В водоворотах жизни - Дебора Симмонз

Итак, если не Хоторн-Парк, то где? Родственников у него мало, а все друзья живут поблизости от Барто. Кит задумался, лежа в темноте: ясно, в Оукфилд им вернуться нельзя, но по дороге в Лондон есть одно место, которое поможет ему найти кое-какие ответы.

— Хироу? — позвал Кит шепотом, волнуясь, что она уже спит.

— Что? — опасливо отозвалась Хироу, ее голос даже чуть задрожал от тревоги.

Но разве можно упрекать ее за это после того, что произошло в библиотеке? С тех пор в их сугубо деловые отношения вкралась некая неловкость, и Кит поспешил объясниться:

— Я думаю остановиться в Пайктоне.

— Что?

— Мой кучер хотел встретить нас там.

— А разве он не должен был оставить карету в Барреле?

— Он убеждал меня встретиться в Пайктоне и обменяться там экипажами, но мне тогда не понравилась эта затея — не хотелось, чтобы нашу хитрость так быстро раскусили. Правда, это уже не важно, — сухо добавил Кит. — Но если его план сорвался или в Оукфилде неразбериха, он может вернуться в Пайктон, надеясь застать нас там.

Кит помолчал и посмотрел в сторону кровати Хироу, но в темноте почти ничего не разглядел.

— Он понимает больше, чем простой кучер.

— И вы тоже понимаете больше, чем сельский джентльмен.

Заявление Хироу прозвучало как обвинительное заключение, и Кит фыркнул:

— Вряд ли. Если так, мне удалось бы спасти сестру от похищения.

— Что произошло? — мягко спросила Хироу.

В тишине Кит услышал скрип в соседнем номере и приподнялся на кровати. Но этот случайный звук был лишь предлогом для его молчания. Ему сейчас не хотелось поддерживать разговор, касающийся личного, но слова как-то сами сорвались с губ.

— Это началось после смерти отца. Он и его сосед виконт Хоторн были убиты при нападении на карету. Позже мы узнали, что незадолго до этого ему прислали из имения моей тетушки партию книг, и среди них был томик Мэллори.

Кит услышал вздох Хироу, но она ничего не сказала, и Кит продолжил:

— Отец и понятия не имел о значительности этого раритета, но он знал, что виконт принадлежал к некоему новомодному обществу друидов. Молодые лендлорды рассматривали такие общества как еще один повод приятно пообщаться, но было и другое, менее невинное течение, возглавляемое неким Мэйлитом. Он давно уже искал в Оукфилде этот томик Мэллори, сводя с ума тетушку своими выходками и ночными прогулками по лабиринту. Мы-то, конечно, ничего не знали об этом. Она умерла раньше отца, а потом имение перешло ко мне.

Кит поморщился, вспомнив свои восторги по поводу этого наследства.

— Едва мы там появились, начали твориться странные вещи, но я не обращал внимания на тревоги Сид. К счастью, Барто был не так слеп, и только благодаря ему Сид осталась жива.

— Не могу поверить, что вы были так упрямы и беспечны, — сказала Хироу.

— Я все же поверил ей, когда сам Барто рассказал о своих подозрениях, — признался Кит.

— И что же затем?

— А затем Мэйлит вытащил нас из дому, одного за другим. Он знал, что никто из местных не останется в Оукфилде в ночь накануне праздника Самайн,[4]а я ничего не предпринял, чтобы удержать своих гостей. Мэйлит что-то подмешал нам в сидр, так что мы просто свалились без чувств. Барто нашел меня в канаве у дороги.

— Если ваш друг настолько умен, почему же он не остановил вас, когда вы пили?

Кит помолчал: он никогда раньше не задумывался, где тогда пребывал Барто.

— Его не было с нами.

— Возможно, ему просто повезло больше, чем вам.

— Возможно. — Но Кит понимал, что Барто не стал бы пить с ними это пойло, даже если бы и был тогда в Оукфилде. Потому что он достаточно умен для этого. Предусмотрителен. Не такой рассеянный. И Кит на мгновение вновь пережил то чувство гнева и растерянности.

— А может быть, собственные подозрения заставили его быть осмотрительнее, а поделиться с вами своими мыслями или информацией он не мог, — сказала Хироу.

Это было именно так, но Киту и самому стоило тогда повнимательнее отнестись к тому, что творилось вокруг.

— Барто спас вашу сестру?

— Нет. То есть да, — ответил Кит. — Мы оба поскакали обратно в Оукфилд, но Сид удалось поджечь большой дуб в центре лабиринта, и огонь охватил весь сад.

— Похоже, эта находчивая женщина спасла себя сама, — заметила Хироу.

— Да, но если бы я прислушался к ее словам с самого начала, она бы не оказалась там, перепуганная до смерти этими убийцами в балахонах. — И у Кита перехватило горло от страдания.

— Что же с ними стало?

— Мы думали, все они погибли в том пожаре, но теперь я не столь в этом уверен.

Эта мысль не давала ему покоя до сих пор, ведь Хироу тоже нуждалась в его защите. Он может уберечь ее от этих сумасшедших и тем самым искупить свою давнюю вину.

— Вы берете на себя чужую вину, — проронила Хироу, словно исповедовав его. — Вы растравляете свою ненависть, видно, потому, что вам не довелось встретиться лицом к лицу с теми, кто травил вашу семью.

Она, возможно, и права, но ему от этого не легче. Мэйлита не воскресишь.

— Вам, может, никогда уже не придется встретиться с ними, — сказала Хироу, словно прочитав его мысли. — Их место могут занять те, кто гонится за нами.

Кит чуть покривил губы, подумав о возможном возмездии. Он бы с удовольствием отделал тех мерзавцев, попадись они ему в руки. Как знать, может, это те же самые злодеи, его давние обидчики.

Они подъезжали к Пайктону, и Хироу внимательно смотрела по сторонам, нет ли там чего необычного. Придорожный городок волновал ее: ни к чему лишние встречи в людном месте, она не желала задержек по пути в Лондон.

Но если она откажется остановиться здесь, ей придется ехать дальше без Кита, а Хироу, в глубине души, не желала этого. Множество опасностей подстерегает таких одиноких путешественниц, переодетых в мужское платье, и Хироу не переоценивала свою изворотливость.

Да и стоит ли себя обманывать, с горечью призналась себе Хироу. Как ни крути, а ей и в самом деле трудно расстаться с Китом Марчантом. Он настолько успел завладеть всеми ее помыслами, что никакому Рэйвену и не снилось.

Хироу покраснела, припомнив то, что ей страстно хотелось забыть: ночной полумрак библиотеки и Кита, склонившегося над ней в поцелуе. Да, он застал ее врасплох: Хироу, словно зачарованная, не могла сопротивляться нежданно нахлынувшим чувствам, ее обычная осторожность сгорела в одно мгновение.