Репутация леди - Николь Берд

Она уснула, только когда наступил рассвет.

А проснулась, когда было позднее утро. Веки были тяжелыми, в глаза будто насыпали песка, и она чувствовала почти такую же усталость, как в тот момент, когда голова коснулась подушки.

Бесс оставила на умывальнике теплую воду, и Мэдди не спеша умылась.

Внизу она застала отца, тоже выглядевшего усталым, и даже Эйдриан не был таким бодрым, как всегда.

Отец оглядел сидевших за столом:

– Похоже, наша вчерашняя легкомысленная попытка повеселиться не улучшила нашего настроения.

– Думаю, мы просто разучились веселиться, пала, – печально улыбнулась Мэдди. – Я уверена, что лорд Уэллер считает нас страшными провинциалами.

– Вовсе нет, – отозвался виконт, отпив глоток чаю. – Ваши соседи дают вам шанс попрактиковаться, так что званые обеды и вечера очень скоро снова войдут у вас в привычку. – Усмехнувшись, он кивнул на кучу визиток с приглашениями, лежащих на столе рядом с Мэдди.

– Полагаю, вы правы, милорд.

Ее отец состроил гримасу, но бодро сказал:

– В таком случае у нас нет выбора, и нам придется посвятить себя удовлетворению вульгарного любопытства соседей, лорд Уэллер. Сожалею, что вам приходится в этом участвовать, но думаю, что в Лондоне дело обстоит еще хуже.

– Гораздо хуже, – согласился Эйдриан. – Однако поскольку это я виновник создавшейся ситуации, у меня нет права жаловаться. Их интересует появившийся в вашем доме незнакомец, и я уверен, что они горят желанием от души поздравить мисс Эплгейт с помолвкой.

Мэдди вспомнила, как вчера вечером на нее нападали дамы, но не стала говорить об этом отцу, чтобы не расстраивать его. Вместо того чтобы рассказать ему, что в действительности интересует дам, она улыбнулась и кивнула.

– Мы не хотим, чтобы ты так уставал, папа. Моя подруга, миссис Барлоу, предложила свои услуги в качестве сопровождающей, когда мне это понадобится, чтобы тебе не пришлось ездить с нами на все приемы. Спешу, однако, заметить, что я не намерена принимать все приглашения.

Ей показалось, что Эйдриан вздохнул с облегчением.

– Отличный план. А что вы скажете на то, чтобы съездить сегодня в город, мисс Эплгейт? – предложил он. – Погода прекрасная, и, если ваш отец позволит взять карету, мы захватим вашу подругу и совершим экскурсию в Рипон.

– Чудесно, – согласилась Мэдди. Мысль о том, что она увидит людей, которые понятия не имеют, что с ней произошло, понравилась ей. – Я пошлю Томаса за миссис Барлоу, а пока поднимусь наверх и оденусь.

Поскольку поездки за пределы деревни были крайне редки, Мэдди зашла на кухню к Бесс за списком продуктов, которые можно было купить в городе, где выбор был намного больше, чем в деревенской лавке. Потом побежала наверх, схватила шаль и шляпку поприличнее, пожалев о том, что не было времени переделать хотя бы одно из платьев матери.

К тому времени как появилась слегка запыхавшаяся и раскрасневшаяся Фелисити в скромном черном платье, в шали и в шляпке с черной лентой, Мэдди была готова.

– Ах, я так рада, что вы согласились сопровождать нас, – сказала Мэдди, когда Бесс привела вдову в гостиную.

– Моя дорогая, я в восторге от того, что вы меня попросили. Такое удовольствие выпадает редко. – Она поздоровалась с виконтом, и он ей поклонился.

Мэдди почувствовала прилив гордости за доброе сердце и отличные манеры своего жениха. Он всегда обращался с обедневшей вдовой с таким тактом, словно она была, по меньшей мере, герцогиней.

Карета была подана, и Эйдриан помог обеим дамам сесть, а сам поместился на сиденье напротив.

– Как вы провели вечер у миссис Колстоун? – поинтересовалась Фелисити.

– Было довольно приятно, – без всякого выражения отозвалась Мэдди. – У нее весьма искусный повар, которому особенно удаются соусы. Обед был выше всяких похвал.

Увидев, что виконт смотрит в окно, она немного удивилась, но промолчала.

Когда они останутся наедине, Мэдди расскажет Фелисити, что было на самом деле, а сейчас она не хотела, чтобы Эйдриану стало известно, как соседи мучили ее, несмотря на все его усилия. Как сказала миссис Колстоун, скандалисты в конце концов подавятся своими собственными лживыми слухами. Во всяком случае, Мэдди на это надеялась.

Погода была прекрасной – по голубому небу плыли легкие перистые облака, ярко светило солнце.

Спутники вели непринужденную беседу на малозначащие темы. Как это хорошо, думала Мэдди, быть среди друзей и не бояться неожиданных словесных уколов.

По приезде в Рипон они оставили карету у постоялого двора, где лошади мощи отдохнуть, а Томас – перекусить. Виконт приказал приготовить к их возвращению ленч в отдельном номере.

– Мы вернемся через пару часов, – сказал Эйдриан хозяину.

Мэдди удивилась.

– У меня с собой список продуктов, которые надо купить, если вы не возражаете против того, что я зайду в несколько магазинов, но это не займет много времени, милорд. Конечно, мы можем прогуляться и полюбоваться на витрины, но…

– Можете заходить в любые магазины, моя дорогая, – сказал виконт, – но я тоже хочу побывать в некоторых магазинах.

– Конечно. – Как глупо. Она не подумала о том, что ему надо кое-что купить. Ведь он не собирался задержаться в Йоркшире так надолго.

Мэдди нашла лимоны, прибывшие прямо с верфей Лондона, специи, которые Бесс не могла купить в деревенской лавке, и еще много чего, велела все завернуть, отвезти на постоялый двор и отдать покупки Томасу.

– А теперь, милорд, мы в вашем распоряжении. Будем ходить по вашим магазинам. – Но, спохватившись, что, возможно, ему надо купить нижнее белье или другие предметы мужского туалета, добавила: – Или мы пойдем выпить чаю, пока вы сделаете свои покупки.

Его глаза весело заблестели, будто он понял ход ее мыслей.

– Хорошо, но прежде… Я узнал адрес лучшей в городе модистки, так что еще какое-то время мне понадобится ваше присутствие.

Интересно, зачем ему нужна модистка? – удивилась Мэдди, но кивнула и взяла его под руку. Фелисити шла за ними. Обернувшись, Мэдди увидела, что ее подруга загадочно улыбается. Неужели ей известно то, о чем Мэдди даже не догадывается?

Они вошли в красивый магазин, где их встретила пугающе элегантного вида продавщица, осведомившаяся, чем она может помочь. Виконт сказал, что желает видеть модистку, мадам Александрии.

– И как мне вас представить? – ледяным тоном спросила продавщица. – Кто ее просит?

– Виконт Уэллер, его невеста мисс Эплгейт и миссис Барлоу. – Еще никогда голос Эйдриана не был таким высокомерным. Куда подевалось его обычное приятное обхождение? – удивилась Мэдди и взглянула на жениха.

Впечатление, которое оказал его тон на продавщицу, было ошеломляющим. Декабрьская холодность внезапно сменилась июньским теплом.