Свободная и счастливая - Сара Морган

– Боже мой! И почему мужчины такие болтливые? Заткнись и дай мне спокойно одеться! Мне надо идти.

Лука улыбнулся:

– Ты напрасно тратишь столько энергии, ведь ты бежишь от мужчины, который не собирается тебя догонять, любимая.

– Не называй меня так, когда мы одни, – процедила она сквозь зубы. – Сейчас нам нет нужды притворяться.

– Я вполне понимаю твое неприятие отношений. Но я не понимаю, почему ты впала в панику после столь прекрасной ночи? Кстати, мне очень понравилась опера. Я даже не представлял, что наш поход в оперу окажется столь… страстным.

– Ты закончил?

– Пока да. Но лишь потому, что нам надо поесть, прежде чем снова потратить свою энергию.

– Мы не будем снова тратить энергию! Больше такого не случится.

Лука почему-то не испытал особого облегчения, услышав от женщины такие слова.

– Ну хорошо. Но как только ты снова захочешь меня, постучи лишь пальчиками по моему плечу. Мое мастерство – всегда к твоим услугам.

– Я могу прекрасно прожить без твоего мастерства!

– Ты уверена? Мне показалось, ты в нем очень нуждаешься.

– Я ни в чем не нуждаюсь. – Не взглянув на него, Тейлор повесила сумку на плечо и направилась к двери. – Я вызову такси.

Лука вздохнул и встал с постели:

– Хочешь прочесть в газетах, как между нами произошла первая размолвка? Успокойся. Дай мне пять минут – и я отвезу тебя на работу, как всегда.

– Не сегодня!

– Нет, сегодня, Тейлор. – Он развернул ее и слегка встряхнул за плечи. – У нас был всего лишь секс. Потрясающий секс, это верно, но это был всего лишь секс. Он способствует успешной работе. – Лука говорил спокойно и медленно, будто разговаривал с испуганным ребенком. – Поэтому не надо портить то, что мы уже сделали. Ты вовлекла меня в эту историю, и мы будем изображать жениха и невесту, пока нам будет это выгодно.

Внизу на кухне Джована хлопотала возле плиты. Воздух был наполнен ароматом свежеиспеченных булочек, и это был еще один удар по и так уже измотанным чувствам Тейлор.

В желудке у нее забурчало.

– Могу я выпить чашку кофе? – Она пробормотала эти слова на английском языке, поклявшись выучить больше итальянских слов во время местных съемок. – Крепкого, черного. Американо.

Улыбнувшись, Джована ответила ей что-то на итальянском языке.

Тейлор уловила одно слово, похожее на «завтрак», и отрицательно покачала головой:

– Нет, я не завтракаю.

Увы, Джована, похоже, не поняла ее и поставила перед ней тарелку со свежими булочками.

У Тейлор потекли слюнки. Казалось, все в этом доме было направлено на то, чтобы подорвать ее самоконтроль. Она почувствовала, что слабеет.

– Это так вкусно пахнет, но я действительно не могу…

– Granita. – Джована поставила перед ней стакан с шербетом – десертом из фруктов со льдом и сахаром, – и пояснила жестом – Тейлор должна есть булочки вместе с этим granita.

Не в силах совладать с собой, Тейлор откусила маленький кусочек теплой мягкой булочки и заела его шербетом, как было велено.

– О, как вкусно… – Она закрыла глаза от наслаждения.

– Секс и еда – сразу в один день. Ты явно нарушаешь свой режим. – На кухню вошел Лука.

Он был сногсшибательно красив, непринужден и расслаблен, и Тейлор отвела от него взгляд. Самым большим соблазном для нее был именно он.

– Я спустилась вниз выпить чашечку кофе и… – Она запнулась, а он, поцеловав ее, откусил кусок ее булочки. – Не надо!

– Что – не надо? Не целовать тебя или не есть твою булочку?

Джована просияла, увидев такую милую домашнюю сцену.

Лука что-то сказал ей на итальянском и, взяв себе кофе и булочки, взглянул на Тейлор:

– Ты не любишь завтракать?

– Люблю. Вообще моя любимая еда на завтрак – это поджаренный бекон с хрустящей корочкой и гора блинчиков. – Желудок ее заворчал. – Я сбежала из дома именно из-за этого.

– Ты сбежала из дома, чтобы завтракать?

– Моя мать считала, что если много есть – не сделаешь карьеры.

– И ты тогда перестала есть?

– Я не перестала есть, но научилась контролировать себя.

«До тех пор, пока не встретила тебя…» Тейлор смотрела на него через стол и думала о ночи, которую они провели вместе. Возможно, он почувствовал это, потому что взглянул на нее – и она поняла: он думает о том же.

– Мне надо ехать на съемки. – Тейлор внезапно встала, взглянув на Джовану с неуверенной улыбкой. – Спасибо вам. Grazie… – Запнувшись на этом слове, она замолчала. – Это был превосходный завтрак.

Выпив свой кофе, Лука встал из-за стола, расцеловав Джовану в обе щеки, и широким шагом направился к двери:

– Я подвезу тебя, Тейлор.

Усевшись в машину рядом с Лукой, Тейлор стала думать о предстоящем съемочном дне. Ей хотелось забыться в своей роли, но рядом с Рафаэлем, постоянно маячившим рядом с ней, это было невозможно. Сердце ее больно сжалось.

– Так что же произошло у вас с Рафаэлем? – Лука увеличил скорость, когда они выехали на широкое четырехполосное шоссе. – Ты бросила его? Почему?

Тейлор чуть не сказала правду, но вовремя остановилась. Неужели она захотела довериться ему? Никому доверять нельзя! Такой урок преподала ей жизнь. Если сегодня она поведает кому-то свои сокровенные мысли и чувства, то завтра все это появится на страницах газет. Поэтому Тейлор ответила уклончиво:

– У него нелегкий характер. Он очень критичный человек.

И он ей угрожал. Только она знала, какой компромат у него был на нее.

– Какие скучные фотографии! – Лука просматривал фото симпатичной девушки, стоявшей на песчаном берегу моря. – Годится для рекламы масла, но не одежды. Эта крошка слишком порядочная. Она явно никогда в жизни не занималась необузданным, грязным сексом. Где здесь изюминка? Хотя бы акула показалась из воды. Нам нужно что-то более современное.

– Она современная.

– Она выглядит, будто девушка из соседнего подъезда. – Отвернувшись, Лука стал смотреть в окно своего офиса.

Он думал о Тейлор.

Сегодня она почти не спала всю ночь, а теперь ей предстоит сниматься двенадцать часов подряд рядом с режиссером, известным своими вспышками гнева и неконтролируемым пристрастием к спиртному.

С режиссером, который до сих пор не мог забыть о том, что когда-то она бросила его…

Внезапно приняв решение, Лука взял ключи от машины.

– Поеду к своей невесте… – Слегка нахмурившись, он понял, что произнес это слово без всякой запинки. – Надо отвезти ее на ланч. Наши дела обсудим завтра.