Джентльмен-дьявол - Эшли Макнамара

Изабелла откашлялась.

– Может быть, мне следует уйти? Идея была неудачной. Я даже не знаю, что…

– Ш-ш-ш… – Джордж повернулся к ней и взял ее за плечо. Тепло его пальцев проникло сквозь ткань и согрело Изабеллу. Хорошо, что на ней была шаль, прикосновение к коже дало бы, наверное, ожог. – Вам сейчас нельзя быть одной. Надо, чтобы с вами кто-нибудь побыл, пока мы будем искать Джека.

Изабелла пожала плечами, но Джордж сильнее стиснул ее плечо.

– Я чувствую, что мое присутствие нежелательно.

– Почему вы так говорите?

– Надо смотреть фактам в глаза. Признайтесь, вы ведь дружите с хозяином этого человека?

– Ну разумеется. Мы с Рэвелстоуком знакомы еще со школы.

– И хотя бы раз дворецкий оставлял вас за дверью? Он ведь знает, кто вы такой.

Джордж нахмурился.

– Конечно, ему известно, кто я. Он много лет служит в этой семье. Я мог бы спокойно войти прямо сейчас, но…

– Но не хотите из-за меня, – закончила за него Изабелла. – Вот почему нас не провели по крайней мере в холл.

Джордж опустил руку и стал смотреть куда-то вдаль – на дерево или домик смотрителя, который они миновали по пути к дому.

– Видите, другого объяснения нет, – продолжала она, – а это вы не хотите принять, чтобы не оскорбить меня. Им все известно. Стоит кому-нибудь из слуг взглянуть на меня, как они уже все знают. Тогда представьте себе, что сделают со мной местные дамы.

– Жена Рэвелстоука не такая. – Изабелла покачала головой, но Джордж продолжал: – Дайте ей шанс. Как только она услышит, что произошло, ее сердце наполнится состраданием.

– Как только она услышит, что произошло, она тут же решит, что я получила по заслугам. О, вероятно, она слишком воспитанна, чтобы сказать это вслух, но подумает именно так. И другие тоже.

– Предположив подобное, вы оскорбляете моего дорогого друга. Это невозможно.

– Неужели она такое совершенство, что способна снизойти к падшей женщине и ее незаконнорожденному сыну?

– Вам никогда не приходило в голову солгать насчет вашего положения? Сказать, что вы вдова? Никто бы не догадался.

Видит Бог, что, приехав в эту деревню, она действительно думала о такой уловке, даже пыталась скрыть свое родство с Джеком. Но врожденная гордость не позволила Изабелле прибегнуть ко лжи. Не желая признавать этого, она сменила тему:

– Зачем вы все это делаете?

Аппертон слегка покачал головой.

– Делаю – что?

– Помогаете мне. Вчера ночью – это одно, но сейчас…

– Странный вопрос, – смутился он. – Какой джентльмен способен оставить леди в беде?

Действительно, какой? Тот, кто ждет чего-то в ответ. Изабелла хотела возразить, но появление дворецкого сомкнуло ее уста.

– Лорд Бенедикт сейчас в конюшнях. Я послал за ним мальчика. Смею сказать, что вы можете подождать его в кабинете, что касается вашей протеже…

Он запнулся. Щеки Изабеллы вспыхнули.

– Это мисс Миерс, – вмешался Джордж. – Она живет в деревне.

– Нам известно о положении мисс Миерс.

Скулы на лице Джорджа окаменели.

– При вашей профессии нелепо доверять слухам. Мисс Миерс находится здесь по делу чрезвычайной важности. Или вы впустите ее в дом, или я за себя не отвечаю.

Дворецкий отступил в сторону, но глаза его сверкнули возмущенным огнем. Он явно не одобрял происходящего, но возразить не посмел, потому что и так уже позволил себе слишком много.

– Она может подождать вас в холле.

– Она пройдет со мной в кабинет Рэвелстоука. То, что мне нужно с ним обсудить, связано непосредственно с мисс Миерс. И вообще, это вас не касается ни в малейшей степени. – Джордж прошел мимо дворецкого, громко топая по паркету гессенскими сапогами.

Холл тянулся до задней стены дома. Высота его потолка достигала двенадцати футов. Но Изабелле он показался тесным и неуютным. Каменные стены как будто удерживали внутри дома сырой воздух с пролива. Девушка ощутила, как холод пробирает ее до костей.

Что за люди избрали для себя жизнь в этом каменном мешке на высоком утесе, открытом всем порывам морского ветра? Дрожь пробежала у нее по спине. Пусть хозяин этого дома и друг Джорджа, но, узнав, кто она такая, он, как и любой мужчина, станет оценивающе рассматривать ее, с особым вниманием останавливаясь на груди и не давая Изабелле забыть о своем позоре.

А его безупречная жена вынесет собственное суждение – все так поступают, – и последует предупреждение: «Однажды ты уже поддалась соблазну. Так не вздумай повторить это с моим мужем». Жены торговцев и ремесленников в деревне были достаточно жестоки. Насколько хуже с ней обойдутся дочери большого света?

– О Господи, где ты был всю ночь?

Им навстречу шел широкоплечий мужчина в бриджах и тяжелых башмаках. Его черные волосы прилипли ко лбу. Вдруг он заметил Изабеллу, окинул ее пристальным взглядом с ног до головы и остановился на лице. Как видно, оно было таким осунувшимся, что сразу привлекало внимание. Хозяин дома перевел взгляд с нее на Джорджа и обратно. Одна его бровь вопросительно приподнялась.

– А это кто бы мог быть? – Его тон был так же холоден, как и взгляд, а любопытство почти не ощущалось под фасадом привычной сдержанности. Почти, но не совсем. Скорее всего он решил, что она только что провела ночь с его другом.

– Лорд Бенедикт, это Изабелла Миерс, миссис Миерс.

Услышав эту дерзкую ложь, Изабелла едва не забыта поклониться. Она не просила об этом. Одно дело обмануть дворецкого, но друг Джорджа – совсем другое. Ей казалось, что ложь унизила ее даже больше, чем правда, ведь теперь получалось, что она провела ночь с мужчиной, будучи замужем, то есть совершила адюльтер.

– Мне кажется, я вас где-то видел, – сказал Рэвелстоук. – Ваше лицо мне знакомо.

– Я живу в деревне, милорд. Может быть, вы видели меня, когда я продавала саше и сухие букеты. Мне кажется, миледи, ваша жена, что-то у меня покупала. – Изабелла изо всех сил старалась копировать простонародную речь Бигглз и других обитателей деревни, но не знала, как долго сможет подражать им. Светская манера речи слишком глубоко укоренилась в ней.

Аппертон, прищурившись, следил за ней, но Изабелла не обращала на него внимания. Если он позволяет себе лгать без предупреждения, то и она спокойно может выдавать себя за служанку. В любом случае у служанки больше шансов остаться незамеченной, к чему и стремилась Изабелла в обществе всей этой титулованной публики. Избежать их внимания и осуждения – вот что важно.

Аппертон, откашлявшись, проговорил:

– У миссис Миерс пропал сын. Я решил просить тебя о помощи. Ты ведь влиятельный член местной общины. Да и в любом случае лишняя пара глаз не помешает.