Навстречу любви - Кейт Донован

– Он намерен окончить жизнь там, где умерла его жена. В этом есть что-то нездоровое, ненормальное… В общем, ситуация деликатная.

– Что же тут деликатного, если стервятники кружатся над умирающим человеком? – перебил его Зак.

Адам бросил на него уничтожающий взгляд и демонстративно похлопал Ноэль по руке:

– Могу представить тебя во флорентийском дворике, дорогая. Дом вполне подходит для моей принцессы, и я счастлив, что подарок доставит тебе радость.

Ноэль посмотрела на него в явном смятении:

– Боюсь, я не смогу в нем жить, зная, что мистер Джордан вынужден покинуть его при столь печальных обстоятельствах. Разве банк твоего отца не может ему помочь?

– Это мой банк, а не банк моего отца, – напомнил ей Адам. – И мы уже потеряли деньги, пытаясь помочь.

– Другими словами, именно ваш банк владеет закладной? – подытожил Зак. – Вот так-то, ангел! Он вытолкнет бедного парня на холод, а затем вы сможете обосноваться в новом жилище и наслаждаться любовью в уютном гнездышке.

– Черт побери, Дейн! – Адам резко приподнялся и, стукнувшись о крышу кареты, в раздражении закричал вознице: – Возвращайся назад в дом Брэддока! Поездка окончена!

– Но Адам, прошу тебя! – взмолилась Ноэль. – Лейтенант сам не знает, что говорит…

– Прекрасно знает. Он попросту хочет оскорбить меня! – кричал Адам, в то время как карета замедляла ход. – Вот еще одно унижение, и все благодаря твоему отцу.

– Ты не должен обвинять отца…

– Не должен? Мистер Брэддок с самого начала пытался унизить меня, но он слишком труслив, чтобы открыто высказать мне все в лицо, и поэтому подослал этого офицеришку!

Ахнув, Ноэль бросилась к дверце и прыгнула на землю прежде, чем карета остановилась. Колени ее подогнулись, и она, ударившись о металлический трамвайный рельс, вскрикнула от боли и сжалась в комок.

В следующее мгновение Зак оказался рядом, приподнял ее и прижал к груди.

– О Боже, ангел! – горестно воскликнул он. – Вы сильно ушиблись?

– Отпусти ее! – прогремел рядом голос Адама. – Ты невыносим! Все это случилось только из-за тебя. – Он наклонился к Ноэль. – Дорогая, ты в порядке?

– Не трогай меня! – воскликнула Ноэль, глотая слезы. – Вы тоже! – Она застучала кулаком по рукам Зака, и тот вынужден был отпустить ее. – Я ненавижу вас обоих! – Освободившись, девушка попыталась встать, но колени ее подогнулись. – Уйдите! – взвизгнула она, но Адам все же успел ее подхватить.

– Прости, дорогая. – Он прижал ее к груди. – Позволь мне помочь тебе…

– Нет! – Ноэль поморщилась от боли. – Ты не прикоснешься ко мне до тех пор, пока не пообещаешь помочь мистеру Джордану сохранить его дом. – Она повернулась к Заку: – Что до вас, это вы во всем виноваты! Возвращайтесь к отцу, пакуйте вещи и уезжайте, пока все не разрушили окончательно!

– Нет уж, я не оставлю вас наедине с этим болваном, – возразил Зак. – Тем более с травмой. Говорите что хотите, я никуда не уйду без вас.

– О Господи! – Ноэль закрыла лицо руками. – Не знаю, кто из вас заслуживает большего презрения!

– Мы решим это позже, – успокоил ее Адам. – Сейчас самое главное – доставить тебя домой. Ты можешь встать, дорогая?

– Надеюсь. – Ноэль попробовала перенести вес тела на ноги, и на сей раз ей это удалось. – Я чувствую себя прекрасно!

– Вовсе нет, – возразил Зак. – Позвольте помочь вам сесть в карету.

– Ноэль! – Адам вскинул подбородок. – Я прослежу за тем, чтобы Джордан оставался в своем доме столько времени, сколько он захочет.

– Проследишь? Ты назвал моего отца трусом!

– Да, это непростительно, – согласился Адам. – В свое оправдание скажу лишь, что этот буффон…

– Он вовсе не буффон! – запальчиво воскликнула Ноэль, затем, уже спокойнее, объяснила: – Он назойлив и груб, я презираю его всеми фибрами своей души, но он не буффон, и не называй его так.

– Не буду, – пообещал Адам. – Что-нибудь еще?

Она покачала головой.

– Мое платье безнадежно испорчено. Ты отведешь меня домой и отправишься на вечер один. А все из-за вас! – добавила она, повернув голову в сторону Зака.

– Давайте посмотрим, как вы ходите, ангел.

Явно смущенная беспокойством в его голосе, она пробормотала:

– Вы невозможны! – Затем сделала несколько шагов. – Ну, видите! Ноги в полном порядке. Должно быть, есть синяки, но я не нуждаюсь в ваших услугах. Вы можете поехать с кучером или пойти пешком. Что для вас предпочтительнее?

Зак пожал плечами и стал взбираться наверх.

– Погодите! – Он обернулся, словно ожидая отмены приговора. – Ваше ружье упало под карету, когда вы выпрыгнули. Вы не можете оставлять оружие на улицах Чикаго…

Лейтенант с любопытством посмотрел на нее, потом спустился, подобрал ружье и, не сказав ни слова, сел рядом с кучером.

– Я презираю его. Может, нам сбежать, дорогая, чтобы вытащить тебя из сумасшедшего дома, который тебя ожидает?

– И куда же?

Ноэль вовсе не хотелось затевать новую баталию, тем более что колени ее ныли и дрожали. Все, что она сейчас хотела, – это принять горячую ванну и притвориться, что все внезапно возникшие проблемы – мистер Джордан, Зак, мать Адама – всего лишь плод воображения ее уставшего мозга.

Ноэль не позволила Адаму поцеловать ее в карете из уважения к отцу, не позволила кающемуся жениху донести себя по лестнице и уложить на окруженную куклами кровать. Адам сделал несмелую попытку остаться с ней, но она знала, насколько важен для него этот вечер и не стала его осуждать, во всяком случае, сильно осуждать, так что в конечном итоге он согласился поехать на вечер без нее.

Оставшись одна, Ноэль отказалась от идеи принять ванну, сняла разорванное платье и переоделась в мягкий, теплый фланелевый халат. Эдвард оставил на столике холодные компрессы для колена и неохотно согласился не посылать слугу за хозяином дома. Она надеялась, что дерзкий молодой лейтенант также с уважением отнесется к ее пожеланиям.

Зак не пытался вмешиваться ни когда карета возвращалась домой, ни позже. Ноэль могла лишь догадываться, как ему хотелось пронести ее по лестнице. В глубине души она чувствовала, что он искренне сопереживал ей. Конечно, это не означало, что Зак любит ее сильнее и искреннее, чем Адам, и тем не менее это будоражило Ноэль, приводя в смятение.

– Престли! – Загородив банкиру путь к карете, лейтенант устремил на него ледяной взгляд. – Нам пора поговорить как мужчина с мужчиной.

– Увольте, – процедил Адам. – Разве вам недостаточно тех неудобств, которые вы сегодня создали?

– Неудобств – вот как вы это называете?

Ноэль едва не убилась…

– Благодаря вам и вашему неуместному вмешательству. Нам с вами не о чем говорить. Посторонитесь.