Они оба тяжело дышали.

Он был чудовищем.

Тираном.

И всё равно именно он был нужен ей сейчас больше всего.

— Пожалуйста, сэр… я так близко.

Она отчаянно нуждалась в его прикосновениях.

Когда Кира попыталась дотронуться до себя сама, Натаниэль тут же перехватил её запястья и сильнее вжал в землю.

— Я наполню тебя, — хрипло прошипел он ей в шею. — До последней капли. Так что будь хорошей шлюхой и прими это правильно.

Его стоны становились всё громче.

Каждый грубый толчок обжигал её изнутри.

А потом Натаниэль сорвался.

Его тело дёрнулось, когда он кончил в неё сорванным стоном, заполняя её горячими толчками спермы.

— Вот так… принимай.

Он продолжал двигаться внутри неё, пока сперма медленно вытекала из неё вниз, пачкая её кожу и землю под ними.

Кира закричала от отчаяния, умоляя дать ей кончить, но Натаниэль только крепче удерживал её за запястья.

Он прижимал её к земле всем своим телом, тяжело дыша ей в шею, пока последние волны его оргазма прокатывались через него.

Постепенно его движения начали замедляться.

Потом он наконец замер.

— Пожалуйста, — сорвалось у Киры шёпотом. — Пожалуйста… я так близко.

Натаниэль поцеловал её в шею и медленно провёл пальцами между её ног, заставляя её тело дрожать от болезненного желания.

Он держал её на самой грани.

Не позволяя сорваться.

И всё это время оставался внутри неё.

Даже когда снова затвердел.

И снова начал трахать её уже под холодным светом наступающего рассвета.

Было странно спокойно лежать на Кире прямо на холодной лесной земле, всё ещё глубоко внутри неё. Лес медленно просыпался: между деревьями щебетали птицы, где-то шуршали листья. Солнце уже поднималось, и тусклый утренний свет пробивался сквозь кроны, окрашивая лес в холодные серые тона.

Кира была тёплой под ним. Её дыхание наконец выровнялось после того, как он во второй раз грубо взял её сзади. Его член