Стеклянная невеста - Ольга Орлова

Света легко пошла по коридору прочь, и Матвей еще несколько секунд смотрел ей вслед, уже не думая о ней, но еще продолжая любоваться ее летящим шагом и всей ее тоненькой фигуркой. Потом он постучал, взялся за железную ручку, оставшуюся еще с прежних учрежденческих времен, но недавно тщательно покрашенную, открыл дверь и вошел в кабинет.

Здесь было сильно накурено. Свет едва пробивался сквозь зашторенные окна. Матвей сразу увидел Графа, вольно сидевшего в большом черном кожаном кресле немного в стороне от массивного письменного стола, за которым восседала хозяйка. Если бы в кабинете присутствовали еще женщины, все равно бы Матвей не смог бы ошибиться в определении хозяйки. И даже не потому, что она сидела во главе, просто у нее был вид человека, привыкшего всегда и везде быть в центре внимания.

Это была еще относительно молодая, но крупная дама, довольно полная и властная. Когда Матвей зашел в кабинет, она что-то громко и весело говорила Графу, почти лежащему в своем кресле и далеко вытянувшему ноги перед собой. Рядом с ней, но уже по другую руку, сидел еще не старый мужчина с морщинистым белым лицом не бывающего на солнце человека.

Немного в стороне у окна, завешенного белыми французскими шторами, беседовали, составляя отдельный кружок, трое мужчин. У двоих из них, высоких и, видимо, очень сильных, были похожие лица. Вероятно, это были бывшие спортсмены, и их мощный вид представлял полную противоположность собеседнику — парню примерно одних лет с Матвеем, но с женственными манерами и длинными, распущенными по плечам волосами.

— Ой, кто это к нам пришел? — воскликнул женственный парень, первым заметивший Матвея.

— Хватит дурака валять, — громко прозвучал в наступившем молчании грубоватый голос хозяйки.

Она обращалась к Графу, хотя тоже заметила Матвея.

— Ладно, друг ситцевый, мы еще обсудим эту твою глупую затею. А это кто к нам явился, что за гость незваный? — сразу же без перехода сказала она, и голос ее без всякого труда заполнил довольно большое помещение кабинета.

— О-о! — сказал Граф и как-то без видимых усилий оказался на ногах. — Пришел солдат! А я уж думал, мы поболтали, ты и забыл.

Он с улыбкой пошел навстречу Матвею, крепко пожал ему руку и, все еще не отпуская ладони, повел к столу хозяйки.

— Анна Марковна! Прошу любить и жаловать. Я рассказывал, Матвей — стрелок от Бога. Птицу налету из Калашникова без проблем.

— Тогда давай наливай! — радушно разрешила Атаманша. — Я люблю, когда мужики что-нибудь хорошо умеют делать.

Граф представил Матвея другим присутствующим. Большие мужчины оказались знаменитыми борцами, братьями Свиридовыми — Иваном и Константином. Матвей как-то видел телевизионную передачу с их выступлениями. Оба равнодушно пожали руку Матвею.

Их собеседник — Шурочка, длинноволосый парень, руководитель танцевальной труппы клуба, был более приветлив. Он с неприятным жеманством протянул руку. Пожимая его довольно крепкую ладонь, Матвей — по усмешке старшего Свиридова и по неопределенному движению бровей Графа — догадался, что Шурочка «голубой».

Мужчина с бледным лицом просто сунул руку и, еще не успев забрать ее, уже отвернулся.

— Наш директор ресторана, Семен Семенович Конев, — сказал Граф и повел Матвея к Атаманше.

Открывая непочатую бутылку коньяка, Граф возобновил разговор, который велся до прихода Матвея.

— Ты уж меня послушай, Аня, я дело говорю. Если сейчас вести дело как прежде, ни черта не получится. Деньги только посетители приносят, надо делать так, чтобы они хотели расстаться с деньгами, желали этого, мечтали. Чтобы мы милостиво разрешали им расстаться с деньгами.

— И для этого ты мою племянницу хочешь запустить в аквариум? — густо захохотала Анна Марковна.

Видно было, что суть разговора ее нимало не волновала, что поддерживала его из вежливости или по каким-то своим соображениям. А еще было заметно, что ей нравится ощущать себя во главе мужской компании. Все еще смеясь, она крикнула мужчинам у окна:

— Костя, Иван! Идите к нам, Граф уже разлил, коньяк остывает. Слышали, что он предлагает? Хочет, чтобы мы в аквариуме вместо рыбок плескались.

— Да ну тебя, Аня! — с досадой сказал Граф. — Дело серьезное, а ты все на смех поднимаешь!

— Костя! — не могла остановиться Атаманша. — Как тебе я понравлюсь с хвостом? Может, нам, Юра, коровьи хвосты привязать? Тогда на чертей будем похожи. Я буду главной ведьмой, а Костя с Ваней будут водяными.

Хозяйка смеялась, Граф молча злился, братья похохатывали. Шурочка, потряхивая, словно гривой, длинными волосами, тонко улыбался.

— А может, и мне с моими девочками раздеться и туда же нырнуть? Как думаешь, Граф, получится что-нибудь?

— Суп получится, — сердито отозвался Граф.

Он посмотрел на Матвея, который молча переводил взгляд с одного из присутствующих на другого. По скуле его перекатывался желвак.

— Ладно, повеселились и хватит, — сказал Граф. — Выпьем лучше за знакомство.

Все молча выпили. Атаманша как водку вылила в себя коньяк демонстративно занюхала рукавом. Еще раз взглянула на Матвея и прищурилась.

— А что твой солдат еще умеет делать, кроме как стрелять?

— Еще? — переспросил Граф, ставя рюмку на стол и разглядывая Матвея.