Три свидания - Натали Андерсон

Время шло, но Итан не появлялся. Солнце зашло, а Надя так и сидела на стуле.

Наконец запиликал телефон: пришло сообщение. Она знала, что в нем. Итан не набрался смелости, чтобы поговорить с ней. На глаза навернулись слезы, и Надя обрадовалась, что Меган все еще нет дома и она не видит этого кошмара.

Как она могла быть такой дурочкой!

Итан писал, что задержался на работе и опоздал на самолет. Сейчас он садится на следующий рейс и приедет, если не будет слишком поздно.

Надя не верила ему. Он просто не хотел ее видеть. Это она заставила его пообещать ей новое свидание, а он пытается избежать встречи с ней.

Итан пытался забыть Надю. Он выполнил условие сделки, у них было три свидания. Теперь он свободен и может подумать о чем-нибудь другом. А он не мог, как не мог смотреть на других женщин. Он загрузил себя работой, но и на ней у него не получалось сосредоточиться.

Итан проверил телефон: по-прежнему нет ответа. Ему не хотелось звонить, потому что Надя наверняка не в настроении с ним разговаривать. Ему было неприятно так обижать ее. Его раздражало, что все так запуталось, но ему необходимо было увидеть ее снова.

Он мог думать только о Наде. Только ее он хотел. Поэтому он извинится лично. Но в ближайшие часы это его не спасет. Он набрал еще один номер.

— Полли, окажи мне услугу. Очень прошу. Отправь самые лучшие цветы Наде.

— О, Итан… — протянула его сестра. — Она нам очень понравилась.

Итан сжал зубы:

— Мне тоже. Поэтому пошли ей букет. И напиши на карточке «Мне жаль».

— Жаль чего?

— Не твое дело. Отправь их сейчас же.

— Значит, вы не расстались?

— Расстанемся, если ты не сделаешь этого.

— Ладно.

Услышав звонок в дверь, Надя пошла открывать. Проходя мимо зеркала, она взглянула на свое отражение и ужаснулась — лицо бледное, глаза заплаканные… Впрочем, какая разница.

За дверью стоял курьер. Он протянул Наде огромный букет цветов.

Она молча взяла его и захлопнула дверь. На карточке красивым шрифтом было напечатано: «Мне жаль».

Надя швырнула цветы на стол и разорвала записку. Как он смог достать их в такой поздний час? Флористы уже не работают. Значит, он все запланировал заранее. Все это было подстроено. Это она предложила четвертое свидание. А он привязал ее к себе и бросил, как всех прочих девушек.

Надя вновь посмотрела на цветы: красивые, пышные, но она ненавидела их. Прощальный букет. Как и писали девочки на форуме.

Надя смахнула слезы и шмыгнула носом. Почему же она ожидала другого? Ей же было почти жаль его: она пыталась понять, почему он избегает отношений, душевной близости, конфликтов. Она думала, что поняла его, встретившись с его семьей. Но теперь он посмеялся над ее доверчивостью. Итан действительно оказался бесчувственным мерзавцем. А теперь он еще и смеялся над ней.

Ей надо было как-то занять себя. Разговор со счастливой Меган не поможет. Никто не должен знать, какая же она дура, но ей хотелось с кем-нибудь поделиться.

Надя зашла на сайт и нашла почтовые адреса женщин, писавших про Итана. Ей хотелось в личной переписке обсудить произошедшее. Она будет смеяться над ним, оскорблять, но анонимно.

Она отправила десять писем тем девушкам с просьбой подтвердить личность. Ответа не последовало.

Поставив цветы в комнату Меган, она отправилась в душ, после чего влезла в футболку с логотипом сайта и шортики. Спать она не собиралась. Проверив еще раз почту, она решила посмотреть фильм.

Вино и ужастики — фестиваль трупов, страшная музыка и злые-злые монстры. Она посмотрит все серии «Кошмаров на улице Вязов». В детстве они с братом посмотрели множество ужастиков, и она привыкла к ним. Теперь они ей нравились. Что может быть хуже и страшнее реальной жизни. А еще она сделает себе острый-преострый ужин, чтобы вкусовые рецепторы тоже пришли в ужас.

Когда началась третья серия, в дверь снова позвонили.

Слишком поздно для цветов, да и для прочих разносчиков.

Надя остановила фильм, уговаривая себя не бояться.

Если сейчас и два часа ночи, это не значит, что за дверью стоит монстр с ножами вместо пальцев.

Она приоткрыла дверь и сразу же распахнула полностью.

— Что ты здесь делаешь? — На Надю нахлынули эмоции: радость, недоверие, удовольствие и неуверенность.

— Я только что приехал в Гатуик.

— Ты правда опоздал на самолет?

— Ты не поверила? — Итан уронил сумку на пол. — Я так и знал. Поэтому попросил Полли прислать тебе цветы. Но ты не ответила.

— Я решила, раз ты в самолете, то сообщение не дойдет.

— Нет. Ты просто не поверила. Или…

— Или что? Ты отправил мне прощальные цветочки!

— Там должно было быть написано «Мне жаль».

— Там написано.

Итан закрыл глаза и глубоко вздохнул.

— Видимо, я не должен был приезжать. Сейчас поздно, и мы оба обижены. — Он поднял свою сумку.

— Нет. — Оправившись от шока, Надя схватила его за руку. — Ты устал. Заходи, выпьешь чашечку кофе или еще чего-нибудь.

Ей самой хотелось этого «чего-нибудь», но Итан выглядел ужасно: небритый, с красными глазами, бледный, он едва стоял на ногах.

Он не двигался, хотя Надя со всей силой тянула его к себе.

— Ты не договорилась больше ни с кем, когда я не приехал?

— Ну как же! У меня стопка фильмов и большое ведро мороженого.

Итан вошел в квартиру, и в его усталых глазах что-то мелькнуло.

— Значит, у тебя никого нет?

— Так ты об этом переживаешь? Заехал проверить?

— Ты говорила, что не только со мной встречаешься.

— А что я должна была ответить? — Она захлопнула дверь. — У меня еще сохранилась гордость.

— Об этом я знаю. — Итан наконец улыбнулся. — А какие фильмы?

— Ужасы.

— Ненавижу их. Мне от них плохо.

— Я подержу тебя за руку, когда станет страшно.

Итан улыбнулся, но сил говорить у него почти не осталось. Он бы не приехал, но, сев в такси, назвал именно ее адрес. А теперь он здесь, так не вовремя уставший. Но ему было приятно видеть ее большие зеленые глаза, говорящие о желании и удовольствии. Диван в комнате был необычайно большим, и Итан тут же на него рухнул. Он хотел Надю, но мог едва пошевелиться.

— Я не спал, — пробормотал он.

— Все это время?

— Много работы.

И действительно, они работали как заведенные, чтобы оформить сделку. А в те короткие часы, когда он мог подремать, ворочался в постели, думая о Наде, хотя и пытался выкинуть ее из головы.