Любовник тетушки Маргарет - Мейвис Чик

Однако дело-то — поиск одинокого сердца-партнера — оказалось вовсе не шуточным. Внимательно вчитавшись в другие объявления, я поняла, что относиться к нему следует исключительно серьезно. Если женщина пишет: «Пятидесяти-с-чем-то-летняя женщина-арфа с порванными струнами нуждается в ласковом и терпеливом реставраторе, который способен вернуть ей прежнее звучание», — то легкомыслие и насмешки здесь неуместны. Задайся я целью отыскать среди давших объявления тех, кто просто дурачился, я была бы разочарована. В какой-то момент мне даже самой захотелось откликнуться на призыв парня, написавшего: «Гитарист, классика, одинокий, сорок, ищет спутницу для предстоящего турне по Восточной Азии (сент. — янв.). Достаточно свободного времени для осмотра достопримечательностей и дружеского общения. Вероятно продолжение. Желательны ЧЮ (опять это чертово ЧЮ, что бы оно значило — «чопорная южанка»? «Чахоточная и юродивая»?), воспитанность, привлекательность. Не старше тридцати пяти».

Только гордость не позволила мне ответить ему, притворившись, что я соответствую обозначенным возрастным параметрам, хотя меня так и подмывало написать, что я считаю проявлением возрастной дискриминации желание мужчины иметь женщину моложе себя, причем существенно моложе.

До шести часов я практически бесцельно толклась в кухне, потом позвонила Верити. Подруга звучала похоронно. Ладно, сказала я себе, сейчас ты у меня повеселеешь. И, прихватив журналы, а также здоровенную бутылку красного вина, отправилась навестить пациентку.

Судя по всему, в департаменте под названием «Я все сделала правильно» дела шли не лучшим образом. У Верити был вид стареющей, получившей отставку куртизанки, и одета она была в траур — черное с головы до ног. Радость лишь на короткий миг озарила ее лицо при виде бутылки.

— О, вот это отлично, — сказала она. — Это мне поможет. Я взяла за правило не пить в одиночестве, чтобы не стать алкоголичкой. И все из-за мужчины…

Она выхватила у меня бутылку «Кот дю Рон» и откупорила прежде, чем я успела сказать что-нибудь подобающее случаю, вроде: «Всех мужиков надо кастрировать». И прежде чем я вдохнула аромат вина, уже опорожнила половину своего бокала.

— Видно, надо было принести по бутылке на каждую, — сухо заметила я.

— Ничего, — проигнорировав издевку, ответила Верити. — Всегда можно докупить в кафе, где торгуют навынос.

Не усомнившись в том, что подруга говорит всерьез, я бросила ей через стол журналы, предусмотрительно открытые на соответствующих страницах. Она принялась читать с мрачным видом, беспрерывно прикладываясь к бокалу и являя собой в этот момент воплощение беспутной женщины.

— Господи Иисусе! — воскликнула она. — Какая тоска! — И швырнула журналы мне обратно. — Это ж надо: не успеть оправиться от оплеухи одного мерзавца и уже искать другого. Разве женщина, которая в своем уме, будет так себя вести?

Я напустила на себя безразлично-бывалый вид.

— Это точно.

Во взгляде Верити мелькнуло подозрение.

— Тогда зачем тебе эта пакость?

Безмятежная, как поверхность воды в безветренную погоду, я объяснила:

— Затем, что Роджер — судя по всему, успешно — устроил свою жизнь по объявлению, и мне захотелось посмотреть, что оно собой представляет. — Я ткнула пальцем в его текст. Верити с изумлением стала читать, шевеля губами. Затем откинула назад голову и залилась смехом. Я, как ни странно, почувствовала себя обиженной.

— Действительно немного забавно, — сказала я, по-прежнему стараясь выглядеть безразличной. Несмотря на то, что я сама дала отставку Роджеру, мне вовсе не понравилось, что кто-то другой поднимает на смех моего бывшего. В конце концов, это неким образом компрометировало и меня — ведь я была его женщиной.

— «Привлекательный»?! — давясь от смеха, простонала Верити. — Разве что в темную ночь при потушенных фонарях! — И подлила себе еще вина. Мне казалось, что вымученная улыбка намертво приклеилась к моему лицу где-то между ртом и набрякшими мешками под глазами. — «В отличной физической форме»! — продолжала издевательски завывать Верити. — Ну что за наглое племя эти дерьмовые мужики! Представляю, как ты веселилась, читая это.

Она просверлила меня взглядом.

Я хохотнула как можно развязнее и сменила тему. Отношение Верити к дающим объявления одиноким сердцам было ясным и недвусмысленным. Будучи в здравом уме и не потеряв контроля над собой, несмотря на временную запинку, случившуюся в ее любовной биографии, она могла выступать лишь от имени нормального большинства человечества. Я убрала журналы в сумку, и мы часа два — практически без перерыва — проговорили о ее бывшем любовнике. Потом я пошла домой. По возвращении хотела было засунуть журналы в мусорный мешок, но они явно вознамерились — и им это удалось — остаться на моем кухонном столе. Наконец я легла в постель, забылась неспокойным прерывистым сном, и мне приснилось, будто я явилась на какую-то вечеринку со своей арфой, но никто так и не попросил меня сыграть.

Первая мысль, пришедшая в голову утром, оказалась неприятной: год день за днем убывает, а я ни на шаг не продвинулась на пути поиска любовника. Что же делать? Я встала, пошла на кухню, смолола кофе и, ожидая, пока он вскипит, снова стала просеивать провокационные страницы объявлений. Но мне не был нужен музыкант. И вдруг мое внимание привлекло еще одно, особо выделенное объявление. «Если вы не нашли того, что искали, здесь, — гласило оно, — обратитесь к соответствующим разделам еженедельного журнала для лондонцев "С первого взгляда"».

Что бы мне ни пришло в голову предпринять, решила я, поеживаясь при воспоминании о Верити, я сохраню это в секрете. Женщины, если верить Еврипиду, могут быть самыми лучшими союзницами, но я никогда не поверю, что сестринская привязанность могла одержать верх над соперничеством между Елизаветой и Марией из-за мужчины. Жаль, тысячу раз жаль, но факт остается фактом…

Пока я размышляла, кофе остыл. Тем не менее я выпила его. Мое сердце странно билось, когда, открыв страницу объявлений своего нового журнального приобретения, я начала водить пальцем по разделу, озаглавленному «Мужчины».

* * *

Выбор оказался интересным и разнообразным. Один парень чуть было не пленил мое сердце после двух веселых встреч в ресторанах, но в конце второго свидания он признался, что… э-э… «в некотором роде не свободен».

— В каком именно роде? — чопорно поинтересовалась я.

— Ну… мы не женаты…

— Но живете вместе?

Он кивнул, поспешив добавить, что это — тут он положил мне на запястье ладонь, показавшуюся свинцовой гирей, — не имеет никакого значения.

— Привет вам от Джулиуса, — сказала я и мгновенно удалилась, оставив его в недоумении и гневе.

Его идея, разделявшаяся, как выяснилось впоследствии, и некоторыми другими авторами объявлений, состояла в том, что ему требовалась точка опоры, чтобы порвать с предыдущей связью, поэтому он загодя искал новую. Господи, да когда же эти недоумки поймут, что в этом мет ничего страшного, что совершенно нормально человеку жить одному? Во всяком случае, это гораздо лучше, чем тащить на себе ярмо тоскливой жизни с опостылевшим партнером…